Читать онлайн «Русская Доктрина». Страница 221

“Больших скреп” геополитика (в Евразии) – геополитический проект России, направленный на формирование стратегического альянса Москва–Пекин–Дели–Тегеран, открытого для других участников, должен базироваться на договоре о коллективной безопасности и масштабном (на несколько порядков более активном, чем теперь) экономическом и культурном сотрудничестве.

Большой стиль – исторически конкретное лицо Традиции-Цивилизации, выражающееся в стиле мышления, образе жизни, нравах, этике и эстетике данного общества, архитектуре и искусстве, науке и ненаучных формах знания. Он является не внешним и случайным оформлением цивилизации, но выражением ее внутренних процессов, запечатлением духа цивилизации и ее исторического становления в текстах культуры и ее разнообразном “материале”. Большой стиль может трактоваться в двух основных значениях: 1) объединять в памяти потомков несколько эпох, связанных с деятельностью и расцветом той или иной Традиции-Цивилизации; в таком случае он является выражением ее ведущих идей, бытийных приоритетов; 2) большой стиль одной отдельной эпохи также представляет собой историческую целостность, связанную с определенным сложившимся социальным укладом, системностью и комплексностью цивилизационных и культурных характеристик в данный период. Таким образом, история народа и его цивилизации может включать в себя несколько “больших стилей” (во втором значении), собственно и составляющих ступени его развития.

Великий перелом – 1) Точка окончательного преодоления Смуты, переход от компромиссной политической идеологии к идеологии национального развития и роста. 2) Смена исторической формации, связанная с переходом из промежуточного постмодерна и постиндустриализма в эпоху сверхмодерна, когнитивную эпоху.

Великороссы – точное имя этнического ядра государства Российского и русской цивилизации. Смешение в XX веке понятий “русские” и “великороссы” было направлено на блокирование развития сверхнационального самосознания большого русского мира.

Военный совет – аристократический орган, представляющий во власти военно-служилое сословие (кадровых военных, представителей спецслужб). Принимает участие в создании национальной стратегии, в формировании политики вооружений, в контроле за расходованием средств на социальные программы для военнослужащих и ветеранов и др. В число членов совета должны входить, в частности, Герои России, кавалеры высших государственных орденов, присвоенных за боевые заслуги.

Генерации сверхприбыли экономика – паразитический тип экономики, складывающийся в переходные эпохи в странах, в которых разрушается традиционный (классический) социальный уклад. Характеризуется перекраиванием доли прибыли и доходов предпринимательского типа и собственно реального производства в пользу крупных собственников, “выжиманием соков” из предприятий и наемных работников, в том числе присвоение амортизационных фондов и средств, которые в традиционном типе экономике идут в инвестиционный сектор, на развитие предприятий.

Государственная служба расследований (ГСР) – выделяемая из системы Генпрокуратуры, МВД, ФСБ служба, осуществляющая в период преобразований оперативно-розыскную деятельность и следствие в отношении преступлений особой тяжести. ГСР создается с особо жестким кадровым отбором, обеспечением сотрудников необходимыми техническими и финансовыми средствами, а также созданием специальной системы защиты их и членов их семей.

Демократия – первый из рассматриваемых в Русской доктрине принципов гармоничного правления, элемент триады государственного устройства, наряду с автократией и аристократией. В Доктрине содержится критика демократии в том понимании – квази-религиозной политической сверхценности – в которой она утвердилась на пространствах исторической России в постсоветский период. Демократические принципы в конце 80-х годов были восприняты у нас нетворчески, догматически, происходило слепое копирование заемных образцов, представленных народу как неоспоримые. Демократия есть определенная процедура принятия решений в государстве. Совершенствование этой процедуры не может быть стратегической целью государства, напротив, эта процедура, демократическая или какая-то еще, должна служить поставленным государством стратегическим целям. Мы должны отказаться от того, чтобы рассматривать демократию в качестве сверхценности политического устройства России. У нас есть другие сверхценности – идеал духовной суверенности и идеал социальной правды. Не отметая “демократию”, мы признаем ее как важный инструмент, как один из механизмов достижения политических идеалов, как один из трех существенных элементов русской политической системы.

