Читать онлайн «Ранние цивилизации Ближнего Востока. История возникновения и развития древнейших государств на земле». Страница 83

В период Древнего царства Фивы состояли всего лишь из двух небольших деревень, соединенных вместе и стоявших на правом берегу Нила. На территории первой из них в наше время находится Луксор, а на месте второй – Карнак. Столицей нома, в который входили Фивы, был Армант (так название этого города звучит по-арабски), который греки называли Гермонтисом, а египтяне – Иун-Ресит. Там находился главный храм бога Монту – покровителя нома, которому также поклонялись в Фивах. Дело в том, что имя Амона, которому суждено было стать одним из величайших божеств в истории Египта, стало появляться в источниках после 2130 г. до н. э. При этом богом – покровителем города он стал только в царствование представителей XII династии.

В правление царей IX династии номархи Фив постепенно обрели первенство в регионе. Ведь при VIII (если не VII) династии все номархи de facto стали независимыми от центральной власти. У них появились собственные армии и сокровищницы, и многие из них, формально признавая власть мемфисских царей, датировали свои тексты и памятники годами собственного правления. Одними из наиболее могущественных номархов были правители Коптоса, на протяжении долгого времени являвшиеся союзниками фараонов; номархи Асьюта, также носившие имя Хети и поддерживавшие гераклеопольских царей, с которыми они, вероятно, были связаны родственными узами; правители Хмуну (греки называли этот город Гермонтисом, а сейчас его имя звучит как Ашмунейн), которых хоронили в Шейх-Саиде и Эль-Берше; и номархи нома Орикса, гробницы которых были обнаружены в Бени-Хасане. Эти номы Среднего Египта периодически участвовали то на одной, то на другой стороне в соперничестве между гераклеопольскими царями и правителями Фив.

Ситуация на юге страны во многом походила на описанную выше. В правление IX династии Фивы сумели стать столицей IV нома Верхнего Египта. Это не понравилось правителям Арманта, бывшим номархами прежде. Значительную роль в ситуации, сложившейся на юге, играл Иераконполь (Эдфу), являвшийся важным религиозным центром. То же относится и к Тинитскому ному, где увеличивалось влияние Абидоса, центра культа Осириса. Правившие на этих территориях номархи, очевидно, смотрели на усиление Фив с опасением. Таким образом, правителям последних, прежде чем претендовать на власть над всей страной, было необходимо подчинить себе враждебно настроенные южные номы, во главе которых стоял Иераконполь.

В Эль-Миалле была обнаружена гробница номарха Иераконполя Анхтифи. В надписях, начертанных на ее стенах, содержится рассказ о первых шагах правителей Фив к власти. До начала правления в Фивах Сехертауи-Антефа номархи Иераконполя сохраняли верность гераклеопольским царям. Благодаря тому, что этот ном находится южнее Фив, он мог представлять для них угрозу. Анхтифи, вступив в союз с номархом Элефантины и Армантом, вторгся на территорию своего северного соседа и осадил Фивы. Однако в конечном итоге Фивы сумели подчинить своей власти северных соседей, став «головой юга» – от Элефантины до Тина.

Около 2120 г. до н. э. власти Фив подчинились южные номы, в то время как Средний Египет продолжал сохранять верность гераклеопольским царям. Мы не знаем, что происходило в тот период к северу от Мемфиса и в каких отношениях находились египетские номархи и кочевники, оккупировавшие Дельту.

Первые представители правившей на севере X и царствовавшей на юге XI династий соперничали друг с другом за власть над всем Египтом. В конечном счете граница между их владениями пролегла в районе Абидоса. Гераклеопольский царь Аухкара-Хети III сумел захватить этот город, но вскоре был вынужден покинуть его. Таким образом, правитель Гераклеополя, очевидно, был вынужден отказаться от идеи захвата юга и смириться с разделением страны на два независимых государства. Об этом нам известно из текста, получившего название «Поучение гераклеопольского царя своему сыну Мерикара», являвшегося, по сути, политическим завещанием царя Хети III своему сыну, предпоследнему представителю гераклеопольской династии.

Этот источник записан на папирусе в период правления XVIII династии. Помимо общих советов, касающихся политики и управления страной, в нем содержится отсылка к событиям, происходившим в правление Мерикара: «Хорошо тебе с южной стороной… Не разрушай чужой памятник… Пусть последует твое сердце за сделанным мной, и не будет нечестивца в пределах твоей границы»[7]. Этот совет сопровождается (возможно, для того, чтобы утешить царевича) предложением обращать более пристальное внимание на север. Хети упоминает, что сумел восстановить власть Египта в Дельте, вплоть до ее восточной границы – Пелусийского рукава Нила. Однако в конце он снова призывает сына следовать политике, которой придерживался он сам, то есть сохранять мир с Фивами.

