Читать онлайн «Ранние цивилизации Ближнего Востока. История возникновения и развития древнейших государств на земле». Страница 56

Этой широкомасштабной деятельностью по копированию и каталогизированию литературных произведений в старовавилонский период занимались аккадские писцы. То рвение, с которым они сохраняли сочинения, написанные на чужом языке, было плодом характерного для Вавилонии симбиоза двух народов, живших на ее территории, взаимный обмен между шумерами и аккадцами, имевший место в раннединастический период. Аккадцы позаимствовали из шумерского пантеона некоторых божеств или отождествили своих богов с шумерскими (Иштар с Инанной, Адада с богом погоды Ишкуром, Суэна, или Сина, с богом луны Нанной и т. д.). Благодаря этому представители обоих народов проявляли значительный интерес к шумерской мифологии. Теперь не только шумеры – все обитатели Вавилонии считали правителя Урука Гильгамеша героем. Действительно, им восхищались даже хурриты и хетты, которые перевели рассказ о нем на свои языки. Таким образом, Шумер был олицетворением общего прошлого жителей Междуречья, а в дополнение к этому шумерский язык стал считаться средством приобщения к древней высокоразвитой культуре. Аккадцы весьма охотно признали этот факт.

В старовавилонский период аккадский язык широко использовался для деловой переписки и все более активно стал применяться для написания юридических и административных текстов. Причина этого была проста – шумерский язык перестал использоваться в устной речи, и «оживить» его было невозможно. Тем не менее раз за разом некоторые аккадские цари приказывали составлять строительные и посвятительные надписи на шумерском. Конечно, со временем писали на этом языке все хуже, его грамматика, столь чуждая семитам, становилась все менее понятной им. Начиная примерно с 1850 г. до н. э. качество написанных на шумерском языке текстов стало заметно ухудшаться, и попытки аккадских писцов «модернизировать» его привели к возникновению некоторых весьма забавных курьезов. Но при этом жители Вавилонии чувствовали угрозу полного исчезновения этого языка и изо всех сил старались не лишиться способности понимать написанные на нем тексты. В итоге появились литературные произведения, написанные сразу на двух языках. Первыми из них стали аккадские глоссарии, содержащие отдельные шумерские слова, которые впоследствии превратились в настоящие билингвы. Аккадские переводы в большинстве случаев делались между строками шумерского текста, в крайне редких случаях их помещали на оборотной стороне таблички, на которой он был записан. Помимо литературных сочинений, двуязычными были некоторые надписи, составленные по приказу Хаммурапи и Самсу-илуны, при этом шумерский и аккадский тексты вырезались на разных табличках. После смерти Самсу-илуны (по крайней мере, в нашем распоряжении нет более ранних примеров) датировочные формулы также стали писаться на двух языках. Обычно использовался шумерский вариант, причем, как правило, в сокращенном виде.

Вторым величайшим достижением жителей Междуречья старовавилонского периода стало составление перечней шумерских и аккадских слов. Вообще списки шумерских слов – явление столь же древнее, как и сама шумерская письменность. Их составляли в школах писцов. Отчасти они были призваны выполнять образовательную роль – помогали учащимся выучить сотни клинописных знаков и тысячи их сочетаний. Однако списки слов – это нечто большее, чем простой учебник. Уже получившие образование писцы использовали их, чтобы понять и упорядочить окружавший их мир с помощью названий и понятий. Так, в нашем распоряжении имеются перечни животных, растений, камней, имен богов, названий категорий людей и т. д. В двуязычных списках стояли уже две колонки, в первой из которых располагалось шумерское слово, а во второй – его перевод на аккадский язык. Так как для составления этих перечней использовалась клинопись, их постоянно копировали. Следует обратить внимание на то, что в данном случае речь не идет о настоящих словарях. В порядке, в котором слова перечислены в данных списках, нет явной логики, один термин связывается с другим лишь посредством ассоциации. Однако эта практика оказалась столь успешной, что продолжала развиваться. После 1500 г. до н. э. появились шумеро-аккадскохеттские списки, а в Угарите был найден четырехязычный перечень: в него вошли шумерские, аккадские, хурритские и угаритские слова. Хотя многие переводы, приведенные в билингвальных и многоязычных списках, не верны, люди, учившие шумерский язык в древности, очевидно, очень ценили их, да и сейчас они являются огромным подспорьем для тех, кто хочет овладеть этим языком.

