Читать онлайн «Одиночное плавание». Страница 101

Одна беда не приходит, это присловье стало невольным девизом несчастливой «щуки». Всплыли и попали в эпицентр мощного тропического урагана.

- Шторм бросал атомоход как щепку, - рассказывает старший мичман Сергей Блажков, - крены и дифференты доходили до критического уровня. Порой казалось, что корабль вот-вот перевернется. Из аккумуляторных баков выплескивался электролит, из баков с гидравликой выливалось драгоценное масло, на палубу и в трюма летело все, что не было своевременно закреплено. Народ держался, как мог и за что мог, ходить практически было невозможно.

Тем временем фрегат «Макклой» входил в свою базу. Его командир готов был рвать волосы на голове: проклятый шторм оборвал секретную антенну, потерян бесценный гидролокатор. Виновата стихия - а что же ещё?! - но спрашивать будут с него.

Передав радио в Москву о потере хода, Терёхин рискнул погрузиться на перископную глубину. Именно рискнул, потому что погружаться без хода да ещё в ураган весьма опасно. Подлодка, лишенная поддерживающей гидродинамической силы рулей и корпуса, не погружается, а падает в глубину, если она, как говорят подводники, не вывешена, то есть не сбалансирована по весу вытесненной ею воды. Заниматься вывеской в шторм невозможно. Едва приняли балласт, как К-324 стремительно пошла вниз. Остановить ее удалось лишь на 100-метровой глубине. Всплыли и снова попробовали скрыться с поверхности бушующего моря. Томительные почти что предсмертные минуты безумного погружения, но все же успели продуть главный балласт и выскочить под удары волн. Уже светало. «Щуку» вот-вот могли обнаружить. Потеря скрытности равносильна гибели в военное время. И хотя до боевых действий дело не дошло, Терёхин отважился в третий раз попытать счастья. Однако стреноженная атомарина не держала глубины - со 150 метров с трудом удалось продуться и всплыть. Командир не стал больше искушать судьбу и доверился ей всецело.

Утром, когда шторм поутих, рейсовый канадский авиалайнер заметил в Саргассовом море дрейфующую подводную лодку. Через полчаса прилетели выяснять обстановку два патрульных базовых самолета США. Лодка была опознана как советская «Виктор III», и к ней тут же ринулись два новейших эскадренных миноносца «Питерсон» и «Николсон». Они сразу поняли причину аварии - за «Черным принцем» тянулся обрывок той самой секретной антенны, которой лишился «Макклой» и которая намоталась на огромный семилопастный винт атомарины. Русским достался роскошный трофей с наиновейшим ноу-хау американских электронщиков. И где - в полигоне ВМС США! Такое и в страшном сне не могло примерещиться. Но факт оставался фактом - капсула с чудо-гидролокатором болталась за кормой К-324.

Командир «Питерсона» вызвал на связь по УКВ командира русской подлодки и предложил ему помощь в освобождении от намотавшегося троса. Терёхин отказался. Он не мог допустить на борт своего корабля специалистов вероятного противника. К-324 принадлежала к новейшему проекту советских подводных лодок и была насыщена секретной техникой. Один противолодочный комплекс «Шквал» чего стоил! Сверхскоростная подводная ракета, которой была вооружена К-324, развивала в океанской толщи скорость в 200 узлов и настигала субмарину противника на дистанции 11 километров. Это достигалось за счет двигателя на перекиси водорода и оригинальной системы снижения трения воды о корпус: снаряд летел в газовой оболочке, образованной пузырьками сжатого воздуха. Аналогов этому комплексу, обладающему почти абсолютной вероятности поражения цели, не существует и поныне.

Кроме того, как сообщают морские справочники, «АПЛ несла специальные диверсионные управляемые снаряды «Сирена» и другие средства «спецназначения», многим из которых мог бы позавидовать и суперагент 007 Джеймс Бонд, рожденный воображением Яна Флеминга. В частности, в 1975 году в ОКБ им. Н.Камова был создан складной одноместный вертолет Ка-56, предназначенный для транспортировки диверсантов и способный вместе со своим пилотом выстреливаться из 533-миллиметрового торпедного аппарата погруженной подводной лодки».

Но американцам нужно было вернуть во что бы то ни стало свои секреты, и они проявляли все нарастающую настойчивость - «давайте мы вам поможем!» Терёхин прекрасно понимал, что если американцы решаться взять лодку на абордаж, а дело шло именно к этому, то не поможет и великолепный «Шквал» - офицерскими же пистолетами и автоматами Калашникова эсминцы не отгонишь. И тогда он приказал командиру минно-торпедной боевой части капитан-лейтенанту Зарембовскому подготовить атомоход к взрыву, о чем и сообщил своим назойливым соседям.

- Командир турбинной группы капитан-лейтенант Букин, - вспоминает те тревожные дни старший мичман Сергей Блажков, - предложил сформировать аварийную партию, чтобы освободиться от троса. Однако все попытки ни к чему не привели: трос был слишком плотно намотан на винт, к тому же был сделан из такого прочного материала, что его не брал ни один инструмент. Американские корабли нашим тщетным усилиям не мешали, хотя опасно маневрировали вокруг, пытаясь обрубить своими винтами злополучную антенну. В диком напряжении прошли сутки. Неожиданно эсминцы успокоились и отошли на приёмлемую дистанцию. Лишь много позже выяснилось, что они повторили тот же трюк, что и мы с их «Макклоем»: под К-234 подошла атомная подводная лодка «Филадельфия»…

В книге «История подводного шпионажа против СССР», выпущенной в США, этот драматический эпизод описан так: «Подлодка (К-324) всплыла и попыталась освободить трос, который намотался на её винт. Она оказалась без движения, захватив свой трофей… Подлодка «Филадельфия» маневрировала около лодки типа «Виктор» и подошла вплотную снизу, чтобы получше рассмотреть ее. И снова неожиданно для всех часть троса с гидролокатором зацепилась за что-то уже на корпусе подлодки «Филадельфия»…

Ситуация трагикомическая: две враждующие атомарины «скованы одной цепью», точнее связаны одним тросом. Перетягивание каната - любимое развлечение моряков на всех флотах мира. Но когда канат тянут две атомные подводные лодки, дело пахнет не просто порохом, а оружейным плутонием… По счастью, (в который раз «по счастью»?) бронированный кабель-шланг лопнул и «Филадельфия» унесла капсулу с гидролокатором на своем корпусе. Инцидент был бы исчерпан, если бы на винтах К-324 не оставалось свыше 400 метров низкочастотной антенны…

На десятые сутки вынужденного совместного плавания с игрой мускулов и поединком амбиций к месту конфликта подошло, наконец, спасательное судно «Алдан» и стало заводить на К-324 буксирный трос. Вот тут-то и загремели выстрелы.