Читать онлайн «Русская Доктрина». Страница 227

Четырехвидовая структура Вооруженных Сил – новая структура, к которой Русская доктрина предлагает перейти от устаревшей трехвидовой структуры Вооруженных Сил (отвечающей интересам борьбы в небе, на суше и на море). К четвертому виду ВС относятся силы “тотальной войны будущего” (борьба в информационно-ментальном пространстве). См. также Противники России военные.

Этнократическая клановость – одна из разновидностей коррумпированных социальных систем, подразумевающая обеспечение интересов членов своих кровно-родственных, этнических, земляческих кланов в ущерб интересам остальных граждан, в том числе формирование внутри госаппарата, коммерческих предприятий и рыночных ниш сплоченных мафиозных групп по этническому признаку. Эффективное средство конкурентной борьбы в государстве, в котором отсутствуют соответствующие механизмы защиты.

Сергиевский проект (http://www.rusdoctrina.ru/) возник в начале 2005 года как замысел формирования новой аналитической команды, призванной создать широкую объединяющую общество концепцию консервативных преобразований в России, собрать под эту идею лучшие интеллектуальные силы и силы предпринимателей, неравнодушных к будущему страны. У истоков проекта стояло руководство Фонда “Русский предприниматель”, руководство журнала “Русский предприниматель”, выпускаемого Фондом. В январе 2005 года выкристаллизовалась инициативная группа, состоящая из нескольких предпринимателей, близких Фонду и журналу, и трех инициаторов-экспертов, ставших соучредителями аналитической структуры Фонда (Центра динамического консерватизма - http://www.dynacon.ru/)[25]: Андрея Кобякова, Виталия Аверьянова, Владимира Кучеренко.

Тогда же в ходе обсуждения пришло название первого начинания Сергиевского проекта – “Русская доктрина”. Предполагалось, что внутри большого Сергиевского проекта могут развиваться несколько родственных инициатив: аналитическая структура Фонда “Русский предприниматель” со своим автономным режимом работы и собственной траекторией развития, издательские и информационные проекты, клуб идейно близких предпринимателей и государственных деятелей, общественное движение, отстаивающее принципы и проводящее в жизнь положения “Русской доктрины”.

Инициаторы и организаторы сообщества остановили свой выбор на имени св. преп. Сергия Радонежского – вечного защитника и покровителя России, не раз являвшегося в самые трудные для нее времена. При этом к дням памяти Преподобного никакие мероприятия специально не приурочивались, хотя зачастую оказывалось, что важные для Сергиевского проекта события происходили в дни, так или иначе связанные с именем Радонежского подвижника.

В пределе создатели Сергиевского проекта видели и видят в нем новый общественный центр собирания человеческого капитала, притяжения творческих, инновационных ресурсов нации, при этом и воспитания в обществе способности к преобразованиям на базе нашего исторического наследия, в духе провозглашенного Русской доктриной динамического консерватизма. Если пытаться искать параллели тому жанру и функциям, которые свойственны Сергиевскому проекту, то можно с известной степенью условности упомянуть программу “Япония в XXI веке” или программные документы Проекта “Новый американский век” (Project for the New American Century), разработанные американскими “неоконсерваторами” под руководством П.Вулфовица, Д.Чейни и Ко. Однако духовный и идейный заряд Русской доктрины и Сергиевского проекта в целом глубоко своеобразен и связан с традициями нашей культуры.

Работа над Русской доктриной походила в три этапа.

В феврале-апреле 2005 года Фонд “Русский предприниматель” провел цикл семинаров, в результате которых замысел был отточен а одновременно с этим сложился костяк будущей команды, определены основные соавторы и члены редколлегии Доктрины. Затем о начале работы над документом было объявлено публично, было также опубликовано интервью В.Аверьянова приглашением всех желающих к участию в проекте.