Новым жанром стали написанные на аккадском языке и появившиеся в старовавилонский период пророчества. Выше уже говорилось о том, насколько большое значение они имеют для исследователей как исторические источники. Гадание по внутренностям животных, очевидно, было известно еще шумерам, но в письменной форме описания и объяснения увиденного были сделаны аккадцами в старовавилонский период. По аналогии с «филологией» того времени, не продвинувшейся дальше списков слов, «наука» прорицаний не вышла за пределы описания отдельных пророчеств и не превратилась в систему с характерными для нее подходами и принципами. В старовавилонский период не было науки, высказываний общего характера, абстрактных суждений, основанных на отдельных наблюдениях. Конечно, по этой причине нам не следует полагать, будто жители Месопотамии старовавилонского периода ничего не достигли в интеллектуальной сфере, обвинять шумеров и аккадцев в том, что они не были греками. Они были сами собой. К примеру, в математике им удалось достичь превосходных результатов, хотя при этом они не использовали ни одной формулы. Читая между строк, мы увидим, что жители Междуречья имели некоторые представления о квадратных уравнениях, расчетах с неизвестными, теореме Евклида. При этом сами они не сформулировали ни одной теоремы.

Шумеры создали произведения, относящиеся к целому ряду разнообразных литературных жанров: эпические и дидактические поэмы, диспуты, элегии, гимны богам, обожествленным царям и в честь храмов, заклинания и сборники поговорок. И это лишь основные жанры. Параллельно зародилась и развивалась аккадская литература, достигшая в старовавилонский период наивысшего расцвета. Цари Аккада сделали много для того, чтобы аккадский язык стал письменным. В старовавилонский период на нем начали писать литературные произведения, по качеству и глубине не уступавшие шумерским. Авторы, писавшие на аккадском, позаимствовали многие жанры, использовавшиеся шумерами: мифы, эпос, гимны богам, написанные в форме гимнов вступ ления и заключения к сборникам законов. Некоторые жанры (например, гимны обожествленным царям) были забыты, другие (пророчества), как уже было сказано выше, наоборот, изобретены. Однако, говоря о шумерском и аккадском литературном наследии, мы должны различать произведения, основанные на фольклоре аккадцев, адаптированные сочинения, написанные на основе шумерских образцов, и переводы с шумерского языка. Наиболее удачным примером произведения, написанного на основе шумерской традиции, является выдающийся аккадский «Эпос о Гильгамеше». Шумеры придумали несколько не связанных друг с другом поэм, посвященных полубогу, правившему в Уруке: «Гильгамеш и Хумбаба» (поход в страну кедровых гор, убийство чудовища Хумбабы, рубка посвященного Энлилю кедра), «Гильгамеш, Энкиду и нижний мир» (царь сталкивается со смертью), «Гильгамеш и небесный бык», «Гильгамеш и царь Киша Агга». Придумывая собственные поэмы о Гильгамеше, аккадцы исходили из новой концепции, связанной с поиском человеком вечной жизни. В старовавилонский период появились только отдельные части этого цикла, которые впоследствии, в средневавилонскую эпоху, превратятся в настоящий шедевр – «Эпос о Гильгамеше».

Как и в случае с вавилонской политикой, мы ничего не знаем о том, что представляла собой литература Вавилонии после смерти царя Самсу-дитаны. Литературную традицию старовавилонского периода отделяют от литературы второй половины 2-го тыс. до н. э. «темные века».

Картина, сформировавшаяся по окончании этих «темных веков», в XV и последующих веках до н. э., настолько отличается от характерной для старовавилонского периода, что мы можем предположить, будто она стала результатом каких-то революционных изменений в политической и интеллектуальной жизни Вавилонии, столь же глубоких, как те, которые были вызваны приходом амореев. Эти перемены будут описаны в следующей главе данной книги. Сейчас, чтобы подвести итоги, нам необходимо обратить внимание на следующий факт: взаимодействие политических сил на территории всего Плодородного полумесяца, которое мы описывали, основываясь на письменных источниках, обнаруженных в архиве Мари, определило всю историю этого региона во второй половине 2-го тыс. до н. э. Вавилония, Элам, государства хурритов, Хеттская держава – все они приняли в этом участие. Впервые (и последствия данного события невозможно переоценить) в истории Западной Азии принял участие Египет. Говоря о событиях, происходивших на протяжении раннединастического периода, времени существования Аккадской державы, государства, которым правили представители III династии Ура, и старовавилонской эпохи, историки вынуждены принимать «вавилоноцентристскую» точку зрения. Однако, изучая историю более позднего периода, исследователь может расширить свои представления о происходивших тогда событиях. Кажется, будто он достиг вершины горы и теперь способен увидеть целый мир – тот, который называется древним Ближним Востоком.