Читать онлайн «Цвет сверхдержавы - красный 3 Восхождение. часть 1». Страница 115

Теоретически, с помощью таких объектов, как «Сура» или система HAARP, можно создать гигантскую радиолинзу, отражающую радиолуч в выбранном направлении или наоборот — поглощающую его. (http://ss-op.ru/reviews/view/43) Установка «Уран-1» на тот момент подобными возможностями не обладала, но, после некоторой модификации, и сложных расчётов, проведённых с помощью ЭВМ академика Лебедева, учёные решили попытаться определённым образом облучать вычисленный участок ионосферы над Европой, сфокусировать на нём излучение нескольких радаров, рассчитывая, что это нарушит условия отражения радиосигнала. Но это была лишь половина коварного плана, задуманного Иваном Александровичем.

Второй половиной плана стала подложная радиостанция «Освобождение», вещающая на тех же частотах и в то же время, но с несколько иным репертуаром. Даже дикторов туда подбирали с голосами, похожими на голоса известных дикторов настоящего радио «Освобождение»

Когда установка «Уран-1» была впервые включена после модификации, передачи радио «Освобождение» на территории СССР внезапно прекратились. Но через несколько минут собравшиеся у приёмников на кухнях диссиденты вновь услышали знакомые позывные. Выдохнув от облегчения, жертвы промывания мозгов прильнули к приёмникам.

Вначале передачи были вполне обычными — обличающими преступления «кровавого коммунистического режима». Но затем диктор то ли перебрал, то ли обкурился, и понёс совсем уж откровенную чушь про «красных казаков верхом на медведях, вырезавших всё население Стамбула».

Диссиденты недоумённо слушали захватывающий рассказ «красного казака, выбравшего свободу», о том, с каким трудом ему удалось получить в КГБ права на вождение боевого медведя, и сколько для этого пришлось выпить водки на пару с уполномоченным.

На следующий день ночные радиослушатели вполголоса обсуждали услышанное:

— Фима, таки ви слушали вчера?

— Таки да, но очень удивился...

— Они там совсем перепились, что ли? Медведи, казаки, которые едят младенцев, реки крови по колено, текущие по улицам... Таки они нас совсем за идиотов держат?

— Я сначала думал, что это такая шутка юмора, но потом просто выключил приёмник — сил не было слушать эту чушь... Раньше «Освобождение» сообщало то, о чём коммунисты умалчивали, но сейчас слушать коммунистические передачи стало интереснее, чем западное радио...

Подобные передачи повторились и на следующие сутки, и ещё, и ещё... Радио «Освобождение» начало катастрофически быстро терять аудиторию. По мере вступления в строй новых атмосферных излучателей аналогичные меры принимались и против других радиостанций, вещающих на СССР, таких, как «Голос Америки», «Русская служба BBC» и «Немецкая волна»

Серов, изучив присланную в документах книгу Джина Сосина «Искры свободы», составил рекомендации для членов ЦК и пропагандистов. Вкратце они сводились к полному игнорированию западного радиовещания.

— Для непосредственного руководства этих радиостанций очень важен отклик из СССР, — пояснил Иван Александрович секретарям ЦК КПСС по идеологии Шепилову, Поспелову и Суслову. — Если они такого отклика не получают, если не знают, слушают ли их в Советском Союзе, или нет, у них пропадает мотивация и возможность держать руку на пульсе событий. (Из книги Дж. Сосина «Искры свободы» ) Любое упоминание их радио нашими официальными лицами для них равносильно признанию важности и результативности их работы. Если мы сделаем так, чтобы их вещание в их собственном представлении «уходило в никуда», администрация США в конце концов спросит: «А на что вы тратите выделяемые вам деньги?» (Подобные попытки закрыть радио «Свобода» под предлогом экономии средств и неэффективности действительно были в начале 70-х. Из книги Дж. Сосина «Искры свободы» )

Настоящим ударом для пропагандистов «Освобождения» стали письма советских радиослушателей, переправляемые на Запад по различным каналам. Их начали обвинять в том, что они «несут чушь в эфире, вместо того, чтобы обличать коммунистический режим». Аналогичные сообщения начали поступать из американского посольства в Москве, где контролировали приём «Радио Освобождение» и других пропагандистских радиостанций.

