Читать онлайн «Энциклопедический словарь (П)». Страница 260

Н. Василенко.

Пудель – порода комнатных собак, по всей вероятности, испанского происхождения; по строению своему и величине, П. имеют большое сходство с легавыми собаками; голову и шею они держат вертикально, а хвост горизонтально или кверху, никогда не загибая на спину и не свертывая его; уши длинные, отвислые, голова круглая, с выпуклым черепом, глаза круглые, темные, очень выразительные, ноги крепкие, лапы маленькие, круглые, с сильно развитыми плавательными перепонками между пальцами. По шерсти П. делятся на рунастых (Wollpudel) и кудластых (Schnurenpudel): первые имеют шерсть не особенно длинную, курчавую; вторые – очень длинную, висящую спиралеобразными локонами. Масть бывает черная, белая и коричневая. В теплое время П. стригут (не реже, чем раз в неделю) или «по львиному», или совсем гладко, за исключением головы и конца хвоста; при частом расчесывании, шерсть утрачивает способность завиваться и делается мягкой, шелковистой. Обоняние у П. прекрасное, память блестящая, но зрение не дальнее. Выдающиеся качества П. – врожденная способность к поноске, к подражанию и к забавному клоуничанию; дрессируется он очень легко, главным образом – влиянием на самолюбие, но отнюдь не побоями, развивающими в нем угрюмость и упрямство. Привязанностью не отличается. Иногда П. употребляются как охотничьи собаки, преимущественно за водяной дичью; в некоторых местностях их приучают розыскивать чутьем трюфели. См. «Характеристика породистых собак» (СПб., 1894); Ф. Крихлер, «Породы собак» (СПб., 1896).

С. Б.

Пульс (pulsus) – представляет периодически совершающееся подскакивание стенок артерий, ощутимое как осязанием; так и заметное в некоторых местах простым глазом. Известно, что сердце вталкивает периодически при своих биениях определенную массу крови в аорту и в то время, как кровь лишь сравнительно медленно передвигается по сосудистой системе, толчок, полученный кровяным столбом со стороны левого желудочка сердца при его сокращении, быстро передается по упругим стенкам артерий в виде пульсовой волны. Таким образом, следует строго различать пульсовую волну от поступательного движения крови в сосудах; первая представляет чисто стеночную волну, распространяющуюся со скоростью 9 – 12 м. в секунду, тогда как второе, за то же время, проходит в крайнем случае всего лишь 0,5 метра. Пульсовая волна доходит лишь до волосных сосудов и здесь теряется, благодаря огромному сопротивлению, представляемому ими движению крови; так что ни в волосных сосудах, ни по другую сторону их, т. е. – в области вен, при нормальных условиях не наблюдается ни П., ни пульсовых ускорений тока крови, и последняя движется более или менее равномерно. Палец, придавливающий артерии, напр. лучевую или височную к неподатливой костной стенке, ощущает короткий пульсовой толчок и если вместо пальца приставить к этому месту короткое плечо рычажного аппарата, длинное плечо коего в виде записывающего пера будет чертить на закопченной бумаге вращающегося цилиндра или передвигаемой металлической полоске, то получится подробная кривая П., выражающая все главные колебания артериальной стенки, из коих слагается П. Аппараты для графического исследования П. именуются сфигмографами. Получаемая ими волнообразная линия П. состоит из: 1) подъемной линии, соответствующей расширению артерий и систоле сердца, и 2) линии спуска, соответствующей спадению артерий во время диастолы сердца. При нормальных условиях только на нисходящей линии П. наблюдается легкая волнистость, выражающая дрожания артериальных стенок и среди этих неровностей линии спуска выдается одна более или менее резкая вторичная волна, известная под именем дикротической волны. Происходит последняя вследствие отражения крови от полулунных заслонок аорты во время диастолы сердца, а не от отражения крови от препятствий, представляемых