Читать онлайн «Институты и путь к современной экономике. Уроки средневековой торговли». Страница 80

Подход, разработанный в предыдущих главах, предполагает, что важное достоинство теоретико-игрового анализа равновесия заключается в том, что подобный анализ аналитически ограничивает набор допустимых культурных убеждений. Кроме того, мы можем изучать влияние культурного наследия на институциональное развитие, исследуя то, как отдельные культурные характеристики создают эффекты координации, включения и доработки.

В этой главе данный тезис поддерживается историческим и теоретикоигровым анализом отношений между культурой и социетальной организацией и опирается на исследование культурных факторов, повлиявших на эволюцию двух донововременных обществ с разными траекториями социальной организации. В частности, анализ указывает на значимость культурных убеждений как факторов, влияющих на выбор альтернативных институтов. Эти убеждения также становятся составной частью итоговых институтов и направляют последующее институциональное и организационное развитие.

Культуры – важный фактор, задающий социетальную организацию, влияющий на институциональное развитие и определяющий проблематичность заимствования одними обществами институтов других обществ. В то же время поведение, порождаемое институтами, воспроизводит ту культуру, которая первоначально привела к возникновению этих институтов.

Аппарат теории игр полезен тем, что он ограничивает допустимый набор культурных убеждений, фиксирующих ожидания индивидов относительно действий, предпринимаемых другими людьми в различных обстоятельствах. Поскольку культурные убеждения тождественны и общеизвестны, когда каждый игрок наилучшим образом реагирует на них, набор допустимых культурных убеждений ограничен теми, которые являются самоподдерживающимися. Это подмножество культурных убеждений можно формализовать как множество распределений вероятностей на равновесной комбинации стратегий. Каждое распределение вероятности отражает ожидания игрока, относящиеся к действиям, которые будут предприняты на траектории игры и за ее пределами. В этом отношении культурные убеждения не отличаются от институционализированных убеждений в целом (см. главу V).

Хотя анализ равновесия используется для ограничения допустимых культурных убеждений в какой-либо определенной игре, анализ их динамических последствий признает, что они являются атрибутами индивидов, а не игр или институтов. Благодаря фундаментальной асимметрии убеждений, унаследованных из прошлого, и технически осуществимых альтернатив унаследованные из прошлого культурные убеждения влияют на решения в последующих стратегических ситуациях. Прошлые культурные убеждения дают фокальные точки и координируют ожидания, тем самым влияя на выбор равновесия и новые институты, составной частью которых они становятся.

Кроме того, разные культурные убеждения создают разные траектории эндогенного институционального изменения. Индивиды пытаются изменить свою судьбу к лучшему, подкрепляя и дорабатывая институты, особенно посредством образования новых организаций. Эти организации, как уже обсуждалось, изменяют релевантные правила игры – например, вводя нового игрока (саму организацию), меняя информацию, доступную игрокам, или же выигрыши, связанные с каждым конкретным действием. Введение новой организации отражает увеличение объема знаний, что может быть результатом осознанного плана или непреднамеренного эксперимента.

Необходимым условием осознанного организационного изменения является следующее: люди, способные инициировать такое изменение, должны ожидать, что в результате они получат от него выгоду. Поскольку их ожидания зависят от культурных убеждений, разные культурные убеждения ведут к разным траекториям организационного развития. Последующий процесс модификации и доработки новых институтов еще больше способствует обособлению каждой из траекторий. Как только введена та или иная специфическая организация, она начинает влиять на правила последующих игр, приводя к различным траекториям организационного и институционального развития, т. е. соответственно к разным социетальным организациям.

Разные культурные убеждения также могут вести к разным видам экономического поведения по отношению к индивидам с разными социальными характеристиками – например, богатством или принадлежностью к особой социальной группе. Разные культурные убеждения могут задавать разные социальные формы экономических взаимодействий, каждая из которых приводит к особой динамике распределения богатства. Некоторые культурные убеждения могут сделать эффективные отношения внутри общества невыгодными, что приводит к неэффективной в экономическом смысле социальной структуре.

Разные социальные формы экономических взаимодействий еще больше влияют на социетальную организацию, приводя к появлению различных институтов, основанных на социальных и моральных пристрастиях (см. раздел 3 главы V). Частные экономические взаимодействия между одними и теми же индивидами порождают отношения к социальным сетям и отношения, которые упрощают неформальные коллективные экономические и социальные наказания за отклоняющееся поведение.

Социальные и экономические модели поведения также влияют на внутреннюю мотивацию, т. е. мотивацию, основанную на полезности, извлекаемой из действия в соответствии с интернализированными нормами. Внутренняя мотивация представляется универсальной, однако разные формы социальных и экономических взаимодействий приводят к развитию различных нормативных систем; со временем индивиды начинают считать образ поведения, которому они следуют, тем поведением, которого они должны придерживаться. Разные усвоенные нормы, в свою очередь, подкрепляют различное поведение.

В главе VIII уже были приведены доказательства гипотезы, согласно которой культурные убеждения, нормы и организации, унаследованные из прошлого, влияют на траектории институционального развития. В ней были показаны взаимосвязи между политическими институтами Генуи и ее изначальными политическими структурами, а также культурными убеждениями. В данной главе эта гипотеза наполняется дополнительным содержанием за счет сравнительного анализа связей между культурой и социетальными организациями. В ней исследуются культурные факторы, которые заставили два донововременных общества – магрибских торговцев из мусульманского мира XI в. и генуэзских торговцев из европейского (латинского) мира XII в. – двигаться по разным траекториям социетальной организации.

В этой главе строится модель транзакции агента и купца (см. главу III) с целью исследования отношений между культурой и социетальной организацией в соответствующей игре с множественными равновесиями. Затем показывается, что различия институтов этих двух обществ и их динамики можно последовательно объяснить влиянием различных культурных убеждений и их динамических последствий.

Прошлые культурные убеждения, относящиеся к поведению за пределами равновесной траектории, влияли на институциональный отбор, становились составной частью итоговых институтов, влияли на различные экономические и социальные результаты, а также на динамику институционального изменения, и привели к разным организационным и контрактным инновациям. В этом анализе определенные качества, упоминаемые обычно для объяснения различных наблюдаемых исходов (социальные группы, социальные формы экономической занятости, распределение богатства, доступность судов), объясняются эндогенно, как отражения разных фоновых культурных убеждений.

Данный анализ служит дополнительным подтверждением тезиса, выдвинутого в главе VII: убеждения и связанные с ними организации (социальные структуры), унаследованные из прошлого, образуют начальные условия процессов, ведущих к новым институтам; влияют на окружение, координацию и включение; становятся элементами новых институтов; наконец, направляют процессы институциональной доработки, инновации и обучения. Общества двигаются по разным институциональным траекториям. Кроме того, они могут не суметь принять организацию более успешных в экономическом отношении обществ, поскольку фундаментальная асимметрия между унаследованными из прошлого элементами и технически осуществимыми альтернативами приводит к тому, что прошлое, зафиксированное в институциональных элементах, направляет институциональную динамику.

Любопытным образом наш анализ показывает, что социетальная организация торговцев из мусульманского мира напоминает современные коллективистские общества, тогда как организация торговцев латинского мира напоминает современные индивидуалистические общества. Эти выводы указывают на теоретическую и историческую роль культуры в определении социетальных организаций, в формировании институциональной зависимости от пройденного пути, а также в препятствовании успешному принятию институтов одного общества другим.