Читать онлайн «США во Второй мировой войне. Мифы и реальность». Страница 53

Дело дошло до серии судебных процессов над военными преступниками, наиболее эффектным примером которых был так называемый Нюрнбергский процесс, в результате которых занимавшие высокие ранги (а также некоторые менее известные) нацисты получили суровое наказание, вплоть до смертной казни. Однако консервативные «спонсоры» и коллаборанты нацистов отделались, к огорчению многих, незначительными наказаниями, а то даже и оправдательными приговорами. Банкир Гитлера, Шахт, например, был оправдан, и та же участь постигла нечистоплотного политика фон Папена, который помог Гитлеру проложить дорогу к власти. Пределы денацификации были особенно очевидны, когда очередь дошла до наказания немецких банков и корпораций, чье начальство – владельцы, топ-менеджеры, крупные акционеры – поддерживали нацистов иногда даже задолго до 1933 года и получали большие прибыли от гитлеровской программы перевооружения и от его захватнической войны. Во многих случаях о них было также известно, что они получали прибыль от тесного сотрудничества с нацистской партией и зловещей СС Гиммлера. Например, ведущие немецкие фирмы создавали заводы и лаборатории рядом с концентрационными лагерями, в том числе с Освенцимом; в обмен на скромную финансовую поддержку им было разрешено использовать заключенных в качестве рабов, а в некоторых случаях даже как подопытных кроликов в вивисекциях. После войны американские оккупационные власти практически не беспокоили эти фирмы; на самом деле американцы часто энергично защищали их от всех тех – немецких антифашистов, бывших узников лагерей, еврейских организаций, Советов и так далее, – кто по праву считал этих бизнесменов военными преступниками такого же масштаба, как сами нацисты. В серии судебных процессов, проведенных после Нюрнбергского трибунала, сознательно организованных американцами, которые потом американский же прокурор будет неуважительно описывать как «символические меры», с немецкими промышленниками и банкирами, поддерживавшими нацистов, обойдутся очень мягко и часто будут выносить им оправдательные приговоры. Все те, кто получат (как правило, очень мягкий) приговор, будут через три года амнистированы американскими оккупационными войсками359.

В действительности, таким образом, германская бизнес-элита, поддерживавшая Гитлера и получавшая прибыль от его диктатуры, фактически получила амнистию от Дяди Сэма, «де-факто амнистию», как назвал это американский историк Кристофер Симпсон360.

В наши дни многие немецкие фирмы, которые так охотно сотрудничали с нацистами и с СС, продолжают вести успешный бизнес благодаря американцам не только в Германии, но и во всей Европе, во всем мире. Хорошим примером этого является IG Farben, огромный немецкий концерн, который преданно поддерживал Гитлера, получая гигантские прибыли от широкого использования рабского труда, предоставленного ему СС, и за счет поставок тому же СС ядовитого газа Циклон-Б, производившегося на заводах его филиала, Degesch для газовых камер Освенцима. Хотя IG Farben был отдан под суд властями США, но начальство концерна обошлось такими легкими наказаниями, которые «могли бы порадовать любого куриного воришку», как выразился американский прокурор Джосайя Дюбуа361. Огромный картель был разбит на несколько фирм-преемников, но таким поверхностным образом, что отношения собственностии и корпоративная власть сохранились в прежних руках, несмотря на народные требования радикальных реформ. Собственным менеджерам IG Farben было позволено очень удобно для них разработать эту якобы чисто деловую «декартелизацию» с помощью банкиров и экономистов, таких, как Йозеф Абс и Людвиг Эрхард, которые ранее оказывали полезные услуги для нацистского режима. Самые известные среди этих якобы «новых» предприятий – Bayer, Hoechst, BASF, по-прежнем, и по сей день получают прибыли для анонимных акционеров, которые клали в свой карман и дивиденды IG Farben362. Другие немецкие фирмы, которые охотно сотрудничали с СС, включают AEG, Siemens, Daimler-Benz и BMW – другими словами, все сливки германской промышленности сегодня363. Не зря некоторые немцы жаловались, что такого вида денацификация, какая практиковалась американцами, слишком легко позволяла «большой рыбе» выскользнуть из сети364.

