Читать онлайн «100 великих путешественников». Страница 118

О том, чтобы установить очертания этого огромного водоема, объехав его на лодках или обойдя сухим путем, не могло быть и речи, у Спика не было ни времени, ни средств, необходимых для проведения исследований такого масштаба. Он ограничился тем, что нанес на карту ту часть озера, какую мог охватить взглядом. Однако того, что он видел, было достаточно, чтобы составить правильное понятие о новооткрытом озере как о "громадном разливе, расстилающемся по широкой плоской поверхности" (в отличие от Танганьики, лежащей в глубокой, обрамленной горами впадине). Местное название озера - Ньянза, т е "большая вода", - было, в сущности, именем нарицательным, обозначающим всякий крупный водоем. Спик добавил к нему имя английской королевы. Так на карте появилось название Виктория-Ньянза (ныне просто Виктория).

Он вернулся за Бёртоном, который заявил, что доказательства Спика далеко не безупречны. Очевидно, он говорил так в силу свойственной ему едкой иронии, а Спик воспринимал обоснованный скептицизм как оскорбление. В результате обратный путь в Багамойо ознаменовался ссорами между двумя исследователями. Правда, следует учитывать, что оба были больны. В горячечном бреду они обвиняли друг друга в нечестности и враждебности относительно событий, давным-давно минувших. Но потом Бёртон вновь самоотверженно выхаживал больного спутника. В марте 1859 года они, наконец, вернулись на Занзибар. Спик был здоров и полон сил, а Бёртон выглядел хуже привидения. Даже у людей, ко всему привыкших, его вид вызывал ужас. Ему пришлось задержаться в Адене, Спик же поспешил в Лондон навстречу ликующим современникам.

Восторг английских граждан был вызван не только надеждой на то, что, наконец, разгадана древняя географическая загадка. В 1807 году британцы были изгнаны из тех мест, откуда вернулся Спик. Как раз к моменту его возвращения совместными усилиями с французскими партнерами им удалось превратить Египет в полуколонию. И тут появляется Спик и вручает ключ от внутренних районов страны: "Если озеро Ньянза действительно исток Нила, в чем я не сомневаюсь, какие преимущества это дает английским предпринимателям на Ниле, какое широкое поле деятельности откроется, если Англия, как я надеюсь, не оставит это открытие без внимания". Он мог не волноваться. Правда, некоторые сомневались и даже выражали недовольство тем, что Спик назвал озеро именем королевы Виктории, не доказав, достойно ли оно такой чести.

Президент Королевского Географического общества Р. И. Мерчисон, изучив составленную им карту, согласился с тем, что Виктория-Ньянза может быть истоком Нила, и предложил Спику отправиться туда снова. Вскоре Королевское Географическое общество приступило к организации новой восточноафриканской экспедиции, которая должна была достичь нильских истоков со стороны Занзибара и спуститься вниз по великой реке, непосредственно связав тем самым маршрут Бёртона и Спика с маршрутами исследователей, продвигавшихся по долине Нила с севера. Начальником экспедиции был назначен Спик, его помощником - Джеймс Огастес Грант (1827-1892), шотландец по происхождению, в прошлом служивший офицером в Индии и некоторое время бывший партнером Спика по охоте, человек рассудительный и самоотверженный. Экспедиция обошлась британскому правительству в 2500 фунтов. Одновременно Королевское Географическое общество поручило известному путешественнику по нильским странам Джону Питрику, назначенному британским консулом в Хартуме, организовать встречную экспедицию из Судана, чтобы оказать Спику и Гранту помощь по их прибытии на Бахр-эль-Джебель; согласно достигнутой договоренности, Питрик должен был ожидать их в Гондокоро с припасами судами.

В августе 1860 года Спик и Грант прибыли в Занзибар, и уже 2 октября караваном, насчитывавшим более двухсот человек, двинулись из окрестностей Багамойо к Великим озерам. Добравшись в январе 1861 года до Табора уже знакомым Спику путем, англичане двинулись отсюда на северо-северо-запад караванной тропой, которая вела в расположенное к западу от Виктории-Ньянзы государство Карагве и далее на север - в государство Уганда (Буганда). Они пробирались через районы, опустошенные голодом, междоусобными войнами охотой за рабами, где господствовало лишь право сильнейшего. Только ценой больших издержек (на этот раз путешественники располагали, кроме прочего еще и золотыми часами, пятьюдесятью ружьями и горами других подарков) Спик и Грант смогли добраться до озера Виктория.

