Читать онлайн «Последний SOS «Вольтурно»». Страница 82

Позже этот случай был использован многими авторами бульварных изданий. Чего только не сообщали писаки своим читателям, перевирая и искажая рассказ Бартли! Героя сравнивали с библейским Ионой, который провел во чреве кита три дня и три ночи. Писали, что он вскоре ослеп, потом стал сапожником в своем родном городе Глостере, и даже то, что на его могильной плите вырезана надпись: «Джеймс Бартли — современный Иона».

Фактически же никто толком ничего не знал о судьбе Бартли после возвращения «Звезды Востока». Известно только, что его сразу отвезли в Лондон для лечения кожи. Однако врачи с их тогда еще несовершенными методами лечения кожных заболеваний не смогли помочь Бартли. Частые обследования, расспросы со стороны медиков и журналистов привели вскоре к тому, что Бартли куда-то исчез. Ходили слухи, будто он, не пожелав расстаться с морем, нанялся служить на небольшое судно.

Но шумиха, поднятая в 1891 году газетчиками, которые всеми силами старались убедить читателя в правдивости происшествия, масса искажений, подробности из четвертых уст и, наконец, факт исчезновения самой жертвы — все это привело к тому, что в конце прошлого века в английского Иону уже мало кто верил. Со временем эту историю забыли.

Впервые подробное описание происшествия с английским китобоем Джеймсом Бартли было опубликовано в книге «Китобойный промысел, его опасности и выгоды», изданной небольшим тиражом в Англии в конце прошлого века. Не менее подробно об этом писал в 1914 году французский профессор М. де-Парвиль в парижском журнале «Журналь де деба». Значительное место этому случаю уделил английский инженер-механик сэр Фрэнсис Фокс в своей книге «63 года инженерного дела», изданной в Лондоне в 1924 году.

В 1958 году уже забытое описание этого происшествия воскресил на своих страницах канадский рыбопромышленный журнал «Кэнёдиан Фишермен». В 1959 году об этом же сообщалось на страницах журнала «Вокруг света» и в 1965 году — в «Технике — молодежи». В 1960–1961 годах английский ежемесячник «Нотикл мэгэзин» и американские журналы «Скиппер» и «Си Фронтиерс» опять поведали читателям о «современном Ионе». Все перечисленные выше источники считают эту историю правдоподобной и вполне вероятной.

С тех пор как человек начал овладевать стихией моря, ему пришлось познать горечь кораблекрушения. Туман, ураганы, скалы, рифы и огонь — вот исконные враги мореплавателей.

Но в мировой летописи кораблекрушений есть и другие причины гибели судов. Они входят в раздел «непреодолимые силы стихии и непредвиденные на море случайности». Это прежде всего случаи попадания в судно молнии и метеорита. Испокон веков перед этими явлениями природы моряки оказывались бессильными.

Просматривая многочисленные описания, хроники и летописи аварий, кораблекрушений в прошлые века, то и дело наталкиваешься на упоминание факта крупной аварии или гибели судна в результате попадания молнии. Вот некоторые примеры.

1784 год. Английский двухдечный линейный корабль «Тисбе» борется со штормом у берегов Ирландии. Вырвавшаяся из грозовых туч молния ударяет в грота-рей и от него устремляется вниз на палубу. Вспыхивают паруса грот-мачты. Огонь грозит гибелью кораблю… К счастью, командир «Тисбе» принимает единственное правильное решение — приказывает срубить мачту. Охваченные огнем паруса вместе с ней падают за борт, корабль удается спасти…

1801 год. Во время грозы, которая пронеслась близ островов Силли, молния попадает в фор-стеньгу 80-пушечного английского корабля «Гибралтар». По мачте она проникает в трюм, где в щепы разбивает несколько ящиков, в которых хранятся пушечные ядра. Неизвестно, каким чудом корабль остался цел: под ящиками с ядрами хранились 400 бочонков, пороха…

Из метеорологии нам известно, что сильные вихревые движения воздуха, тропические и внетропические ураганы, циклонические бури и смерчи очень часто сопровождаются значительными явлениями атмосферного электричества. Чаще всего эти проявления имеют вид обычных линейных, более или менее сложных и частных молний. Гораздо реже они становятся необыкновенными по силе, форме разрядов и их частоте. Появляются своеобразные плащевые молнии: молнии становятся настолько частыми, что кажется, будто облака наполнены ими, при этом возникает почти непрерывное свечение. Такие плащевые молнии нередко поражали сразу несколько судов. Мерцание в небе множества молний отмечалось, например, осенью 1813 года в устье Роны, где тогда стояла английская эскадра, блокировавшая Тулон. Из тринадцати кораблей молнии повредили в течение двух минут семь. На пяти из них пришлось менять мачты и стеньги.

Известны случаи, когда молния пробивала деревянный корпус судна насквозь. Так случилось с французским военным кораблем «Коквин», который в рождественскую ночь 1820 года стоял на якоре в Неаполитанском заливе. Молния, пробив корпус корабля (от верхней палубы) и днище, ушла в воду. Получив течь, «Коквин» начал погружаться. Лишь благодаря быстрым действиям экипажа судно удалось вовремя посадить на мель.

Во времена парусного флота (до середины прошлого века) корабли строили из дерева, их такелаж, пропитанный смолой, паруса и сам корпус судна при соприкосновении с огнем мгновенно загорались, пламя в течение считанных минут охватывало весь корабль, и обычно борьба людей с огнем оказывалась бесполезной. Разрушительное действие пожаров на море времен деревянного кораблестроения достигало колоссальных размеров, и молния здесь сыграла не последнюю роль…

Спустя десять лет после открытия Бенджамена Франклина, впервые указавшего миру на электрическую природу молнии, англичанин Вильям Уатсон построил в Лондоне громоотвод. Зная, какую опасность молния представляет для кораблей, изобретатель обратился к адмиралу Ансону, в то время Первому лорду Адмиралтейства, с советом оборудовать все британские военные корабли громоотводами. Уатсон снабдил свой проект подробными чертежами и эскизами. По его идее громоотвод должен был быть сделан из меди в виде полос, проходящих от клотика каждой мачты вниз и уходящих за днище корабля в воду. Лордам Британского Адмиралтейства эта затея показалась слишком «дорогим удовольствием», и Уатсону было отказано в привилегии на изобретение.

Прошло лет двадцать, и в мире появился еще один поборник «молниеотводов» на кораблях. Им оказался некий Вильям Хэррис — выпускник медицинского факультета Эдинбургского университета. Оставив хирургию, тридцатилетний врач посвятил себя проблемам электричества и магнетизма. Он опубликовал несколько серьезных работ о молнии, о ее опасности для судов. В его трудах мы находим помимо интересных фактов и конкретные цифры. По сведениям, собранным Хэррисом из официальных источников Британского Адмиралтейства и Страхового Ллойда, с начала XIX века за 25 лет молния поразила 220 военных кораблей: 87 линейных, 55 фрегатов, 78 шлюпов и других более мелких судов. На этих кораблях Адмиралтейству пришлось заменить более 400 мачт и стеньг.