Читать онлайн «Призрак в Сети. Мемуары величайшего хакера». Страница 44

Теперь, когда у меня были номера прослушивающих устройств, нужно было вычислить, куда отзванивается каждое из них. В первую очередь я прозвонил все номера, зная, что те из них, которые не давали сигнала «занято», на тот момент не использовались для перехвата, – в этом случае я их игнорировал.

Что же касается всех остальных номеров, тех, что в данный момент были выделены для перехвата, то я позвонил в оклендскую систему управления коммутацией и обманом заставил техника выполнить команду «query call memory» (QCM) на коммутаторе DMS-100, который обслуживал данный номер (QCM выдает последний номер, набранный с этого телефона). Теперь я добыл последнюю порцию информации, и у меня был список номеров дозвона прослушивающих устройств для всех активных перехватчиков Pacific Bell в штате Калифорния.

Региональный код и добавочный номер подслушивающего устройства сообщали, на какой центральной станции происходило прослушивание. Если бы Льюис или я знали кого-нибудь, чей телефонный номер обслуживался с центральной станции, где действовало прослушивающее устройство, я мог бы позвонить на станцию, сказать, что я из отдела безопасности Pacific Bell, и объяснить: «У вас установлена одна из наших коробок. Нужно, чтобы вы выполнили трассировку соединения». После нескольких операций у меня был бы требуемый телефонный номер, на который шел перехват. Если бы оказалось, что он не принадлежит никому из моих знакомых, я перешел бы к следующему устройству.

Я продолжал отслеживать перехват ради подстраховки, а сам сосредоточился на критически важной задаче: выяснить, чем на самом деле занимался Эрик. Мне в голову пришел один способ, который я никогда до этого не пробовал. Я позвонил в коммутационный центр, что управлял станцией, обслуживавшей телефон Эрика, и убедил техника заблокировать историю линию или поставить LHB. Так можно получать информацию о последнем набранном номере на линии, обслуживаемой коммутатором 1A ESS.

После этого я стал запрашивать LHB об Эрике по нескольку раз в день, желая узнать, по каким номерам он звонит.

Один из номеров перепугал меня до смерти. Оказывается, Эрик набирал 310 477-6565. Мне не нужно было ничего выяснять. Этот номер накрепко врезался мне в память: лос-анджелесская штаб-квартира ФБР.

Вот черт.

Я позвонил Льюису на работу со своего замаскированного сотового телефона и сказал: «Включи любительское радио». Он знал, что я имел в виду: это значило включить замаскированный сотовый телефон. Льюис был из тех людей, которые любят зацикливаться на чем-то одном. Когда он брался за конкретную задачу, то имел привычку выключать сотовый телефон и пейджер, чтобы они не мешали думать.

Связавшись с ним по безопасному сотовому телефону, я сказал: «Чувак, у нас проблемы. Я сделал LHB на линии Эрика. Он, черт возьми, звонит в ФБР».

Льюис вовсе не показался встревоженным. Абсолютно никаких эмоций.

Что ж, возможно, в офисе был кто-то еще, и он не мог реагировать эмоционально. Или, может, это было проявлением его высокомерия, чувства превосходства, представления о собственной неуязвимости.

Я сказал: «Убери свои дискеты и записи из квартиры и офиса. Все, что касается SAS, нужно надежно спрятать. Я тоже так сделаю».

Возможно, один телефонный звонок в ФБР не показался ему такой уж серьезной проблемой.

Я сказал: «Просто делай!» – и старался не закричать.

Здравый смысл подсказал мне следующий звонок в отдел имен и адресов абонентов Pacific Bell. Это не потребовало особых усилий, но принесло неожиданные плоды. Приветливая юная особа приняла мой вызов и спросила PIN-код. Я назвал тот, который перехватил пару месяцев назад, проникнув в базу данных CNL. После сказал ей два номера телефонов в квартире Эрика.

«Первый, 310 837-5412, оформлен на Джозефа Верила, Лос-Анджелес, – сказала она. – Он закрытый». Так говорят о номере, который оператор справки не имеет права разглашать. «Второй, 310 837-6420, также числится за Джозефом Вернлом, и он тоже закрытый». Я попросил ее прочитать мне имя по буквам.

Итак, имя Эрик Хайнц оказалось липовым, на самом деле его звали Джозеф Вернл. Или же у Эрика имелся сосед по комнате, что было сомнительным для парня, который каждую ночь проводил с новой девушкой. Или, может быть, он просто зарегистрировал телефоны под чужим именем.

