Александр Дольский - Анна. Роман в стихах

Читать онлайн «Анна. Роман в стихах». Страница 49

Автор Александр Дольский

что Божий Мир -- дурдом уже века.

На четвёртой линии Васильевского Острова

Андрею предложили, по настоянию Анны,

отдельную удобную для больничного быта

палату. Но Андрей, уже имея опыт пребывания

в больнице имени Павлова и опасаясь скуки

одиночества, особенно вечернего и ночного

безделья, попросился в общий зал. Эта

палата была громадных размеров. На семьдесят

коек. Аншлаг был всегда. Ротация безукоризненная.

Прелесть этой диспозиции заключалась в вечерних

и ночных монологах, похожих или на покаяние,

или на оправдательную речь. У каждого была своя

история. У всех обеляющая невинную душу алкаша.

Только самые умные молчали. Против себя

свидетельствовать не хотелось. Жанры были разные.

Психологические этюды, фрейдистские драмы,

длинные баллады, философские мрачные эссе,

простые и грубые истории пьянств и безобразий.

С 10 вечера до 4 ночи. Слушали все, засыпая.

Сначала обобщённый питерский портрет,

который нас печалит слишком много лет.

Вдоль ограды по Фонтанке в тапках войлочных бредёт

обезумевший от пьянки петербургский обормот.

Раньше был красив и нужен и народу, и жене,

и побрит, и отутюжен бывший старший инженер.

Он с приятелем Абрамом без похмелки умирал

и лечился тетурамом, эспераль в живот вшивал.

Но денёчки наступали -- начинал опять с пивка.

Вот и водочка в бокале, и опять дрожит рука.

По расколотым стаканам разливал одеколон

и с приятелем Иваном просыпался у колонн

у Казанского собора или на Пороховых,

и в общественной уборной похмелялся на троих.

А милиция встречала с безразличием его.

Пил он много, ел он мало и не трогал никого.

Думал он всегда о зелье и в упор не видел баб,

и, скукожившись с похмелья, умер друг его -- прораб.

Он ходил по воскресеньям к неудавшейся родне,

где его в убогих сенях били шваброй по спине.

Он сынишке и дочурке мокрым глазиком моргал,

брал из пепельниц окурки и пятёрку вымогал.

Но показывала кукиш ему бывшая жена,

а на кукиш ты не купишь ни закуски, ни вина

А дочурка и сынишка с безразличием лица,

ухватившись за штанишки, убегали от отца.

Перепутав дни и ночи, девку с парнем, с веком век,

этот пьяный и порочный, и невинный человек

бродит ночью по парадным, гадит в лестничный пролёт.

И лежат его награды в сундуке который год.

Он живёт в похмельном мире и несёт невнятный бред...

Позабыл он о сортире и не мылся много лет.

Так и жизнь его пропала из-за вин недорогих.

Счастья в жизни знал он мало. Но не менее других.

Ковыляет по Фонтанке бывший старший инженер,

бесполезный из-за пьянки и народу, и жене.

Он идёт, заливши око, и бормочет, как сквозь сон,

Пастернака или Блока, или так -- икает он.

26. Физик А. П. Шмаков, пенсионер

Я помню, когда я учёным служил

в застойные славные годы,

я с жидкостью русской, как пленник, дружил,

с великой заменой свободы.

И разумом тронулся, как Дон Кихот

Ламанчский, а может Рязанский.

Везде обалдевший от водки народ

на вид совершенно пизанский.

С утра просыпаешься злой и косой,

расстелишь под завтрак газетку,

кусаешь краюху с гнилой колбасой,

пьёшь кофе с гранитной конфеткой.

В автобус вомнёшься, как шпрота стоишь.

Приходишь на службу -- калека.

Руками работаешь, кумполом спишь

и ищешь в себе человека.

Находишь и вновь отсылаешь туда,

откуда явился к нам этот балда.

. . . . . . . . . . . . . . . . .

28. А. М. Гашкин. Гармонь

Так славно играть на гармошке и длительный звук издавать,

когда окружающих ножки устали и хочут в кровать.

Однажды я шёл про прошпекту, играл на двухрядочке рок.

Согласно его интеллекту ко мне подошёл паренёк.

Велел мне слабать Рио-Риту. Он русской валютой платил,

шутил со мной мордой небритой... У Думы упал он без сил.

Ко мне подошли три мильтона и руки скрутили назад.

Один, как хавбек Марадона, пинал и пинал меня в зад,

потом разбежался, как Бекхем, и пнул, как Рональдо, меж

ног.

А дальше сравнить было не с кем. Пеле я уж вспомнить не

смог.

С тех пор я играю у рынка, но только стою и хожу.

И новые песни, как Глинка, я лёжа в кровати пишу.

Пишу я романы и пьесы, новеллы про русский народ.

Я очень писатель известный! Весь Мир меня скоро прочтёт.

Пишу я про разные страны, ещё не известные Вам.

Особенно про рестораны, где дали бесплатно сто грамм.

Люблю я играть на гармошке и длительный звук издавать.

За что и подайте немножко. Красиво ж! Тудыть вашу мать.

29. Г. Смирнов. Безмолвная речь для жены

Ты свободна, небрежна, жестока,

холодна и блестяща, как нож.

Твои волосы пахнут востоком,

а сочувствия нет ни на грош.

И не крепок твой чай, и не сладок,

пересолены суп и салат.

От обилья примет и повадок

я неловок, испуган, зажат.

Ты изящна, но спорт и характер

из тебя воспитали бойца.

И порой за ничтожные факты

я имел искаженье лица.

А в минуты слиянья и рая,