сетью волосных сосудов, как это думали прежде. Поэтому при пороках недостаточности полулунных заслонок аорты диктротизм слабеет и может вполне исчезнуть. Пользуясь одновременным графическим исследованием П. в двух различно удаленных от сердца участках артериальной системы, легко определить скорость передвижения пульсовой волны. Свойства П. зависят от деятельности сердца и состояния артерий. Согласно с этим, П. бывает частый, ускоренный, медленный, ленивый, крутой, твердый, мягкий, резко дикротичный, как это наблюдается при лихорадках настолько, что после первого сильного толчка чувствуется более слабый 2-й, так, что на каждое сердцебиение приходятся 2 пульсовых волны. У здорового взрослого человека частота П. в минуту – колеблется между 60 и 70 ударами, у женщины приблизительно 10 ударами в минуту больше, у детей 10 ударами больше, чем у женщины, а у грудных младенцев П. бывает равен 130 ударам в минуту. Цифры эти приблизительны. На П. отражаются все влияния, действующие как на деятельность сердца, так и на сосудо-двигательную нервную систему. Среди них мы должны указать на сильные мышечные напряжения, на деятельность чувств и аффектов, на положение тела и, в особенности ,на лихорадку, сильно повышающую частоту П. иногда до 150 и более в минуту у взрослого человека. Как указано, при нормальных условиях в венах нет П.; но он может в них появиться в ближайшем соседстве с сердцем, напр. в наружных яремных венах при недостаточности венозных клапанов сердца, когда давление при систоле правого желудочка может беспрепятственно передаваться через правое предсердие во впадающие в него вены; далее П. может появляться в венах при сильном расширении ложа волосных сосудов, уменьшающем сопротивление к движению в них крови, как это доказано экспериментально раздражением сосудорасширяющих нервов; наконец, тоже получается и при Varix aneurysmaticus, когда после сращения стенок артерии с веной между ними устанавливается фистулярное сообщение и артериальная кровь непосредственно врывается в вену.

И. Тарханов.

Пунические войны – три войны между римлянами и карфагенянами («пунами», т. е. финикиянами), продолжавшиеся, с перерывами, от 264 по 146 год до Р. Хр. Когда Рим обратился в великую державу, объединившую под своей властью Италию, он не мог примириться с господством Карфагена в западной половине Средиземного моря – господством, которое обеспечивалось за Карфагеном первыми договорами с Римом.

Жизненные интересы Италии, ее безопасность и торговля не допускали, чтобы Сицилия, где давно уже шла борьба между греками и карфагенянами, попала в руки последних. Для развития италийской торговли было необходимо, чтобы Мессанский пролив находился в римских руках. Случай овладеть проливом вскоре представился: кампанские наемники, так назыв. «мамертинцы» (то есть «Марсовы люди»), завладели Мессаной. Когда Гиерон сиракузский стеснил мамертинцев, последние обратились к Риму, который и принял их в италийскую конфедерацию. Карфагеняне поняли опасность, грозившую им от утверждения римлян в Сицилии. Им удалось, примирив мамертинцев с Гиероном, ввести в Мессанскую крепость свой гарнизон, под начальством Ганнона. Тогда римляне захватили Ганнона и вынудили карфагенян очистить Мессану. Началась первая П. война (264 – 241 год до Р. Хр.). И Рим, и Карфаген находились в это время в полном расцвете своих сил, которые были приблизительно одинаковы. На стороне римлян было, однако, несколько преимуществ: их владычество в Италии не вызывало такой ненависти, с какой относились к Карфагену эксплуатируемые им народы; римское войско состояло из граждан и союзников и главную массу его составляли поселяне, тогда как карфагенские военные силы не были гражданским ополчением, а составляли разноплеменные армии, где карфагеняне были почти исключительно офицерами. Значительную часть карфагенских войск составляли наемники. Эти недостатки