Скорее всего, имя Эрик Хайнц было фальшивым, а Джозеф Вернл – настоящим. Мне нужно было выяснить, кем этот парень был на самом деле , и сделать это быстро.

С чего начать?

Договор аренды, который он заполнял в своем жилом комплексе, может содержать какую-нибудь дополнительную информацию: ссылки или еще что-нибудь.

Жилой комплекс Оуквуд, где мы с Льюисом нанесли ему тот неожиданный визит, оказался всего лишь одной из множества арендных площадей, принадлежащих риэлтерской компании. Квартиры сдавались организациям, которым нужно было предоставить своим сотрудникам временное жилье, или людям, которые недавно переехали в другой город и нуждались в крыше над головой на первое время. Сейчас эта фирма выступает как крупнейшая в мире компания по аренде жилплощади.

Для начала я нашел номер факса международного головного офиса Оуквуда. После взломал коммутатор телефонной компании и временно переадресовал телефонную линию так, чтобы все входящие факсы пересылались на факс в клуб «Кинко» в Санта-Монике.

Позвонив в головной офис Оуквуда, я спросил имя менеджера, после чего соединился с бюро аренды в здании Эрика. Вызов приняла дамочка с приятным голосом и услужливыми манерами. Назвавшись именем менеджера, которое только что узнал, я сказал: «К нам поступил юридический запрос об одном из ваших жильцов. Мне нужно получить по факсу договор аренды Джозефа Верила». Она сказала, что займется этим немедленно. Я убедился, что номер факса, по которому она отправляет документ, совпадает с тем, что я перенаправил в Кинко.

Я подождал некоторое время, чтобы факс наверняка успел дойти, после чего позвонил в «Кинко», куда он был направлен. Сказал их менеджеру, что я оператор из другого клуба Кинко, и объяснил: «У меня здесь клиент ожидает факс. Он только что понял, что факс послали в другой Кинко». Я попросил его найти факс и переслать в мой клуб. Этот второй шаг значительно усложнит федералам их работу, если они захотят меня вычислить. Я называю этот прием отмыванием факса.

Через полчаса я подъехал к местному «Кинко» и, немного заплатив, забрал факс.

После всех этих усилий операция не прояснила решительно ничего. Она только добавила загадок. Владельцы зданий для корпоративной аренды обычно требуют дополнительную информацию, чтобы убедиться, что их постояльцы не несут никаких финансовых рисков. Однако в данном случае Оуквуд сдал помещение парню, который не предоставил почти никаких сведений. Никаких ссылок. Никаких банковских счетов. Никаких прежних адресов.

Самое главное то, что имя Эрика никак не упоминалось. Квартира сдавалась на то же имя Джозефа Верила, на него было оформлено телефонное обслуживание. Единственной, помимо имени, информацией во всем документе являлся номер рабочего телефона – 213 507-7782. Даже это было странно: номер был не офисный, а, как я легко определил, мобильного телефона, обслуживаемого компанией PacTel Cellular.

По крайней мере это была зацепка.

Звонок в PacTel Cellular позволил выяснить название магазина, где был куплен мобильный телефон, упомянутый в договоре аренды. Это был One City Cellular, в районе Вествуд Лос-Анджелеса, округа, в котором расположен филиал Калифорнийского университета Лос-Анджелеса. Я сделал предварительный звонок в магазин и сказал, что хочу узнать кое-что о моем счете.

«Ваше имя, сэр?» – спросила женщина на другом конце провода.

Я сказал: «Он должен быть записан на Правительство Соединенных Штатов». Я надеялся, что она исправит мою ошибку, хотел, чтобы это была ошибка. В то же время я надеялся, что девушка окажется достаточно услужливой и назовет имя владельца счета.

Она назвала. «Вы Майк Мартинез, правильно?» – спросила она.

Что за черт?!

«Да, я Майк. Кстати, какой еще раз мой номер счета?»

Я сказал это наудачу, но девушка была всего лишь продавцом в магазине сотовых телефонов, а не компетентным специалистом по обслуживанию клиентов из сотовой компании. Не выказывая ни малейшего сомнения, она просто зачитала мне номер счета.

Хайнц… Вернл… Мартинез. Что за ерунда здесь происходит?

Я снова позвонил в магазин сотовых телефонов. Ответила та же дамочка. Я положил трубку, подождал немного и попробовал еще раз. На этот раз ответил парень. Я назвал ему имя, номер телефона и номер счета и сказал: «Я потерял три последние распечатки моих звонков». Я попросил прислать их мне по факсу прямо сейчас. «Я нечаянно стер с телефона всю адресную книгу. Мне нужны счета за телефон, чтобы восстановить ее», – пояснил я.