Читать онлайн «Социальная психология». Страница 145

Самый древний способ социальной категоризации основан на дихотомическом делении людей на две группы. Люди, ориентируясь на неосознанное социально-психологическое чувство, делят окружающих на «своих» и «чужих». Уже древние греки впервые в научной литературе классифицировали всех людей по этому признаку. В древнегреческом языке даже существовали специальные лингвистические категории для обозначения такой дихотомии. Свою группу, свой народ греки называли словом «демос», а словом «этнос» – варваров, чужих, непохожих на них людей. Европейская наука складывалась, опираясь на философию и терминологию античности. На основе древнегреческих лингвистических корней появились слова «демография», изучающая народонаселение своей и других стран, и «этнография», изучающая быт и культуру различных народов. Европейская этнография развивалась, собирая знания о неевропейских народах. Лишь потом, по мере становления науки, пришло осознание необходимости изучать и свой народ.

В российской науке идею социально-психологического дихотомического деления общностей разрабатывал Б. Ф. Поршнев. Он изучал социально-психологический процесс исторического формирования и развития общностей. Отношение «мы – они» является универсальным принципом психического оформления любых общностей. Впервые такое психологическое деление людей возникло в первобытном обществе. ««Мы», – подчеркивал Б. Ф. Поршнев, – это всегда люди в прямом смысле слова, то есть люди вообще, тогда как «они» – это не совсем люди. Самоназвание множества племен и народов в переводе означает просто «люди». Но осознание «мы» всегда достигается лишь через противопоставление, через антитезу. «Мы» – это те, которые не «они», – это истинные люди» (146, с. 36). Б. Ф. Поршнев считал, что осознание «они» первичнее, чем осознание «мы». Для того чтобы появилось субъективное «мы», требовалось повстречаться и обособиться от каких-то «они». Первым актом надо считать возникновение в голове индивида представления о «них». «Они» на первых этапах взаимодействия куда конкретнее, реальнее, несут с собой те или иные определенные свойства – бедствия от вторжения «их» орд могут быть катастрофическими, непонимание ими человеческой речи создает непреодолимый барьер для общения. «Они» могут персонифицироваться в образе вождя или в образе несметного полчища врагов, победить которых у «мы» нет сил.

Б. Ф. Поршнев пришел к выводу, что главной, чисто социально-психологической характеристикой группы является наличие так называемого «мы-чувства», которое выражает потребность дифференцировать одну общность от другой и представляет собой своеобразный индикатор осознания принадлежности к данной общности.

Чем дальше уходила история от первобытных времен, тем больше изменялось соотношение значимости «они» и «мы». Многообразные общности стали ощущаться по противопоставлению не каким-то конкретным «они», а по противопоставлению просто всем, которые не «мы». Прошли тысячелетия, прежде чем у людей пробудилась мысль, что «мы» совпадает со всем человечеством, живущим на Земле. Вся история человечества – это постоянный поиск «своих» и «чужих» в окружающем мире. Возникшее противопоставление очень устойчиво. Оно появилось в реальном социальном мире и существует в нем до сих пор, переносится на мир воображаемый, идеальный. «Возникает социально-психологическая загадка, – отмечает Б. Ф. Поршнев, – если всякая общность, всякое «мы» осознает себя и конституируется через сопоставление с каким-то «они», то кто же «они» по отношению к рождающейся сверхобщности – человечеству?» (146, с. 34—82).

Психологическая потребность людей иметь себе противоположность не ослабевает в ходе исторического развития. Человечество, осознав свое единство, свою общность, тут же придумывает себе противников в виде таинственных и порой злонамеренных инопланетян, бороздящих наше околоземное пространство на НЛО, непонятных для нас, скрывающих свою сущность.

Рассматривать дихотомию «мы – они» необходимо не только в мифологическом и религиозном планах, но и в реальной социальной жизни. Дихотомия – основной закон, запустивший процесс развития социального мира. Современный французский культуролог Э. Левинас (Е. Levinas) сформулировал всеобщую нравственную максиму обогатив ее новым смысловым содержанием. Левинас утверждал, что смысл человеческого существования обнаруживается перед «лицом другого». Отношение к «другому» как к ценности, как к трансценденции, общение и взаимодействие «лицом к лицу» является у Левинаса исходной точкой нравственного отношения к миру.

