Читать онлайн «Гризли (сборник)». Страница 191

– Это самая смешная дикая кошка, которую я когда-либо встречал! – воскликнул Джек.

– Это ручная дикая кошка, по-моему, – сказал Питеркин, нацеливаясь в нее.

– Остановись! – закричал я, удерживая его за плечо. – Несчастное животное слепо. Посмотри, она ударяется обо все ветви кустов. Она, должно быть, очень стара. – Сказав это, я поспешил к животному.

– Только подумай, – едва сдерживаясь от смеха, произнес Питеркин, – престарелая дикая кошка!

Подойдя ближе, мы увидели, что кошка не только слепая, а к тому же еще глухая. Она, казалось, не слышала наших шагов даже тогда, когда мы совсем близко подошли к ней. Только когда я дотронулся до нее, она стремительно повернулась, выгнула спину, подняла хвост и хрипло-хрипло промяукала.

– Бедняга! – ласково сказал Питеркин, протягивая руку и пытаясь погладить кошачью голову.

У животного немедленно исчезли все признаки гнева. Оно доверчиво подошло к Питеркину и стало тереться у его ног, громко мурлыча, что указывало на высшую степень восторга.

– Это такая же дикая кошка, как я! – воскликнул Питеркин, беря ее на руки. – Обыкновенная домашняя кошка, да еще вдобавок очень несчастная.

Мы обступили Питеркина и не без удивления следили за тем, как животное проявляло свою радость. Продолжая мурлыкать, кошка терлась о щеку Питеркина, лизала ему подбородок и всячески выказывала свои чувства. Эти проявления радости и любви убедили нас в том, что кошка не впервые видит человека и, очевидно, оставлена здесь не случайно, а может быть и намеренно, много лет тому назад. Радость, испытанная ею от встречи с нами, – не что иное, как результат долгого одиночества. В то время как мы возились с кошкой, Джек оглядел окружающую нас местность.

– Ого! – воскликнул он. – Дело понемногу разъясняется. Здесь тоже видна работа топора, взгляните-ка на эти пни.

Мы повернулись и принялись рассматривать остатки срубленных деревьев. Все они, как и первый встреченный нами пень, были покрыты мхом, и казалось, человеческая рука не касалась их уже много лет. Кроме кошачьих следов, никакого намека на следы человека или какого-либо другого животного не было. Тропинка шла дальше, и мы решили следовать по ней до тех пор, пока она не прекратится. Питеркин опустил кошку на землю, но она казалась такой слабой и так жалобно мяукала, что он снова поднял ее на руки, где она спустя несколько минут крепко заснула.

Примерно на расстоянии десяти шагов тропинка стала заворачивать направо, огибая берег маленькой речонки. Неожиданно мы увидели место, где, должно быть, раньше было подобие моста, камни которого в изобилии покрывали берега речонки. Полные изумления и ожидания, мы продолжали наш путь. Пройдя еще несколько шагов, мы увидели под тенью больших деревьев крошечную хижинку. Трудно передать наше изумление при виде неожиданного зрелища. Мы долго стояли молча, боясь нарушить окружающую нас тишину. А когда наконец кто-то из нас заговорил, это была не привычная громкая речь, а тихий шепот.

Мы обступили Питеркина и не без удивления следили за тем, как животное проявляло свою радость. Продолжая мурлыкать, кошка терлась о щеку Питеркина, лизала ему подбородок и всячески выказывала свои чувства.

Хижина была построена очень примитивно. Длина ее не превышала двенадцати футов, ширина – десяти футов, а высота – семи-восьми футов. В ней было одно окно или, вернее, маленькая оконная рама, в которую когда-то были вставлены стекла. Низкая дверь сделана была из грубых досок. Крыша, покрытая огромными листьями кокосовой пальмы и платана, совершенно покосилась. Да и вся хижинка производила впечатление чего-то очень древнего и наполовину сгнившего. Она густо заросла ползучими растениями, которые предохраняли ее от окончательного разрушения. Мы долго совещались по поводу этого странного жилища, пока наконец не решились приблизиться к нему.

Первым заглянул в окно Джек, но тень от густых деревьев и царивший внутри мрак мешали ему разглядеть предметы. Мы с трепетом, осторожно приподняли замок и открыли дверь. Замок был сделан из железа и почти наполовину съеден ржавчиной. В таком же виде были и петли, жалобно скрипевшие при каждом движении двери. Войдя внутрь, мы остановились и стали смотреть по сторонам. То, что мы увидели в хижине, не только удивило нас, но и потрясло. Мебели не было никакой, за исключением маленькой деревянной табуретки и железного горшка, тоже насквозь проржавевшего. В самом дальнем углу хижинки стояла низкая деревянная кровать, на которой лежали два скелета. С бьющимися сердцами мы приблизились, чтобы внимательнее осмотреть их. Один из них был останками человека, а другой – собаки. Они лежали, прижавшись друг к другу, голова собаки покоилась на груди человека.

Эти печальные следы двух жизней произвели на нас такое впечатление, что мы едва удержались от слез. Спустя некоторое время мы начали говорить об увиденном нами и приступили к внимательному обследованию каждого уголка. Нам мучительно хотелось найти что-либо, могущее раскрыть драму заброшенного волею судеб на этот остров человека. Наши старания были тщетны, нам не только не удалось пролить хотя бы немного света на таинственное происшествие, но мы даже не могли найти клочка бумажки или остатков записной книжки. Правда, в одном из углов лежала кучка полусгнивших носильных вещей и старый топор. Это мало способствовало разъяснению дела. В таком виде они, должно быть, пролежали немало лет и не хранили на себе никаких следов прикосновения с давних пор.

Все, что мы видели, отнюдь не улучшило нашего настроения. Невольно думалось, что такой же жребий выпадет и на нашу долю. Мы строили всевозможные предположения на этот счет, и все они вертелись вокруг одного и того же. Это, наверное, матрос, выброшенный волнами, жертва крушения, случайно спасшийся вместе со своей собакой и кошкой. Наши печальные размышления были неожиданно прерваны громким восклицанием Питеркина.

– Погляди-ка, Джек! – сказал он. – Здесь есть кое-что, что может нам пригодиться.

– Что это? – спросил Джек, направляясь к нему.

– Старый пистолет, – ответил Питеркин, протягивая ему оружие, вытащенное из-под груды ненужного хлама.

– Конечно, это могло бы нам очень пригодиться, если бы у нас был порох! – произнес Джек, осматривая пистолет. – Но сейчас наш лук и стрелы нам нужнее.

– Правильно, я об этом забыл, – согласился Питеркин. – Все же мы можем его забрать с собой, и он поможет нам при добывании огня, когда нет солнца и мы не можем пользоваться для этой цели стеклом телескопа.