Читать онлайн «Энциклопедический словарь (Е-Й)». Страница 137

Составлением и пополнением папского И. заведует инквизиция совместно с состоящею при римск. курии особою И. конгрегацией (соngregatio indicis), учрежденной папою Пием V в 1571 г. Конгрегация имеет в своем распоряжении известное число доносчиков (delatores) и консультантов, среди которых должны быть и богословы, и юристы, и лица, сведущие в светских науках. В действительности постоянно раздавались жалобы на невежество папских цензоров. В 1882 г. И. конгрегация состояла из 36 кардиналов, 39 консультантов и 5 доносчиков. Кроме того 25 консультантов состояло при инквизиции. И. требует, чтобы книгу, подвергшуюся запрещению, ни один католик не читал, не держал у себя, не перепечатывал, под опасением отлучения. Впрочем, со времени Пия IX эта столь суровая кара грозит лишь тем ослушникам И., которые оказываются виновными в чтении книг, написанных в защиту ереси или запрещенных особыми повелениями папы. Католик, у которого находится книга, внесенная в И.; обязан доставить ее местному епископу или инквизиции, – последняя должна такие книги сжигать. Разрешение читать запрещенные книги в прежние столетия давались папой с величайшим трудом и то только ученым, которые поставили себе задачей опровергать изложенные в них лжеучения; даже высшие сановники церкви, как напр. генерал ордена Иезуитов, могли читать внесенные в И. книги лишь с особого разрешения папы. В настоящее время епископы, в качестве уполномоченных папы, могут дозволить чтение запрещенных книг священникам, которые выказывают особенную заботливость о спасении душ своей паствы; миряне, желающие добиться того же права, должны обращаться за разрешением к папскому престолу. Запрещенные книги эти лица обязаны держать под замком. Впрочем, практическое значение И. имел лишь в тех странах, где была инквизиция. Во Франции запрещения книг, исходившие от инквизиции и от И. конгрегации, не признавались обязательными. Практическое значение И. ослабляется еще тем, что знакомство с содержащимися в нем запретами даже среди образованных католиков далеко не распространено в той мере, как это требуется папскими постановлениями. Даже высшее католическое духовенство иногда обнаруживает недостаточное знакомство с И. Наконец, и по внутреннему своему содержанию И. оказывается несостоятельным, ибо характерная черта И. это – случайность и непоследовательность в запретах: одно здесь запрещено, другое нет, ничтожное подвергнуто каре, о важнейшем умолчано.

В истории И. можно отметить два главных периода: в первом периоде, обнимающем эпоху до конца XVI в., борьба римской церкви направлена против реформации, во втором же периоде рим. церковь, при помощи И., ведет борьбу, главным образом, против различных неугодных церкви направлений в самом католичестве. Из трудов католических писателей всего чаще подвергались запрещению церковно-исторические сочинения, даже такие, как труды Барония, Александра Наталиса, Мембурга, Дюпеня, Флери, Мабильона, а в новейшее время Пихлера, не говоря уже о Геттэ. Даже некоторые тома Acta sanctorum балландистов попали в И. Запрещались и сочинения таких католических писателей, как Фенелон (соч. его о «Мистицизме», оспоренное Боссюэтом). Согласно общим воззрениям католич. церкви, заносились в И. и переводы Библии на народные языки. На И. отражались различные перемены в воззрениях католической церкви. Так в XVII в. И. запрещал сочинения, защищавшие учение о беспорочном зачатии Девы Марии, а с 1854 г., когда папа Пий IX возвел это учение в догмат, в И. стали заноситься книги, его оспаривающие. Из богословских трудов православных писателей в И. занесено весьма немногое: история флорентийского собора Сильвестра Сиропула, опровержение власти папы в церкви, Иepycaлимского патриарха Нектария, письма константинопольского патриарха Кирилла Лукариса, а из новейших – сочинение гр. Д.А.Толстого: «Римский католицизм в России», появившееся на французском языке в 1864 г., а в И. занесенное в 1866 г. с редкой аттестацией: opus praedamnatum – аттестация, которая выдается в И. лишь сочинениям самых страшных еретиков. Из протестантских богословов XVIII и XIX в. упоминается в И.Мосгейм, «Жизнь Иисуса» Штрауса, но нет главы тюбингенской школы Баура. Впрочем, относительно протестантских авторов (по католической терминологии еретических) второе правило Тридентского И. содержит общее запрещение всех их сочинений, относящихся к религии. Но особенно непоследовательность запретов И. проявляется по отношению к наукам небогословским. На философскую литературу И. обращал достаточно внимания лишь в прежнее время. Из сочинений Декарта запрещены не все и то с оговоркою: doneс corrigautur; Малебранш запрещен безусловно; Кант запрещен в переводе, а об оригинале И. умалчивает; о Лейбнице, Вольфе и Гегеле не упомянуто; Конт запрещен, Литтре – нет. Много внимания уделено историч. литературе, но опятьтаки безо всякой системы. Из новейших франц. исторических сочинений попали в И. не только труды Ренана, но и исследования Обэ о гонениях христиан при рим. императорах, хотя одно из них могло на русском языке появиться в одном из наших духовных журналов. Из естественных наук наибольшим нападкам подвергалась астрономия. Лишь в 1823 г. инквизиция формально объявила – в противоречие с прежними воззрениями католической церкви, – что в Риме дозволено печатание книг, в которых изложены суждения о движении земли и неподвижности солнца, после чего, при издании И. 1835 г., из него исключены были имена Коперника, Кеплера и Галлилея. В И. приводится зоономия Эразма Дарвина, а сочинения знаменитого внука его Чарльза Дарвина не упомянуты. Из политических писателей запрещен Маккиавели. Из поэтических произведений запрещены, с оговоркой doneс corrigatur: «Декамерон» Боккаччио, «Неистовый Орланд» Ариосто, «Божественная комедия» Данте. Из новейших поэтов и беллетристов в И. занесены: Гейне, оба Дюма, Э.Сю, Жорж Санд, Бальзак, Флобер; нет Зола и др. представителей реалистической школы. Ср. Fessler, «Das kirchliche Bucherverbot» (Вена, 1858); Reusch, «De Index der verbotenen Bucher»; его же, «Die Indices librorum prohibitorum des 16 Jahrh. gesammelt und herausgegeben». В древнерусской письменности существовала статья о книгах истинных и ложных, которой в нашей ученой литературе часто дается название И. А.Я.