16.1.4. Ингруппы и аутгруппы

Американские психологи определяют группу через понятие «мы». Так, например, Д. Майерс пишет: «Группа – это два или более лица, которые взаимодействуют друг с другом, влияют друг на друга дольше нескольких мгновений и воспринимают себя как «мы»» (99, с. 674). В западной социально-психологической литературе сложилось деление на ингруппу и аутгруппу.

Ингруппа – это группа, к которой человек себя относит, с членами которой он себя идентифицирует таким образом, что расценивает членов группы как «мы».

Аутгруппа – это группа, к которой человек не принадлежит или считает, что не принадлежит, для которой он подбирает символическое значение «немы».

В современном обществе между людьми существует множество связей, но чувство ингруппы («мы»), поиск ее членов среди других людей остаются очень актуальными для каждого человека. Понятия ингруппы и аутгруппы важны потому, что идентификация каждой личности с группой существенно влияет на самопредставление и поведение. От членов ингруппы мы вправе ожидать признания, лояльности, взаимопомощи. Ожидаемое от представителей аутгруппы поведение при встрече зависит от вида этой группы. От одних мы ждем враждебности, от других – более или менее дружеского отношения, от третьих – равнодушия и индифферентности.

Г. Тэджфел и его коллеги в начале 70-х гг. провели серию экспериментов с целью показать, что простое, чисто номинальное разделение людей на группы может порождать внутригрупповой фаворитизм и дискриминацию по отношению к членам других групп даже при отсутствии сколько-нибудь тесных отношений между членами одной группы. Исследователи исходили из гипотезы, что люди склонны видеть мир сквозь призму дихотомии «мы – они», полагая при этом, что «мы» в чем-то лучше, чем «они».

Исследования Г. Тэджфела, по мнению В. С. Агеева, интересны тщательным исключением из экспериментальной ситуации всех возможных факторов, которые обычно называются в качестве причин межгрупповой дискриминации. Исключались такие факторы, как межличностное взаимодействие, конфликты целей и интересов, предыдущая враждебность или предвзятость, связь между действиями в пользу собственной группы и личными материальными интересами испытуемых. Единственное, что оставалось неизменным, – это факт группового членства, но и оно было предельно незначимым, эфемерным, «минимальным». Таким образом, с точки зрения Тэджфела, «группа – это совокупность индивидов, которые воспринимают себя как членов одной и той же социальной категории, разделяют эмоциональные последствия этого самоопределения и достигают некоторой степени согласованности в оценке группы и их членства в ней» (2, с. 21—23).

Отечественный психолог И. Р. Сушков считает, что «категоризация по жестким дихотомиям характерна для первых этапов развития общности. Первые общественные группы проводят жесткие неспецифические границы, внутри которых разрешен социальный обмен, а вне границ полностью запрещен. Поэтому восприятие тех, кто «они», сопровождается чувством тревоги и поляризацией отношений. «Они» не могут быть такими, как «мы»» (178, с. 255).

Эксперимент Сушкова. Автор провел небольшое эмпирическое исследование и попросил 50 человек с высшим гуманитарным образованием, как людей с достаточно высоким уровнем культуры социального общения, создать три словесных портрета: «я – это», «мы – это» и «они – это». В результате получилось описание совершенно полярных общностей. В портрете «мы» встречается около 20 % характеристик из портрета «я» и практически не встречаются характеристики из портрета «они». В «мы» наиболее часто упоминаются родственники, друзья, коллеги, люди одной и той же национальности. Люди из общности «мы» обладают положительными социально-психологическими качествами, такими как доброта, ум, веселость, мечтательность, порядочность, трудолюбие. «Они» редко идентифицируются по профессиональным признакам и имеют другие или совершенно противоположные характеристики по сравнению с «мы». Глупость, злость, уныние, животные, африканцы, американцы, алкоголики – вот их основные характеристики. «Социальная природа заставляет групповых субъектов, – пишет И. Р. Сушков, – принимать как данность общедифференцирующие процессы, толкающие их к необходимости категоризации и оформлению в самостоятельные элементы социальной системы. В основе такой категоризации лежит простое противопоставление своей общности и всех остальных по дихотомическому принципу: «мы» – «не мы»» (178, с. 255—256).