Мы не знаем, следовал ли Мерикара этим советам. В любом случае если между севером и югом de facto и было перемирие, то оно продлилось недолго. После смерти Мерикара или незадолго до этого правитель Фив снова перешел в наступление. Последний гераклеопольский царь, имя которого нам неизвестно, правил на протяжении всего лишь нескольких месяцев, а затем, потерпев поражение в борьбе со своим южным противником, потерял трон.

Так, победой фиванского правителя Сеанхибтауи-Ментухотепа, примерно в 2040 г. до н. э., закончилась борьба за власть над всем Египтом. Нам известны некоторые подробности этого противостояния, но их крайне сложно соотнести друг с другом по времени. Однако они помогают нам понять ситуацию в целом.

Наши источники – это многочисленные автобиографические тексты, найденные в гробницах Среднего и Верхнего Египта. Конфликты между различными номами переросли в борьбу между их союзами. Участие в каждом из них первоначально зависело от личных симпатий и интересов номархов. Выше уже говорилось о том, что некоторые номы, рас положенные на юге, поддерживали гераклеопольских царей, надеясь получить от них помощь против обретавших все боль шую силу Фив. Другие, более благоразумные номархи старались придерживаться позиции нейтралитета, благодаря чему после победы Фив им были сохранены все права и привилегии.

Эта политическая нестабильность нашла отражение в одной из автобиографических надписей: «Я вооружил свои отряды новобранцев и отправился в бой вместе со своим городом, это я был тем, кто защищал тыльный отряд в Шедиетше (название места). Со мной не было никого, кроме собственного войска, в то время как меджаи и люди страны Вават, нубийцы и азиаты, жители Верхнего и Нижнего Египта были объединены против меня. Я вернулся с победой, весь мой город со мной, без потерь». Таким образом, этому номарху приходилось сражаться против как севера, то есть союзников под руководством гераклеопольских царей, так и юга (Фив). Необходимо отметить, что его противники использовали наемников. Под меджаями и жителями страны Вават автор надписи подразумевает племена, обитавшие в Нижней Нубии. В Асьюте были обнаружены модели, изображающие этих нубийских солдат, вооруженных луками и стрелами. Такие же лучники изображены на стене одной из гробниц в Бени-Хасане – они засыпают крепость, которую защищают египтяне, градом из стрел.

Длинная череда междоусобных войн, занявшая весь промежуток между 2130–2040 гг. до н. э., была изнурительной для номархов. Что же касается простых людей, то анархия привела к настолько неблагоприятным экономическим последствиям, что египтяне были вынуждены бедствовать. В письменных источниках того периода встречаются многочисленные упоминания голода, разразившегося из-за гражданской войны. Иераконпольский номарх Антифи также упоминает страшный голод, охвативший Верхний Египет. Ситуация, судя по его надписи, была настолько тяжелой, что имели место случаи каннибализма. В ряде других текстов упоминается не менее сильный голод. Очевидно, весь Египет очень устал от постоянных войн, что только помогло Фивам достичь своей цели – объединить страну.

Фивы действительно играли основную роль в объединении страны, но значительный вклад в него внесли и гераклеопольские цари. Вероятно, именно они вернули Египту Дельту. Несмотря на сложность текста «Поучения гераклеопольского царя своему сыну Мерикара», в нем отразился и этот факт. Хети III заявляет: «Я усмирил весь запад вплоть до приморских дюн… Восток богат [азиатами-] лучниками, чьи подати… возвращают Срединный острови каждого человека в его пределах… Смотри, разрушенная ими [азиатами] страна [вновь] обустроена в виде номов, и каждый большой город… власть одного в руках 10 человек. Назначены чиновники, приставленные к податям [работников, занесенных в] списки, и ко всяческим повинностям; жрецы, приставленные к пахотным наделам, дают тебе поставки, как единое соединение, и значит, не случится меж них строптивцев… Но [столь же истинно, как] я живу и существую, эти лучники были [неудержимы], как секира в отворенной крепости, когда я [начинал] их теснить. Но я повелел, чтобы избивало их Низовье, я захватывал их домочадцев, я отнимал их скот, так что стали питать азиаты отвращение к Египту. Не переживай из-за него! Азиат – это крокодил на отмели: он может цапнуть на прибрежной тропе, но не поживиться ему в окрестностях многолюдного города».