отчасти возмещались тем, что у карфагенян было больше денежных средств и они располагали сильным флотом. Война началась в Сицилии нападением карфагенян на Мессану, которое было отбито Аппием Кдавдием Каудексом. Затем Валерий Максим «Мессала» одержал над соединенными силами карфагенян и сиракузян победу, следствием которой было приобретение некоторых городов в Сицилии и заключение мира с Гиероном (263). Позже римляне взяли Акрагас (Агригент), так что лишь некоторые прибрежные крепости, где утвердился Гамилькар Барка, остались еще в руках карфагенян. Так как успешные действия против них были возможны лишь при обладании флотом, который мог бы отрезать их со стороны моря, то римляне снарядили, по карфагенским образцам, значительный флот (100 пентер и 20 триер). Они изобрели подъемные мосты с абордажными крючьями, что давало возможность и на море пользоваться превосходством римской пехоты, которая, сцепившись подъемным мостиком с неприятелем, могла вступать в рукопашный бой. Потерпев в начале неудачу, римляне одержали вскоре на море значительную победу (при Милах, под начальством Гая Дуилия). Весной 256 г. римляне решились на высадку в Африке, которая и состоялась (после морской битвы) под начальством Марка Атилия Регула и Л. Манлия Вольсона. В начале дела пошли в Африке так благоприятно, что сенат счел возможным оставить Регулу лишь половину прежней армии. Это ослабление римских сил привело к катастрофе: Регул был на голову разбит карфагенянами (под начальством грека Ксантиппа) и попал в плен. Лишь жалкие остатки римской армии возвратились в Италию; сам Регул умер в плену. Гибель римского флота от бури заставила римлян снарядить новый флот, но и он был уничтожен бурей. Между тем в Сицилии война шла удачно для римлян: они взяли Панорм и к 249 г. у карфагенян остались лишь Лилибей и Дрепан. Римляне осадили Лилибей. Затем счастье на время изменило им: Публий Клавдий потерпел жестокое поражение, около Дрепана, от Атарбала. Другой римский флот пострадал от бури. Гамилькар утвердился на горе Эркте и на Эриксе. Римляне еще раз создали флот и одержали в 241 г., около острова Эгузы, победу, которая стоила карфагенянам ста двадцати кораблей. Теперь, когда и море было в руках римлян, Газдрубал Барка убедился в невозможности далее удержаться на острове. Это повело к заключению мира, по которому римляне приобрели всю карфагенскую Сицилию и острова, лежащие между Италией и Сицилией. Сицилия стала римской провинцией. Кроме того, Карфаген обязался выплатить в 10 лет контрибуцию в 3200 талантов. Тотчас по окончании войны с Римом, Карфагену пришлось вынести тяжелую борьбу с наемными войсками, которая продолжалась почти три года и 4 месяца. В связи с этим восстанием стояло приобретение римлянами Сардинии: сардинские наемники поддались Риму, и римляне захватили карфагенскую часть острова. Это опять повело было к войне, от которой римляне отказались лишь получив вознаграждение в 1200 талантов. В следующие затем годы Гамилькар Барка, глава патриотической партии, которая считала неизбежной войну с Римом, создал в Испании для Карфагена возмещение за потерю Сицилии и Сардинии. Благодаря ему и его зятю и преемнику Газдрубалу, юг и восток Испании стали карфагенскими; здесь была создана (главным образом из туземцев) прекрасная армия, находившаяся в полном распоряжении своего главнокомандующего, а серебряные рудники давали значительные денежные средства. Римляне вскоре обратили внимание на усиление своего врага, заключили в Испании союз с греческими городами Сагунтом и Эмпориями и потребовали, чтобы карфагеняне не переходили за реку Эбро. В 220 (или в 221 г.) умер Газдрубал, и его место занял по избранию войска сын Гамилькара, Ганнибал; наследовавший от отца вражду к Риму. Ганнибал решил воспользоваться для войны с Римом обстоятельствами, благоприятно сложившимися для карфагенян. Цизальпинская Галлия не была еще