Читать онлайн «Мир приключений 1986». Страница 206

Я с радостью узнал: критики «Озмы» резонно замечали, что высокоразвитые цивилизации наверняка имеют уже совсем другие виды дальней связи и едва ли проявят интерес к сигналам радиопередатчиков.

Кардашев считает, что наблюдения в инфракрасных (тепловых) телескопах дадут в ближайшие годы очень ценную для проблемы CETI информацию.

С ним согласен доктор физико–математических наук Василий Иванович Мороз, который тоже считает, что «наиболее эффективным для связи с иными цивилизациями является не радиодиапазон, а более короткие волны, например инфракрасные».

Чарлз Хард Таунс, один из отцов лазера, который именно за это открытие был удостоен Нобелевской премии вместе с советскими академиками Н.Г.Басовым и А.М.Прохоровым, считает, что пройдет совсем немного лет — и лазерная техника, несравненно более совершенная, превзойдет по всем своим показателям технику радиосвязи.

А представьте себе, что сегодня на школьной парте первоклассника сидит новый Александр Степанович Попов, который через несколько лет скомкает все это межзвездное радио в кулаке, бросит в мусорную корзину и скажет нам: «Смотрите, как это просто, никакого радио не надо, можно сделать все гораздо проще, вот так…»

Что мешает нам поверить в реальность этого мальчика сегодня? Чувство собственного достоинства прежде всего. Как это он додумался, а мы не додумались? Мы уязвлены. Ведь мы все (уверен, все без исключения!) изобретатели. Это мы изобретали! И как только мы изобретаем что–то новое, так неминуемо это новое сразу представляется нам пределом совершенства. И это замечательно! Замечательно, если мы сами осознаем ограниченность и временность своих триумфов. Точно так же, как мы не в состоянии представить себе внешний вид обитателей других миров, мы не можем представить себе и технического уровня, который может обеспечить межзвездный контакт.

Приходится признать, увы, что мы слишком высокого — незаслуженно — о себе мнения. По газетным делам я был в командировке в Париже и встретился там с одним из основателей современной физики, французским академиком и почетным академиком нашей Академии наук Луи де Бройлем. Он подарил мне книгу, в которой есть такие мудрые слова: «Позавчера мы ничего не знали об электричестве; вчера мы ничего не знали об огромных резервах энергии, содержащихся в атомном ядре; о чем мы не знаем сегодня?»

Действительно, что узнаем мы еще через 100 лет? Через 1000 лет? Кто может поручиться, что все наши сегодняшние радиотелескопы не покажутся нам громоздкими и нескладными игрушками? Даже при наличии «множественности миров» (Джордано Бруно) время совпадения технологий, возможностей, уровня мышления, психологических законов (которые только, кстати, для нас могут быть законами) ничтожно мало. Безусловно, существует спектр CETI: влево, в прошлое, отход на какие–нибудь 100 лет — величину в масштабах Вселенной невидимую — обрекает цивилизацию на вынужденное молчание, продиктованное технологической беспомощностью, а чуть вправо, в будущее, — и мы перестаем понимать друг друга!

Николай Семенович Кардашев в свое время подразделил все возможные внеземные цивилизации на три типа. Определение это стало почти классическим, о нем много спорили, горячо обсуждали, и ныне у Кардашева есть как преданные союзники, так и непримиримые критики, и это очень хорошо, потому что в настоящей, живой науке только так и должно быть.

По Кардашеву, цивилизация первого типа должна быть близкой к земной: летают в ближний космос, овладели энергией атома, знают, что такое радио. Цивилизация второго типа использует уже энергетические ресурсы своей звезды и ее планет. Наконец, цивилизация третьего типа эксплуатирует весь свой звездный остров, всю свою галактику.

Вторя Кардашеву, американец Дайсон предложил такой вариант: некая цивилизация (по Кардашеву, второго типа) создает из материала планет своей звездной системы сферу — тонкостенный шарик, внутри которого упрятана звезда, вся энергия которой будет теперь поглощаться внутренней поверхностью этого шарика. Таким образом, разместившаяся там цивилизация будет получать все, что ей в состоянии дать ее звезда. Если так, то какие–то звезды, окруженные сферами Дайсона, для нас, земных наблюдателей, должны гаснуть. Мы же знаем немало случаев, когда звезды вспыхивали, но не знаем ни одного случая, когда бы они вдруг гасли! Может быть, потому, что опять употребляем привычные нам земные технологические схемы? Сфера Дайсона сегодня представляется нам вполне логичной и инженерно совершенной. Но это нам! И это сегодня! Кто поручится, что иная цивилизация умеет каким–то неведомым нам способом отводить, отсасывать, отлавливать энергию своей звезды и ей вовсе не нужно дробить все планеты и строить сферу Дайсона.

Как можем мы представить себе цивилизацию, использующую всю мощь миллиардов звезд своей галактики (по Кардашеву, третьего типа), если мы уже более двадцати лет, ежегодно обманывая себя близким решением проблемы, так и не можем создать термоядерный реактор, такой, казалось бы, простой, понятный, теоретически обсчитанный и многократно смоделированный?

Хорошо, пусть мы даже знаем, где, в какой части неба существует некая внеземная цивилизация. Как связаться с ней, как заявить о своем разуме и желании контакта?

Френсис Дрейк выбрал, как ему показалось, очень логичные частоты связи — 21 сантиметр, излучение водорода, самого распространенного элемента Вселенной. Все знают о водороде, все–де до такого примитива додумаются…

Ему возражали биологи: а если это существа на аммиачной основе, почему они должны думать о водороде? Естественно, что основой всего они считают аммиак.

Кандидат технических наук П.В.Маковецкий считал, что «водород Дрейка» безлик, чересчур абстрактен, и предлагал свои варианты: множить эту частоту на математическую иррациональную константу. Человек смелой фантазии, Маковецкий много размышлял над тем, как и кто сможет послать (и принять) некие сигналы. Он острил: «На некоторой частоте с помощью некоторой модуляции в некоторой полосе частот с некоторой скоростью передается некоторый код, содержащий некоторый смысл. Эта формула всеми авторами автоматически переносится и на позывные внеземных цивилизаций. Таким образом, позывные, по общему мнению, будут содержать шесть неизвестных компонентов. Расчет показывает, что на простой перебор всех их вариантов потребуется время, превосходящее время существования Галактики».

У Маковецкого было много идей. «Видимо, — писал он, — лучше посылать атомы не водорода, а тех элементов, которые в природе не существуют. Тогда, как бы мало их ни пришло, внеземная цивилизация поймет, что они искусственные». Он думал о пучке нейтральных атомов калифорния–252 — «синтетического» элемента, который получают в ускорителях, но расчеты показывали, что подобный эксперимент нереален.