Читать онлайн «БОЛЬШОЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ ПУТЕВОДИТЕЛЬ». Страница 192

Де Голль напряженно размышлял над стратегией и тактикой предстоящей войны. Написал две книги, которые привлекли широ кое внимание и даже вызвали парламентскую дискуссию. Вопреки принятой высшим командованием доктрине позиционной войны, де Голль (теперь уже генерал) утверждал, что в грядущих сражениях решающее значение будет иметь мобильность войск: наличие в них танковых частей, сильной авиации, артиллерии на механизированной тяге.

Когда весной 1940 г. начались полномасштабные бои с германской армией, де Голль командовал танковой дивизией, которой выпало противостоять бронированному кулаку Гудериана. Но оставалось только досадовать, что к его мнению в свое время не прислушались: ничего не могла поделать не только его дивизия, но и вся французская армия вкупе с английской - они были организованы в соответствии с оборонными принципами.

Незадолго до капитуляции де Голль был назначен заместителем министра обороны и по согласованию с Уинстоном Черчиллем прибыл на английском самолете в Лондон - для координации действий двух стран. Но через несколько дней, после подписания перемирия, потребность в этом отпала. К своему бывшему полковому командиру генерал возвращаться не захотел - очевидно, догадывался, куда Петен поведет Францию.

Более того, 18 июня 1940 г. по лондонскому радио прозвучала обращенная ко всем французам знаменитая речь де Голля: проиграно сражение, война не проиграна, - она только начинается, и все его соотечественники должны принять в ней участие. «Что бы ни случилось, пламя французского сопротивления не должно погаснуть, и не погаснет».

Правительство Петена было в негодовании. Когда через несколько дней скончалась мать де Голля (она слышала речь своего сына и была горда за него), в местной газете появилось извещение о смерти «Жанны Майо» - фамилию «де Голль» вычеркнула цензура, она стала запретной.

Генерал де Голль встал во главе патриотического движения «Свободная Франция». Его ближайшей задачей было собрать в Англии вооруженную силу - всех, кого можно привлечь для продолжения борьбы, - и закрепиться в колониях.

С этой задачей генерал справился, администрация нескольких французских владений в Тропической Африке перешла на сторону «Свободной Франции». Летом 1941 г. ее части вместе с англичанами участвовали в успешных боях по освобождению Сирии и Ливана от войск Виши.

По своим личным качествам де Голль многим казался человеком замкнутым и высокомерным, недоброжелатели приписывали ему непомерное честолюбие. Так это' или не так - но он умел говорить с людьми, а его речи по лондонскому радио тайком слушала вся Франция. И он был верен заветам матери: считал, что служение родине должно быть смыслом его жизни. Его могучая воля, его упорство способствовали достижению поставленных целей.

Те, кто знал его ближе, могли видеть его с другой стороны. Шарль де Голль был однолюбом: всю жизнь прожил в мире и согласии с Ивон-ной Вондру, на которой женился в 1921 г. В своих письмах он неизменно величал ее «моя дорогая милая женушка». У них было трое детей. Третий ребенок, дочка Анна родилась со страшными генетическими отклонениями. Ее удалось спасти, но те недолгие годы, что были отпущены ей на земле, она вела полурастительное существование: не могла ходить, так и не научилась разговаривать. Кормить ее приходилось с ложечки протертой пищей - челюсти малышки едва шевелились.

Генерал больше всех заботился о малютке, когда мог, был рядом с ней, ухаживал, как сиделка. Когда на ее личике появлялась улыбка - радость родителей была велика. Летом они выезжали с дочкой в деревню, где специально купили домик и где ей становилось лучше.

Ими двигала не только любовь к несчастному дорогому существу. Супруги считали, что болезнь дочери - испытание для них от Бога, Он дает им возможность возвыситься душой, мужественно пройдя через горести и страдания. Слова де Голля: «Никогда нельзя забывать о величии страдания, о том, что страдание - это прежде всего урок».

Некоторое время «Свободная Франция» не имела структур в самой стране, действуя только за ее пределами. Первые организации движения Сопротивления появились самостоятельно в виде небольших подпольных групп, созданных представителями интеллигенции, офицерами, служащими, небогатыми предпринимателями. По своим политическим взглядам это были в основном социалисты, сторонники католических партий, националисты. Организации носили звучные имена: «Комба» («Борьба»), «Фран-Тирер» («Вольный стрелок»), «Либерасьон» («Освобождение»), «Резистанс» («Сопротивление»).