замирена римлянами, а вызванные иллирийскими делами несогласия с Македонией грозили им войной на Востоке. Ганнибал напал на союзный с Римом Сагунт и взял его, после 8 мес. осады. Когда римские послы получили в Карфагене отказ выдать Ганнибала, была объявлена война (218). В то время, как римляне надеялись вести ее в Испании и Африке, Ганнибал составил план, по которому главным театром войны должна была стать Италия: Ганнибал надеялся нанести здесь решительный удар Риму, сделав операционным базисом Цизальпинскую Галлию, только что покоренную римлянами. Он питал надежду на деятельную помощь со стороны галлов и даже со стороны италийских союзников, тяготившихся подчинением Риму. Обеспечив войском Ливию и Испанию (где он оставил около 15 тысяч своему брату Газдрубалу), Ганнибал перешел Пиренеи с 50 тыс. пехоты и 9 тыс. конницы. С значительными затруднениями он переправился через Рону (особенно трудно было переправлять боевых слонов) и, направившись на северо-восток, вступил в область Альп. Переход через Альпы (Малый Сен-Бернар) был крайне труден. Ганнибал спустился в Цизальпинскую Галлию лишь с половиной войска. Первые столкновения были несчастны для римлян. Публий Сципион был разбит на берегах Тичино, а Тиберий Симпроний (войска которого предназначались было для высадки в Африку) – на берегу Требии. Ганнибал перешел через Апеннины и совершил очень трудный поход по низменной области, орошаемой рекой Арно, которая находилась тогда в разливе. Около Тразименского озера, в Этрурии, он истребил римскую армию Гая Фламиния и, не пытаясь даже подойти к Риму, взять который было очень мало шансов, пошел на восток, потом сильно опустошил южные области. Несмотря на эти опустошения и поражения римских войск, надежды Ганнибала на отложение италийских союзников оказывались пока тщетными: за немногими исключениями, союзники хранили верность Риму. Диктатор Фабий Максим решил держаться нового плана войны: он систематически избегал больших сражений с Ганнибалом в открытом поле и всю надежду возлагал на лишение неприятеля возможности легко добывать провиант и фураж и на естественное разложение карфагенской армии. Эта система, давшая Фабию прозвание «Медлителя», многими осуждалась в Риме. Против нее был, между прочим, и начальник конницы Марк Минуций. Недовольный Фабием народ назначил Минуция вторым диктатором. Ганнибал перезимовал около города Герония, перешел в Апулию и здесь в начале лета 216 года произошло сражение при Каннах. Во главе римской армии стояли консулы Люций Эмилий Павел (кандидат аристократической партии) и Гай Теренций Варрон, которого провела в консулы народная партия ( права главнокомандующего переходили по очереди от одного консула к другому). В день своего командования Теренций Варрон начал битву. Она кончилась полным разгромом римской армии; 70 тысяч римлян выбыло из строя; в числе погибших были консул Эмилий Павел и 80 сенаторов. В Карфагене решено было послать подкрепления Ганнибалу, о котором враждебная ему и войне олигархическая партия до тех пор заботилась очень мало. Еще важнее, казалось, должна была быть помощь Ганнибалу со стороны Македонии. К врагам Рима примкнули еще Сиракузы. Наконец, даже многие из южноиталийских союзников Рима стали переходить на сторону карфагенян. Так, отложился от Рима очень важный город Капуя. Римляне напрягли все усилия, чтобы создать новую армию и не остановились даже перед включением в легионы нескольких тысяч рабов. Ближайшую зиму Ганнибал провел в Капуе. В легких стычках счастье вскоре стало переходить к римским войскам, а между тем, необходимые подкрепления не приходили к Ганнибалу: Карфаген опять оставлял Ганнибала без деятельной поддержки. Тем временем в Испании братья Гней и Публий Сципионы действовали так удачно (победа при Ибере, 216 г.), что Газдрубал не был в состоянии привести оттуда свои войска на подкрепление брату. Македония тоже не