Известный фильм «Список Шиндлера» мог быть основан на реальных фактах, но тем не менее он в какой-то мере нарушает историческую правду, создавая впечатление, что сотрудничество между немецкими бизнесменами и СС было чем-то очень из ряда вон выходящим – инициативой одного конкретного человека – и что оно якобы служило для «спасения жизней». В действительности СС систематически сотрудничал с бесчисленными немецкими фирмами, большими и малыми, и это сотрудничество стоило жизни многим тысячам людей, которые использовались в качестве рабов или подопытных кроликов. Маловероятно, чтобы Голливуд когда-либо снял фильм об истиных отношениях между СС и германскими ведущими фирмами, которые включают в себя бывших партнеров и дочерние филиалы американских корпораций. Научные и технические успехи, достигнутые многими немецкими фирмами во время войны путем их зловещего сотрудничества с СС, но и, конечно, также с помощью обычных исследований, по большей части попали в американские руки после войны, хотя Советам какая-то доля тоже досталась. Начиная с весны 1945 года, американцы изъяли патенты, планы, чертежи и всякие ноу-хау не только в собственной зоне оккупации для того, чтобы сделать их доступными для своих ведущих корпораций. Это представляло собой настоящий «интеллектуальный грабеж», или, как предпочитал называть его чиновник из канцелярии технических служб Министерства торговли США Джон С. Грин, «интеллектуальные репарации»365. Кроме того, большое количество концлагерских врачей, которые принимали участие в опытах на людях, а также другие ученые и специалисты были как можно скорее вывезены в Соединенные Штаты. Эта операция была проведена под кодовыми названиями «Пасмурная погода» и позднее – «Скрепка». При этом сознательно закрывали глаза на нацистское прошлое этих людей; им выдавали необходимые иммиграционные документы и многие из них даже получил американское гражданство. В обмен на это они начали работать на Пентагон и на другие государственные или частные американские организации и фирмы. Например, Вашингтон проявлял большой интерес к германской ракетной технике, дисциплине, которая была специальностью бывшего эсэсовца Вернера фон Брауна, а также к производству отравляющего газа и всех других видов химического и бактериологического оружия. Многим нацистам, на совести которых были ужасные преступления, таким образом, было позволено жить долго и счастливо в стране, которая якобы вступила в войну из отвращения к нацизму366.

Американские власти проявляли большое понимание того факта, что в эпоху Третьего рейха промышленная элита Германии руководствовалась девизом «бизнес, как обычно». В конце концов, в США, как известно, крупные корпорации тоже получали прибыль от войны. Кроме того, американские лидеры считали крупные немецкие фирмы необходимыми партнерами в строительстве новой Германии, в которой частная собственность и предпринимательство будут такими же священными, как в Соединенных Штатах. От нацистского прошлого руководителей этих фирм при этом отмахивались, потому что трудная задача восстановления Германии не могля якобы быть решена без помощи этих «экспертов». Все те, кто требовал наказания финансистов Гитлера, руководителей IG Farben, производителя вооружений Круппа и др., были объявлены врагами свободного предпринимательства, «коммуняками»367.

Последняя, но не менее важная причина великодушия американцев крылась также в тех близких и высокорентабельных отношениях, которые влиятельные американские предприятия поддерживали со многими немецкими фирмами. В 1920-е годы американские корпорации создали филиалы в Германии, взяли некоторые германские предприятия под свой контроль или вступили в стратегическое партнерство со многими германскими фирмами, и в мрачные годы Великой депрессии они получали там большие прибыли. После начала войны и даже после Перл-Харбора эти немецкие связи были в том или ином виде сохранены368.

Завод Coca-Cola в Эссене, например, процветал во время войны; его продажи и операции розлива значительно расширились, когда в качестве немецкой дочерней компании этот завод последовал за победоносным вермахтом в оккупированные страны, такие, как Франция и Бельгия. Когда были прекращены поставки сиропа кока-колы из Соединенных Штатов после Перл-Харбора, завод продолжал вести бизнес с новым лимонадом Fanta, почти 3 миллиона ящиков которого были проданы в одном только 1943 году. Поведение Coca Cola во время войны на земле нацистского врага едва ли было совместимым с тем имиджем, которым эта компания пользовалась у себя дома, пишет Марк Пендерграст, ибо в США этот безалкогольный напиток из Атланты «символизировал… американскую свободу [и] все то хорошее, за что боролись на фронте американские парни…» Однако связи Coca-Cola со свастикой – довольно безобидный пример военной деятельности американских корпораций в нацистской Германии, по крайней мере, по сравнению с немецкими филиалами таких фирм, как IBM, ITT, Ford и General Motors369.