Индивидуализм: 1) теоретический (метафизический) – признание самостоятельного и пребывающего существования индивидуальных психических единиц, не поглощаемых и не упраздняемых общим мировым единством в той или другой его форме. Типичным представителем такого воззрения в философии следует считать Лейбница, с его монадолоrиeй. 2) И. практический – вообще утверждение и отстаивание человеческой индивидуальности против различных естественных и исторических групп и учреждений, могущих ее подавлять. В более тесном смысле практический И. означает сознательное стремление (возводимое в более или менее последовательную доктрину) к тому, чтобы единичные человеческие существа стали безусловными господами своей жизни, с освобождением их от всяких принудительных общественных связей. В этом смысле И. противополагается с одной стороны традиционному строю церковному, государств. и национальному, а с другой стороны – тем коммунистическим учениям, которые хотят заменить этот традиционный строй иным, более рациональным, но столь же (а в иных сферах и еще более) принудительным. Относительно же первого И. имеет относительное, историческое оправдание именно в тех случаях, когда данная часть человечества духовно переросла налагаемые на нее извне принудительные связи. Но в принципе отрицательный И. основан на недоразумении. Общественность есть неотъемлемое свойство человека, как такого; люди никогда не существовали и не могут существовать в виде отдельных изолированных единиц, а с другой стороны прогресс человечества состоит в том, что первоначальные инстинктивные связи (в диком или естественном состоянии), превратившись сперва в принудительные учреждения (внешняя цивилизация), затем все более и более приближаются к идеалу внутреннего единства по нормам правды и добра (царство нравственного порядка). Таким образом, нет никакого основания противополагать, в принципе, индивидуальный элемент общественному, как два враждебные и исключающие друг друга начала. Единичное лицо имеет, в меру своего собственного внутреннего содержания, высшее право против общественной неправды, но не против общества как такого, без которого само это лицо не могло бы существовать и всякое его право лишено было бы смысла. В нормальном состоянии человечества, к которому идет история, индивидуальный и общественные элементы совмещаются в сознательной нравственной солидарности, не ограничивая, а восполняя друг друга. Вл.С.

Индивидуальность, в самом широком смысле – отличительная особенность какого-либо существа или предмета, свойственная ему одному между всеми и делающая его тем, чем он есть; в более тесном смысле термин относится к одним одушевленным существам, а в теснейшем – только к единичным людям. И. есть нечто положительное и неисчерпываемое никакими отвлеченными определениями. Разум может указывать только на значение этой стороны бытия в общем ходе космического и исторического процесса. Всякое развитие есть выделение индивидуальных образований из первоначальной слитности и безразличия. Новейшая наука (особенно со времен Канта и Лапласа) все более и более стремится представить историю мира, как процесса такого развития или постепенной индивидуализации бытия. В истории человечества И. становится сознательною и самосознательною. Вл.С.