Читать онлайн «100 великих путешественников». Страница 66

На берегу Фрейзера путешественники построили новый челн для обратного пути, оставили его в укромном месте и зарыли поблизости часть своих припасов. Затем восемь человек двинулись на запад, каждый с двухпудовым грузом на спине. Они поднялись по одному из правых притоков Фрейзера (Уэст-Род?) и перевалили относительно невысокий водораздел, за которым в западном направлении текла какая-то река (вероятно, Дин) По многим признакам Макензи убедился, что теперь уже, несомненно, находится на тихоокеанском склоне великого североамериканского нагорья. Сухой климат внутренних областей Канады и нагорья сменился влажным, сравнительно низкорослый хвойный лес - деревьями-гигантами. Дичи было мало, зато реки буквально кишели рыбой.

Индейцы-проводники вели путников по проторенным дорогам. Часто встречались поселки с большими домами, выстроенными из неотесанных бревен, но украшенными резьбой и размалеванными фигурами. У встречных индейцев и в их домах канадцы видели - вероятно, с сердечным сокрушением - европейские товары (русские, испанские, "бостонские"). Когда Макензи и его спутники вышли к низовью той реки, долиной которой шли, их поразили огромные индейские челны, выдолбленные из стволов дерева, которое Макензи называет кедром (вероятно, гигантская туя, так называемый красный кедр). На одном из таких челнов индейцы из деревни, расположенной близ устья Дина (на реке Белла-Кула?), доставили путешественников мимо острова Кинг по извилистому фьорду к морю. 22 июля 1793 года в устье фьорда, у 52° с.ш., на отвесной скале Макензи сделал красной краской надпись громадными буквами (теперь они высечены на той же скале): "Александр Макензи из Канады, по суше, двадцать второго июля, одна тысяча семьсот девяносто три".

Завершено было первое пересечение всего североамериканского материка от Атлантического до Тихого океана, и притом в самой широкой его полосе - от залива Святого Лаврентия до залива Королевы Шарлотты.

24 августа того же, 1793 года Макензи и его спутники уже разведанными ими путями благополучно вернулись к тому форту на Пис-Ривер (у слияния со Смоки-Ривер), где они зимовали в 1792/93 году. В сентябре Макензи был у озера Атабаска, а в 1794 году вернулся в Монреаль, закончив второе пересечение североамериканского материка (теперь уже с запада на восток). В 1801 году в Лондоне вышла в свет его книга "Путешествие Александра Макензи из Монреаля через материк Северной Америки", с тех пор многократно переиздававшаяся и переведенная на ряд европейских языков.

При первом пересечении Северной Америки он проследил всю реку Пис-Ривер (1923 километров), перевалил Передовой и Береговой хребты Скалистых гор, открыв между ними Внутреннее плато и верхний участок течения реки Фрейзер. Тем же путем в сентябре 1793 года Макензи вернулся к озеру Атабаска, а после зимовки прибыл в 1794 году на реке Святого Лаврентия, совершив второе пересечение материка и пройдя в обоих направлениях более 10 тысяч километров.

"На этом, - записал Макензи, - кончаются мои путешествия и открытия. В моем описании я нисколько не преувеличил ни трудов, ни опасностей, ни одиночества, ни страданий, и даже наоборот - мне часто не хватало слов, чтобы их как следует описать. Но труд мой не остался без награды, ибо путешествие наше увенчалось успехом".

Макензи был первым человеком после конкистадора Кавеса-де-Ваки, пересекшим североамериканский континент. Путь его пролегал по трудной местности, тем не менее, Макензи всегда находил время, чтобы производить астрономические определения, которые он делал довольно точно. Русских промышленников, которых он надеялся встретить, он так и не видел, но индейцы рассказали ему о больших судах белых людей, и он только на несколько недель разошелся с топографическим отрядом Ванкувера. Макензи не только открыл огромную, до того неизвестную территорию, но и указал на ее экономическое значение и на ее нужду в новых путях сообщения.