Положение коммунистов опять оказалось весьма запутанным. Морис Торез и другие руководители ФКП, согласовав свои действия с исполкомом Коминтерна, обратились к своим товарищам во Франции с обращением, в котором ставили им задачу «поддерживать и организовывать сопротивление масс против насилия, грабежей и произвола со стороны захватчиков». Но следом появился манифест, в котором говорилось о необходимости не упускать из вида перспективу национализации многих отраслей промышленности, банков, железнодорожного транспорта. Содержался призыв к борьбе за создание правительства, способного «освободить страну от цепей капиталистической эксплуатации и угнетения». С такими программными установками трудно было найти общий язык с другими течениями Сопротивления.

К тому же компартию изрядно дискредитировали руководители ее парижской организации во главе с секретарем ЦК ФКП Жаком Дюкло. После вступления немцев в Париж они завязали переговоры с оккупационными властями по поводу легальной деятельности коммунистической печати. Немцы отказали, Коминтерн от подобной инициативы сразу открестился, но слово - не воробей. Когда в мае 1941 г. из Москвы от руководства партии пришла новая директива, в которой говорилось, что де Голль - не враг, и что надо сотрудничать и с ним, и со всеми организациями Сопротивления - многие опасались иметь дело с коммунистами. * 8°з *

Долгое время деятельность групп Сопротивления заключалась в издании нелегальных листовок и газет (тираж которых был невелик), в устной агитации, в сборе разведданных. Вооруженная борьба почти не велась, и не только потому, что поначалу велико было доверие к Петену. Оккупанты, по преступной традиции германской военщины, за каждого своего убитого стали расстреливать по несколько десятков заложников-французов. Чтобы не давать повода для таких расправ, участники Сопротивления предпочитали ожидать освобождения извне. А такая перспектива представлялась нескорой - активную борьбу с Германией вела в то время только Великобритания, вооруженные силы которой вряд ли могли осуществить вторжение на континент.

Многое изменилось после того, как 22 июня 1941 г. Гитлер напал на Советский Союз, а в декабре Япония разбомбила американский флот в Пирл-Харборе и приступила к захватам британских владений на Дальнем Востоке и в Тихом океане - после чего Германия и Италия объявили войну США.

Сложилась антигитлеровская коалиция держав - СССР, Великобритании и Англии. Теперь и все ветви Сопротивления, от голлистов до коммунистов, могли и должны были действовать сообща. Еще летом 1941 г. по инициативе компартии был образован широкий Национальный фронт, организационный комитет которого возглавил физик, лауреат Нобелевской премии Фредерик Жолио-Кюри.

«Свободная Франция» начала переговоры с Москвой, и вскоре советское правительство заявило о признании генерала де Голля «руководителем всех свободных французов». На советско-германский фронт прибыла французская эскадрилья «Нормандия», переименованная потом в «Нормандию - Неман». Четыре ее летчика стали Героями Советского Союза.

Однако группы Сопротивления, даже коммунисты, к вооруженной борьбе переходить не спешили, по-прежнему опасаясь репрессий против мирного населения. Де Голль, чья «Свободная Франция» успела уже наладить контакты с некоторыми подпольными организациями, признавшими его руководство, тоже призвал «не убивать немцев» - после того, как получил сведения о массовых расстрелах.

Такая тактика получила название «аттантизма» - «выжидания». Ждали, когда Францию освободят американские и английские войска.

Но в 1942 г. «Свободная Франция» и английские спецслужбы начали доставку на континент оружия, средств связи и прочего необходимого для развертывания вооруженной борьбы снаряжения.

После того, как в Египте была отбита попытка продвижения итало-немецких войск к Суэцкому каналу, 8 ноября 1942 г. состоялась высадка союзников во французских североафриканских владениях - Алжире и Марокко.

Сопротивление войск Виши было недолгим. Их командование и колониальная администрация перешли на сторону США и Англии. На некоторое время у власти оказался командующий вишист-ским флотом адмирал Дарлан, который еще до начала вторжения союзников установил контакт с американцами. Но вскоре он был убит членом монархической организации, связанной с Сопротивлением. «Верховным комиссаром Франции в Северной Африке» стал генерал Жиро, также пользовавшийся доверием американцев (которые, в отличие от своих британских соратников, к де Голлю больших симпатий не питали. Жиро в известной степени противопоставлялся ими руководителю «Свободной Франции»).