послала своих контингентов в Италию: Рим вооружил против нее врагов в Греции – этолян, Спарту, Мессену, Элиду и др. Борьба в Греции надолго отвлекла внимание Македонии и, через некоторое время, она заключила мир с Римом. В 212 г. Марк Марцелл взял Сиракузы, потом к римлянам перешел Акрагас и к 210 году вся Сицилия была снова уже в их руках. В Италии положение римлян в 214 и 213 г. было довольно хорошо, но в 212 г. Ганнибалу удалось занять Тарент; крепость, впрочем, осталась в руках римлян. Метапонт, Фурии и Гераклея также перешли к карфагенянам. Римляне осадили Капую; Ганнибал не мог оттеснить их, потому что римляне хорошо окопались перед городом. Чтобы принудить римлян снять осаду Капуи, Гапнибал предпринял диверсию: он подошел было к самому Риму, но не решился сделать нападение на город. И эта попытка спасти Капую кончилась ничем: римляне не сняли осады, и в 211 г. город сдался, причем римляне жестоко наказали капуанцев и отменили их старое городское устройство. Взятие Капуи было крупным успехом; оно произвело очень сильное впечатление на союзников Рима. В 209 г. был возвращен римлянами и Тарент (его взял Кв. Фабий Максим). Смерть Марцелла, убитого в схватке с сильнейшим неприятелем (в 208 г.), не улучшила положение карфагенянам. Их армия таяла; необходимы были значительные подкрепления. Уже давно Ганнибал поджидал их из Испании ,где после первых удач дела пошли неблагоприятно для римлян. Карфагеняне, при помощи царя Галы и его сына Масиниссы, вынудили к миру африканского союзника римлян, царя Сифакса, и это дало возможность Газдрубалу обратить все силы на Испанию. Кроме него, в Испании действовали еще Газдрубал, сын Гизгона, и Магон. Им удалось воспользоваться разделением римских сил и изменой бывших на римской службе туземных отрядов и нанести порознь поражение сначала Публию, а потом и Гнею Сципионам. Оба Сципиона пали в бою (212 г.); почти вся Испания временно была потеряна для римлян. Отправка туда подкреплений и назначение главнокомандующим молодого, способного Публия Корнелия Сципиона (сын погибшего Публия) вскоре, однако, опять дали в Испании перевес римлянам. В 209 г. Сципион захватил Новый Карфаген, но, несмотря на победу под Бэкулой, ему не удалось воспрепятствовать Газдрубалу уйти на помощь брату в Италию. Новая победа под Бэкулой над войсками Газдрубала, Гизгонова сына, и Магона, отдала всю Испанию во власть римлян: остаток карфагенских войск Магон вынужден был направить в Италию; последний карфагенский город, Гадес, сдался римлянам. Но в то время, как Сципион так удачно действовал в Испании, сам Рим подвергался серьезной опасности. В 208 г. Газдрубал, перейдя Пиренеи, прошел через Галлию, перешел Альпы и двинулся на соединение с братом. Битва при Метавре (Гай Клавдий Нерон) спасла римлян от опасности соединения карфагенских сил: Газдрубалово войско было уничтожено, он сам пал (207). Положение Ганнибала становилось очень трудным, тем более, что благополучное окончание войны в Сицилии, в Сардинии и в Испании и заключение мира с Македонией развязало руки его врагам. Сенат дал, наконец, Публию Корнелию Сципиону разрешение произвести высадку в Африке, но Сципиону пришлось еще создавать необходимую для этого армию. В состав ее вошли два легиона, опозорившиеся в битве при Каннах, и много добровольцев. 205 год прошел в приготовлениях, а в 204 г. войско отплыло из Лилибея в Африку, на 400 транспортных судах и 40 военных. Сципион высадился близ Утики и разбил изменившего Риму Сифакса. Сторонники мира в Карфагене завели с римлянами переговоры, которые, впрочем, не привели ни к чему. Тогда карфагенское правительство вызвало в Африку Ганнибала и Магона. Битва при Заме (точно место и время ее неизвестны, около 202 г.) уничтожила последние надежды карфагенян и привела к заключению мира, по которому Карфаген сжег свои военные корабли, отказался от Испании и островов Средиземного