"Открыв сообщение между Атлантическим и Тихим океанами и учредив ряд постоянных станций во внутренних областях страны, так же как по ее окраинам, вдоль побережья и на островах, мы можем получить господство во всей торговле пушниной по всей Северной Америке от 48° до полюса, за исключением той ее части, какая на Тихом океане является владением России. К этому надо еще добавить рыболовный промысел в обоих океанах и рынки во всех четырех частях света. Таково поприще, которое оказывается для торговли, и если на помощь ей придут те капиталы и кредиты, в отношении которых Великобритания идет далеко впереди всех других стран, прибыли, какие обещает эта торговля, просто неисчислимы".

Этими фразами закончил Макензи свою книгу. Его проект был частично осуществлен последовавшими за ним торговцами пушниной, обосновавшимися на тихоокеанском побережье. Полное развитие получил этот план лишь с открытием в 1886 году Канадской Тихоокеанской железной дороги, однако к этому времени большая и ценная часть той территории, что имел в виду Макензи, на основе международных договоров, оказалась вне государственных границ Канады.

В январе 1807 года в Джидду прибыл весьма знатный паломник в сопровождении многочисленных слуг, которые расстелили в мечети молитвенный коврик их господина рядом с ковром имама. То был один из потомков Аббасидов, Али-бей аль-Аббаси. Никогда ни одному арабу не пришло бы в голову усомниться в том, что перед ним - мусульманин из знатного рода, погруженный в изучение западных наук и владеющий многими европейскими языками достаточно хорошо, как он сам сказал шерифу, - французским, но главным образом - испанским и итальянским. Даже склонный ко всякого рода подозрениям шериф счел его арабский язык не вызывающим никаких сомнений, и местный "отравитель", очаровательный молодой араб, исполнявший функции "хозяина колодцев Земзема" и предлагавший святую воду знатным паломникам, не получил приказа отправить Али-бея на тот свет. Кстати, на этот случай у Али-бея была припасена щепотка рвотного порошка.

В действительности путешественника звали Доминго Бадья-и-Леблих. Он родился в Барселоне и получил хорошее образование. Изучал математику, географию, астрономию, физику, историю, музыку и преимущественно арабский язык. В 1801 году Доминго, получив тайное задание от испанского правительства, предпринял путешествие с научными целями в северо-западную Африку, где должен был подготовить переворот против султана Марокко. Чтобы устранить всякие сомнения относительно своей принадлежности к магометанству, он собственноручно совершил над собой обряд обрезания и, изготовив себе на имя Али-бея, родственника пророка, родословные грамоты, снабженные всеми необходимыми печатями и подписями, высадился под этим именем в Танжере. Отсюда он направился в Марокко. Население приняло его восторженно, а султан Мулей Солиман отнесся к нему как к другу и брату. Испанский король Карл IV отказался платить за доверие неблагодарностью и отозвал Али-бея. Таким образом, переворот не состоялся.

Он отправился из Марокко в Александрию, куда приехал в 1806 году и где встретился с Шатобрианом. Бадья-и-Леблих был принят некоторыми знатными особами Парижа и Лондона.

У испанского путешественника были весьма совершенные измерительные приборы гигрометр, секстант, телескоп и т.д. Он обогатил географическую науку точными данными, отметив с помощью астрономических наблюдений широты различных пунктов в Красном море, где он побывал - Янбо, Джидды и других, а также приблизительную широту Медины, где он не был, и точную широту Мекки. Впервые была измерена широта пункта, расположенного во внутренней части полуострова. Он описал с точки зрения геологии горы между Янбо и Мединой, то сланцеватые, то из вулканических пород. Кроме того, он собирал растения и насекомых. К сожалению, он вынужден был в опасной ситуации. Уничтожить свою коллекцию насекомых дабы не возбудить на свой счет подозрений.

Первый визит в Каабу потряс Али-бея до глубины души, хотя его впечатления и не были свободны от романтизма.

"Паломники должны войти в Мекку пешком, однако вследствие моего болезненного состояния я оставался на своем верблюде. Сразу же после того, как вошли в город, мы совершили общее омовение, и я тотчас же вместе со всей моей свитой был препровожден к храму. Человек, которому поручено было нас проводить, всю дорогу громко читал различные молитвы, мы же все вместе монотонно вторили ему слово за словом. Я был еще так слаб, что двое из моих людей должны были поддерживать меня.