Читать онлайн «Наследник из Калькутты». Страница 73

Кругом царит суета. Отец-настоятель принимает важных гостей из города. В глубокой сковородке под крышкой шипит, покрываясь коричневой корочкой, жирный петух-каплун, предварительно вымоченный в белом вине. Молодая нашпигованная индейка распространяет упоительный аромат. Худой, полуголодный Джакомо отлично знает, что индейка готовится совсем не для гостей настоятеля: прислужник сейчас унесет ее в покой к падре – приютскому канонику.

Узким кухонным ножом мальчик вскрывает брюхо огромной рыбы, которую он с трудом вынимает из лохани. Рыба ударяет хвостом, и Джакомо больно колет себе палец рыбьей костью. Злоба вскипает в нем.

Два повара, вынув из печи индейку, уходят в кладовую. Мальчик торопливо бросается к индейке, вытаскивает из ее брюха печеные яблоки и набивает его до отказа грязными рыбьими потрохами и скользкой чешуей.

Потом он маскирует отверстие и… быстро сует себе в рот печеное яблоко, пропитанное горячим жирным соком. От нестерпимой боли слезы выступают на глазах, но повара вернулись, и Джакомо, давясь, держит горячий ком во рту.

Повар кладет индейку на блюдо, украшает ее оливками, трюфелями и зеленью, и прислужник каноника уносит дымящееся жаркое на второй этаж. Там, в скромной келье каноника, опытный прислужник торжественно ставит блюдо на стол, давно накрытый крахмальной скатертью и уставленный бутылками. Каноник, сурово поджав губы и воздев очи к потолку, садится за трапезу…

Джакомо еще не успел счистить с рук и живота налипшую рыбью чешую, как в кухню ворвалось олицетворение ураганного вихря в образе прислужника падре. Прислужник даже не заметил, что под полою сутаны маленького чистильщика рыбы остался кухонный нож. Вот виновник уже доставлен в пустующий класс, выбранный для экзекуции, и разражается небывалая гроза! Падре мечет молнии и громы, и мальчик, распластанный на скамье, принимает такую порцию розог, какой с лихвой хватило бы на целый год ежедневного «телесного внушения».

Потом «злодея» тащат в чулан и запирают в темноте. Здесь волчонок сидит до вечера, и каноник, которому, к несчастью, опять попалась на глаза злополучная индейка, вечером идет к чулану, чтобы возобновить внушение. Джакомо через дверную щель видит лицо каноника, который возится с замком. В руках у падре – узкий ремешок с пряжкой.

Верхняя губа мальчика и впрямь начинает подниматься, как у волчонка. Подросток оскаливается и съеживается. Дверь распахнута… и вдруг весь приютский флигель оглашает визг боли и испуга.

Сбежавшиеся дети и даже покинувший свою постель привратник, приковылявший на тумбоподобных ногах, видят падре на полу перед открытым чуланом; он в ужасе прижимает к животу окровавленные пальцы, а по двору, в распахнутой сутане, мчится волчонок Джакомо с кухонным ножом в руке…

В эту ночь тринадцатилетний мальчик бежал из приюта. Каноник, получивший серьезную рану в живот, поднял на ноги всю полицию, но беглеца не удалось разыскать…

До окрестностей Неаполя Джакомо добрался пешком, питаясь подаяниями. Дымок над Везувием он увидел в луче восходящего солнца, но это утро могло стать последним в его жизни, ибо на берегу залива он свалился замертво, обессилев от лишений и голода.

Очнулся Джакомо в рыбачьем баркасе Родольфо Ченни. Крепкий загорелый рыбак с острова Капри стоя правил парусом. У ног его ползала четырехлетняя черноглазая Доротея, а жена Родольфо, молоденькая Анжелика, перебирала на корме купленные в Неаполе обновки.

Семья Ченни приютила бездомного сироту, и целых четыре года мальчик провел среди скал и виноградников Капри. Он превратился в мускулистого, сильного юношу, научился управлять парусами, вязать морские узлы и плавать, как дельфин. Он уже носил нож у пояса и ходил вместе с Родольфо в Сицилию, на Корсику и в южные порты Франции. Родольфо Ченни промышлял контрабандой, и случалось, что его баркас возвращался в укромную бухту на Капри со свежими пробоинами в смоленом дереве бортов. Однажды Джакомо вернулся из такой поездки с пулей французского таможенного солдата в мякоти ноги. Когда Родольфо вынул пулю и прижег рану порохом, юноша повесил себе эту пулю на шею в виде брелока и хвастался ею перед сверстниками.

Шестнадцати лет от роду Джакомо впервые увидел человека, которому впоследствии оказался обязанным своей фамилией.

Небольшой английский парусник разбило бурей у Липарских островов, и в хижине Родольфо Ченни оказался еще один спасенный. Бродяга и пьяница, бездомный и бесприютный, как Джакомо, но уже с сединою в рыжих усах, английский матрос Бартоломью Греллей сохранил при катастрофе только три гинеи, просоленную потом рубаху и неисчерпаемый запас рассказов о своих похождениях на море и на суше.

Он прожил в семействе Ченни год, вплоть до событий, переменивших жизнь Джакомо и его друзей.

Вместе с новым обитателем хижины, который в просторечии каприйских рыбаков превратился в Бартоломео Грелли, рыбак Ченни и его семнадцатилетний воспитанник предприняли довольно опасную операцию. Через несколько границ итальянских королевств, герцогств и республик они переправили партию оружия в Швейцарию, для тирольских повстанцев. Отсутствовали они более месяца и вернулись на Капри без Бартоломео Грелли. На обратном пути, когда позади остались самые опасные полицейские кордоны и горные перевалы сухопутной части их маршрута, баркас Родольфо Ченни был накрыт метким пушечным выстрелом картечью со сторожевого судна. Свистящий свинцовый град пощадил только Джакомо. Родольфо и Бартоломео получили тяжелые раны. Джакомо, один управившись с баркасом, высадил Бартоломео у знакомых рыбаков близ Сорренто, а раненного в бок Родольфо доставил домой. Через пять суток Родольфо скончался. Его бренные останки, вопреки ожиданиям, приняло не море, а маленькое кладбище в ущелье между прибрежными скалами Капри.

После похорон в хижине стало пусто и печально. Два дня семья питалась остатками поминальной еды, а затем Джакомо, которому Родольфо перед смертью завещал заботу об осиротевшей семье, стал собирать вдову с дочерью в дорогу. Было решено, что они уедут в Сорренто, на родину Анжелики. Там Анжелика купила маленький домик с виноградником и несколькими апельсиновыми деревьями. Джакомо помог ей устроить несложное хозяйство, а потом разыскал Бартоломео и вместе с ним ушел на шведском корабле в северные моря, оставив вдове все полученные вперед деньги. Два года он проплавал, научился читать мореходные карты и пользоваться компасом, буссолью и секстаном. Бартоломео Грелли передал ему весь свой немалый опыт, и штурман-норвежец взял его к себе в помощники.