Читать онлайн «Шанхайский регтайм». Страница 39

Наталья не приходила. Саша начал пить. У себя в номере, потом в казино. Проиграв сотню долларов, ушел бродить по шанхайским улицам. Время от времени он названивал в reception и спрашивал, не появлялась ли рыжеволосая девушка. Портье невозмутимо отвечал, что к мистеру Джонсону никто не приходил…

Глазея на витрины и рекламы, Александр наткнулся на афишу фильма "Странности судьбы" и прочитал, что в одной из ролей снялся сам мистер Лан, владелец киностудии "Шанхайский Дом". Ему сразу захотелось посмотреть на соперника. После сеанса за рюмкой коньяку Саша решил сейчас же увидеть Наталью. И плевать, где она. Плевать на Лана и на всех ее клиентов. Пусть ответит уедет ли вместе с ним…

Он отыскал прокатную фирму и, заплатив большую страховку, укатил на стареньком черном "форде". Саша не знал города и повторить путь на виллу, который он проехал несколько дней назад на такси оказалось сложно. Несколько раз он сбивался с пути, просил о помощи китайцев, европейцев и полицейских. Белые всякий раз оказывались приезжими и ничем не могли помочь. Учуяв спиртное констебли хмурились, но получив денежную купюру, терпеливо втолковывали водителю, как ему попасть по адресу, написанному на бумажке. Китайцы же презрительно улыбались и что-то отвечали на своем "птичьем" языке…

Под самый вечер он все-таки выбрался за город и, свернув на знакомом перекрестке, двинулся в сторону вилл. Пошел сильный дождь, и вскоре в дополнение ко всем неприятностям машина застряла в грязи. Всего в нескольких километрах от бунгало китайца.

За окном быстро темнело. Саша взял с заднего сиденья бутылку коньяка, откупорил и сделал хороший глоток. Устало откинулся на спинку и закрыл глаза. Поднес ко рту горлышко, отпил. Алкоголь снимал напряжение, расслаблял…

Кабул, 1928 год

Дневник Владимира Бека

"26 июня 1883 года

Ночь прошла в напряжении, но без происшествий. Днем несколько раз высылали разведку. Разбойники нигде не обнаружены. Господин капитан принял решение, что завтра выступаем. Солдаты смастерили двое носилок: один казак и один драгун в тяжелом состоянии и не могут ехать верхом. Остальные раненые чувствуют себя неплохо. Решено двигаться короткими переходами с предельной осторожностью, высылая разведчиков.

Во второй половине дня господа топографы учинили мистеру Прамеру унизительный допрос. Я присутствовал при сем действе и краснел от стыда за соотечественников. Дуков опустился до того, что кричал на беднягу и угрожал применить силу — передать британца в лапы нашего проводника, который дескать не европеец и вырвет из него признание пыткой. Произошло это после того, как мистера Прамера заставили по-третьему разу повторить свой рассказ и стали путать. Нарочно сбивать каверзными вопросами. Бедняга понял, что ему не верят и даже начал заикаться от волнения. Под конец Понятовский позволил себе кричать на него и в открытую заявил, что никакой он не геолог, а возглавляет шайку разбойников. Нужно было видеть изумление появившееся на лице англичанина.

Когда же прозвучала гнусная угроза применить насилие, он побледнел и заявил, что не намерен более доказывать свою невиновность и не ожидал к себе такого отношения со стороны европейцев. На этом унизительный допрос закончился, так как господа топографы, взявшие на себя функции полицейских сыщиков осознали, что угрозы им не помогут. Они ушли. Понятовский напоследок бросил многозначительную фразу, что мистеру Прамеру не мешает хорошо подумать над своим положением, а то потом поздно будет.

Когда "следователи" удалились, я не знал, куда девать глаза от стыда. Я извинился перед англичанином и попросил войти в положение моего начальства, которое после засады и гибели людей не может придти в себя и видит везде измену. Мистер Прамер сказал, что понимает наше беспокойство, но по выражению его лица я видел, хотя британец и пытался скрыть свои чувства — он до глубины души оскорблен и напуган.

Вечером я официально обратился к господину начальнику экспедиции. Заявил, что считаю недопустимым такое обращение с нами же освобожденным европейцем. Господин капитан весьма холодно выслушал меня и ответил, что этот вопрос не в моей компетенции. И он сам решит, как ему поступать с человеком, которого он подозревает в организации засады. Даже добавил, что я до конца не осознаю, какие события сейчас происходят в отношениях между нашей и британской империями. По его словам британцы только и ждут, когда появится возможность нанести нам удар в Средней Азии руками афганцев.

Я понял, что мои слова прошли мимо ушей Дукова и говорить с ним бесполезно. Вечером я невольно услышал начало беседы между Понятовским и сотником Еремеевым. Поручик интересовался, нет ли среди казаков людей, которые могли бы развязать язык англичанину. По-видимому они продолжают подозревать мистера Прамера и собираются подвергнуть его пыткам. Не в моих силах переубедить этих господ. У меня впечатление, что после пребывания под обстрелом их охватило некая разновидность помешательства. Чувствую, необходимо что-то сделать, если не желаю оказаться невольным соучастником злодейства.

Конечно, на войне позволительно многое из того, что человеку гражданскому покажется невозможным и омерзительным, но мы не воюем с англичанами, тем более пленными и ранеными!"

"27 июня 1883 года

Ночью произошло чрезвычайное событие: на лагерь было совершено нападение. Подкравшись в темноте к нашей лужайке, разбойники начали стрелять. Поднялась суматоха. Казаки и драгуны открыли ответный огонь. Перестрелка длилась целый час, потом затихла сама собой. К счастью, никто из наших не был убит или ранен. С рассветом выяснилось, что Прамер, оставленный сторожами без должного присмотра, исчез. Попытки разыскать его ни к чему не привели.

Господин капитан и Понятовский считают ночное нападение и пропажу англичанина явным доказательством того, что он — британский агент, шпион и верховодит местными разбойниками. Я не стал с ними спорить, но думаю они ошибаются. Мне кажется, несчастный мистер Прамер стал жертвой жадности разбойников, считавших его слишком ценной добычей. Думаю, они рискнули своими шкурами, чтобы выкрасть геолога. А может напуганный вчерашним допросом, англичанин сбежал от нас, чтобы не попасть в руки палача? Не знаю, не знаю. Остается только гадать.

Решено пробыть во временном лагере еще один день. Абдул озабочен происходящим и неоднократно подходил ко мне с предложением повернуть назад. Дальнейшая дорога тяжела и труднопроходима, есть несколько мест, где разбойники могут устроить засады. Я передавал его предостережения господину начальнику, но Дуков отвечал решительным отказом. В последний раз он сказал Самару, что увеличит вознаграждение и надеется на его мужество, так как караван должен продолжить свой путь. Я обеспокоен упорством начальства, но даже не пытаюсь говорить с капитаном на эту тему. Также, как и афганец, сказавший, что на все воля Аллаха, я полагаюсь на божественное проведение.