моря, обязался вовсе не вести войн вне Африки, а в Африке не воевать без дозволения Рима. Сверх того, карфагеняне должны были в продолжение 50 лет выплачивать ежегодно контрибуцию по 200 талантов. Таким образом, и вторая война кончилась в пользу Рима, несмотря на гениальность Ганнибала: римское государство оказалось более прочным, чем Карфаген. В Африке следствием победы Рима был переход Сифаксова царства к другу римлян, Масиниссе. В Карфагене поражение привело к демократическим реформам. Патриоты надеялись еще раз вступить в борьбу с Римом, когда он будет в затруднительном положении. Поэтому римляне потребовали выдачи главы и надежды этой партии – Ганнибала, который должен был бежать. Власть в Карфагене опять попала в руки олигархической партии, которая всячески старалась поддерживать хорошие отношения к Риму, чтобы сохранить за Карфагеном, по крайней мере, его торговлю и богатство. Для Рима время от 201 до 149 года не пропало даром: победы римлян над Антиохом Сирийским и в Македонии, их успехи в Греции подняли могущество Рима до небывалой высоты. Но Рим все еще боялся своего векового врага, а итальянские торговцы видели в карфагенских купцах опасных конкурентов. Поэтому в Риме были очень довольны тем, что Масинисса не давал покоя Карфагену, не имевшему права защищаться оружием от захватов со стороны нумидийского царя. Эти захваты становились все беззастенчивее, а жалобы карфагенян в Риме не приводили ни к чему: не в интересах Рима было связывать руки Масиниссе. Наконец, терпение Карфагена лопнуло, и он начал войну с Масиниссой. Это дало Риму давно желанный предлог покончить с врагом, быстрому подъему благосостояния которого так дивился Катон, постоянно требовавший разрушения Карфагена. В 149 г. Рим послал большую армию в Африку (консулы Маний Манилий и Люций Марций Цензорин). Карфагенская партия мира хотела не доводить дела до войны и соглашалась дать римлянам удовлетворение. Римляне поступили очень недобросовестно: они соглашались на мир при условии исполнения известных требований, а когда карфагеняне исполнили их, консулы ставили новые условия, более тяжелые. Так, римляне добились сначала выдачи заложников, потом оружия, и тогда уже предъявили свое последнее требование – чтобы карфагеняне выселились из Карфагена в какуюнибудь местность, лежащую не ближе 80 стадий от моря. При таких условиях новое поселение не могло быть торговым городом. Карфагеняне отказались подчиниться этому требованию; началась осада Карфагена. Карфагеняне со всевозможными усилиями создали новый флот и оружие и решились защищаться до последней крайности. Главное начальство над ними принял Газдрубал. Сначала римляне потерпели неудачи в попытках взять город штурмом и вынуждены были начать правильную осаду. 149 и 148 гг. прошли для римлян безуспешно. В 147 г. в Утике высадился консул Публий Корнелий Сципион Эмилиан, сын Эмилия Павла, усыновленный фамилией Корнелиев Сципионов. Сципион прикрыл осаждающую армию двумя линиями укреплений и совсем отрезал ими Карфаген с суши, что крайне затруднило подвоз провианта и привело к бегству и сдаче значительной части жителей Карфагена. Остальные заперлись в старом городе и в укреплении Бирсе. Построив дамбу, Сципион закрыл доступ в гавань и с моря, но карфагеняне прокопали новый вход в гавань и построили флот, который, впрочем, не мог обеспечить подвоз припасов. Весной 146 г. римляне проникли, наконец, в город, заняли торговую площадь и двинулись к Бирсе. Долго еще шла борьба в городе, часть которого была сожжена при этом. На седьмой день сдались и карфагеняне, запершиеся в Бирсе. Маленький отряд (большей частью римские перебежчики) заперся в одном из храмов, вместе с Газдрубалом. Сам Газдрубал сдался, но жена его, дети и все остальные погибли в огне. Римляне разграбили город, причем получили громадную добычу; затем они сожгли Карфаген и прошли плугом по тому месту, где он стоял.