Подлинным инструментом непосредственной демократии могла бы стать система советов (можно повторить удачный термин, утвердившийся в ХХ веке, но совсем с иным смыслом), то есть групп граждан, имеющих право обсуждать и открытым или закрытым голосованием выносить решения по важнейшим политическим вопросам. Выносимые на всенародное обсуждение решения должны приниматься большинством от высказавшихся советов, а решения в советах – большинством, но вне зависимости от какого-либо кворума. Помимо плебисцитарных функций советы возьмут на себя и функции обсуждения и решения местных вопросов, тем самым они войдут в земскую, муниципальную, “низовую” систему самоуправления в качестве их элементарных единиц. Реализация непосредственной демократии наиболее эффективна не через выборы депутатов, каждый из которых обладает слишком большой свободой для выражения собственных, личных политических взглядов, но через делегирование “выборщику”, “гласному”, “представителю” права передавать высшему представительному органу государства – Земскому собору – волю делегировавших их общин. К другим важнейшим компонентам предполагаемой русской демократии относится Земский собор, система плебисцитов, которая должна получить в XXI веке в России большую будущность и регулярность своих отправлений, институт народных защитников (подобных древнеримским трибунам), обладающих правом вето на решения любых органов власти, которые нарушают, по мнению защитника, права гражданина и ряд других.

Дестабилизации технологии – см. террор-глобализм

Динамический консерватизм – идеология Русской доктрины. Динамический консерватизм восходит к православной традиции (термин принадлежит богослову В.Н. Лосскому, употреблявшему его для описания церковной культуры). В Русской доктрине излагается широкий подход к проблеме, выходящий далеко за рамки храмовой и околохрамовой жизни. Одним из определений динамического консерватизма является способность Традиции-Цивилизации как единого социального комплекса к обновлению своих манифестаций без утраты идентичности. Фактически такое определение аналогично описанию одного из важнейших признаков такого сложного феномена как “жизнь” и подводит динамический консерватизм близко к понятиям из области наук о живой природе (например, “регенерация”, “локомоция”, система понятий онтогенетики, соотношение “генотипа” и “фенотипа” и т.д.).

Биосоциальные аналогии неслучайны, поскольку стабильность живого – это гораздо более сложное и совершенное движение, гораздо более насыщенная динамика, чем изменение мертвой природы. Для динамического консерватизма главным является сохранение живого, а не мертвого. Первичный объект сохранения и охранения – это сама Россия, это русский человек с теми уцелевшими корнями традиции, которые, несомненно, присутствуют в его сознании и в его родовой памяти.

Как идеология динамический консерватизм – явление новое в нашей политической жизни. В отличие от классического консерватизма – он выражает стремление к активному формированию самих условий политического и духовного существования нации, общества и человека. В отличие от либерального консерватизма, идеологии “устойчивого развития” и т.п. – это осознанное овладение новыми историческими технологиями ради защиты и раскрытия Традиции. Развитие должно быть не просто “устойчивым”, оно должно быть еще и гармоничным. В отличие от революционного консерватизма (“консервативной революции”) – это отказ от иллюзий, что можно переучредить Россию, создав заново некогда разрушенные радикалами традиционные институты. Целью становится не снос нынешнего хаосократического государства, а его смыслократическое преобразование. Динамический консерватизм отличается от других идеологических платформ принципиальной готовностью к самым неожиданным поворотам истории, он не запрограммирован на какой-то однозначный вектор (идею неизбежного “прогресса”, установку на неминуемое сближение с Западной Европой, либо, напротив, необходимость разрыва с ней во что бы то ни стало, ориентацию на гарантированно миролюбивое развитие межцивилизационного сотрудничества на Востоке, в Азии и т.п.), вооружает методологией моделирования и прогнозирования будущего, понимания мировой истории как диалектики циклов интеграции (глобализации) и дезинтеграции (регионализации и обособления). См. также Традиция-Цивилизация.