В мае-июле того же года был собран и переработан огромный корпус материалов, предоставляемых экспертами и консультантами Русской доктрины. Изначально была установка на то, что круг авторов, приносящих в общую копилку свой материал, круг экспертов, предлагающих уточнения, критические замечания и указания, будет широк – разработчики поставили перед собой задачу аккумулировать общественный опыт, а не породить замкнутую на себе концепцию. Команда работала по сетевому принципу: каждый принимал в создании документа посильное участие, члены редколлегии активно помогали друг другу в определении идейных векторов и кристаллизации духовного, культурного и политического смысла Доктрины.

Наконец, в августе-сентябре была проведена большая работа по систематизации и выстраиванию Русской доктрины как единого текста и целостной общественно-политической платформы, учитывающей разнообразнейшие пристрастия и оттенки, поколенческие и культурные противоречия патриотической среды. Основная нагрузка при сведении воедино материалов Доктрины и их переплавке в соответствии с общим соборным пониманием легла на двух составителей и редакторов – Виталия Аверьянова и Андрея Кобякова. Помимо роли редакторов, эти разработчики были и ведущими соавторами труда, привнесшими в него максимум идей и формулировок, написавшими значительную часть Доктрины. Впрочем, как отмечают другие участники проекта, в тексте Доктрины мысль одного соавтора легко и органично перетекает в мысль другого, порождается непрерывность авторского понимания (то есть, в сущности, взаимопонимания). При этом невольно приходила на ум метафора, что Русская доктрина не интеллектуальная схема, насыщенная идеями и трактовками разных авторов, а живой смысловой организм. Поэтому решено было отказаться от точного указания авторства тех или иных глав и параграфов – “авторство” в Доктрине разлилось по тексту и порою просто не может быть четко определено. Возник эффект соборной работы, что само по себе является уникальным результатом.

Создатели Доктрины стремились выработать единый стиль мышления и языка, который отразил бы в себе все богатство и внутреннюю динамику большого авторского коллектива (около 70 участников), а через него – и современного российского общества. Насколько удачно в целом решена эта задача – судить читателям. 

Интервенция зла. Мировая война не закончилась, когда замолчали пушки. Она лишь отступила в тень, прикрывшись миролюбивой риторикой и гуманными намерениями. Агрессор сменил стратегию: вместо физического истребления народов и государств, он занялся уничтожением народной души, рассудка политиков, разума мыслителей, веры, верности, любви, чести – всего, что составляет достоинство человека и складывает из отдельных людей нации. Убивая дух нации, агрессор стремится остановить историю, задержать ее в тот момент, когда ему удалось подчинить и обратить в рабов самые свободолюбивые и творческие народы. Имя агрессору – мировая олигархия. Сущность ее – мировое зло.

В тиши кабинетов и вдали от фронтов мировых войн, а затем и «холодной войны», занявших весь XX век, под покровом пропагандистской перестрелки «противоположных формаций», отвлекавшей нации от преодоления реальных проблем, был подготовлен новый план-заговор, по которому сложившаяся в ХХ веке мировая финансово-политическая олигархия и ее сторонники в господствующих группировках ведущих мировых держав пытаются обеспечить свое доминирование, подавляя нации и разрушая суверенитет государств.

Против свободы наций сегодня ведется мировая война с целью утверждения, сохранения и усиления господства олигархии, в которой наемные отряды лицемерных писак и циничных демагогов применяют самые изощренные, вероломные и подлые приемы и методы, выступая под знаменами с лозунгами «общечеловеческих ценностей», «здравого смысла», «любви к свободе». Когда эти виртуальные армии исчерпывают, в конце концов, средства воздействия, их сменяют финансовые и торговые агенты, призванные обращать в прах экономический потенциал стран, которые они выбрали в качестве жертвы, или, если представляется подходящий момент, призываются оккупационные вооруженные силы. Последние вступают в дело, чтобы железом и кровью, уже окончательно, утвердить в той или иной точке земного шара «безграничную справедливость», не останавливаясь и перед широкомасштабным, устрашающим использованием «литого свинца».