Ещё одно пропагандистское решение Серову, сам того не подозревая, подсказал военно-морской министр адмирал Кузнецов. Они вместе ожидали в приёмной Хрущёва перед очередным совещанием, и адмирал в обычном разговоре ни о чём, рассказал пришедшуюся к слову военно-морскую байку.

Серов хохотал вместе со всеми. Кузнецов рассказал ещё пару баек.

— Николай Герасимович, а у вас таких историй ещё много? — спросил Иван Александрович.

— Ну... если повспоминать, то не один десяток наберётся, — усмехнулся Кузнецов.

— О! Надо мне с вами после совещания одну идею обсудить, — сказал Серов.

Вскоре была создана ещё одна радиостанция, вещающая в те же часы, в соседнем частотном диапазоне. Она передавала популярную музыку, и советскую, и лучшие хиты зарубежной эстрады, а также юмористические передачи. В это время «Радио «Освобождение» ещё не могло вести музыкальное вещание из-за недостаточной мощности передатчиков. Поэтому те, кто интересовался современной музыкой, переключались на соседнюю волну.

А уж когда по радио между музыкальными программами начали передавать анекдоты и байки из жизни моряков, лётчиков, пограничников, танкистов, геологов, аудитория «Освобождения» сократилась ещё больше.

Разумеется, противодействие вражеским «радиоголосам» играми с ионосферой и подложными радиостанциями не ограничивалось. Удачная операция, проведенная в 1957 году против Народно-Трудового Союза, получила продолжение и в 1958-м. Оставшихся деятелей антисоветских организаций начали «исчезать» по одному. Всё происходило внезапно и зловеще. Вечером очередной пропагандист НТС или «Освобождения» уезжал с работы домой, а утром не выходил на работу. Отправленные для проверки сотрудники редакции обычно находили пустую, аккуратно прибранную квартиру, без каких-либо следов прежнего жильца. Более того, иногда квартира уже оказывалась сдана другому постояльцу. Все следы пропавшего бесследно терялись.

На диссидентов эта практика действовала более чем угнетающе. Особенно когда некоторые из них находили у себя на дверях пометку, например, небольшой крестик, поставленный мелом. Или же среди ночи очередного диссидента будил телефонный звонок, и суровый голос объявлял:

— Ты — следующий.

Не выдержав морального прессинга, диссиденты бросали работу в редакциях газет и радио, бежали в другие страны, устраивались дворниками под чужими именами. Генерал Серов в отчётах называл эти операции «мерами активной контрпропаганды».

Вскоре из американского посольства в Москве в ЦРУ посыпались отчёты о «бредовом содержании передач радио «Освобождение». Некоторое время в ЦРУ и в Американском Комитете освобождения от большевизма (Амкомлиб — см. Дж. Сосин «Искры свободы» ), который официально «руководил деятельностью» радио «Освобождение», ничего не могли понять. Они-то «давали в эфир» проверенную, утверждённую руководителями ЦРУ информацию!

Наконец, один из сотрудников ЦРУ в американском посольстве в Москве догадался записать передачу радио «Освобождение» и переслал плёнку в мюнхенскую редакцию, с пометкой даты и времени записи. В Мюнхене сравнили запись эфира и сценарий передачи на эту дату — и пришли в ужас. Никто не понимал, как такое могло произойти: в Мюнхене говорят одно, а в Москве слышат совсем другое. Никому и в голову не приходило, что «красные» направленным радиолучом нарушают ионосферу над Европой, разрушая отражающее «зеркало». (АИ)

К решению загадки были привлечены лучшие американские специалисты. Они долго ломали голову, пытаясь понять «механизм искажения передачи». Начали анализировать голоса дикторов — и тут сумели уловить небольшую разницу в тембре. Советские глушилки продолжали работать, пусть и не на полную мощность, это изрядно мешало американцам осознать подставу.

В итоге вещание радио «Освобождение» неоднократно приостанавливалось и возобновлялось, редакцию лихорадило, никто не знал, выживет радиостанция, или же практичные американцы, поняв, что затея не работает, срежут финансирование, а то и вовсе закроют лавочку. Многие пропагандисты, даже те, на кого ещё не оказывалось психологическое давление, бросали работу и уезжали. Эффективность вражеской пропаганды заметно снизилась.