В ноябре 1861 года путешественники, наконец, прибыли в Карагве, государство на западном берегу озера. Правитель этой страны Руманика встретил чужеземцев очень предупредительно, обеспечил провизией, дал сопровождающих и охотно поделился своими знаниями. Руманика произвел на них самое хорошее впечатление своим радушием, умом и любознательностью. По его данным Спик составил карту района. Правитель указал им путь и в соседнее королевство Буганду. Из деревни Руманики Спик и Грант увидели высящиеся далеко на западе, на территории соседней страны - Руанды, вулканические горы Мфумбиро (Муфумбиро, Вирунга). "Конусы Мфумбиро в Руанде, - сообщает Спик, - которые, как я полагаю, достигают 10 000 футов (то есть около 3000 метров; в действительности эти горы еще выше, самый высокий вулкан, Карисимби, достигает 4507 метров), являются, говорят, высочайшими из "Лунных гор". У их подножия имеются соляные и медные копи, а также горячие источники". Путешественники слышали также о лежащем за этими горами "озере Рузиэи", которое дает начало одноименной реке, впадающей в Танганьику; это были первые дошедшие до европейцев сведения об озере Киву.

Важным географическим объектом, с которым английские исследователи смогли познакомиться во время пребывания у Руманики, была река Кагера, или Китан-гуле, - крупнейший приток Виктории-Ньянзы. Впервые Спик повидал ее 3 декабря 1861 года. Таким образом, ему принадлежит честь открытия не только главного резервуара Нила - озера Виктория, но и впадающей в него большой реки, которую в настоящее время принято считать главным истоком Нила.

В начале января 1862 года в Карагве прибыло посольство из Буганды, король которой Мтеса услышал о прибытии невиданных белых людей и теперь приглашал их погостить у него. Распрощавшись с Руманикой, Спик в сопровождении посланцев Мтесы отправился в Буганду. Грант, у которого сильно разболелась нога, вынужден был задержаться в Карагве.

За Кагерой, в пределах Буганды, путь экспедиции приблизился к берегам Виктории-Ньянзы (до того он проходил на значительном расстоянии к западу от нее), и Спик мог снова полюбоваться "своим озером", на этот раз с северной его стороны.

Во время путешествия на север он переплыл в лодке широкую реку, которую назвал "благородным потоком". Это была Кагера, полноводный приток озера Виктория.

Если во владениях Руманики условия жизни казались удивительными, то в Буганде Спик увидел "нечто большее, чем богатство и благополучие. Вся страна - это картина умиротворенной красоты на фоне бесконечного озера". Жители, в основном представители народа ганда, занимались земледелием. Они выращивали бананы, бататы, бобы, просо и другие культуры, ловили в озере рыбу. Ловкие мастера строили искусно украшенные лодки, занимались выделкой кож, гончарным делом и обработкой металлов Особую роль в ремесленном производстве играло изготовление тканей из волокон фикусовых растений.

19 февраля 1862 года караван прибыл в резиденцию Мтесы, расположенную недалеко от современной Кампалы. Спика ожидал официальный прием. Одетые в козьи шкуры музыканты торжественно и с шумом провели его через ворота в резиденцию (всего ворот было восемь). Резиденция (насчитывавшая более пятидесяти хижин) располагалась на холме Рубага, неподалеку от сегодняшней Кампалы. И вот он предстал перед кабака (правителем) Мтесой I. Это был молодой человек с коротко подстриженными волосами, одетый в традиционную накидку из плетеной ткани. Увидев Спика, он поднес к губам расшитый золотом шелковый платок, чтобы скрыть смех по поводу такого необычного визитера, которому предстояло четыре с половиной месяца быть его пленником. Описывая свои встречи с Мтесой, Спик старался показать, что тоже вел себя по-королевски, вынуждая тем самым монарха проявлять уважение. К сожалению, он заблуждался и вводил в заблуждение своих читателей: довольно часто ситуация выглядела так, как будто кабака принимал обоих европейцев за неуклюжих придворных шутов и забавлялся их странным поведением. Ведь владыки Буганды были истинными королями. Мтеса I, исключительно твердо правивший страной, происходил из старинного знатного рода, отстоявшего свою власть в кровавых столкновениях не только с соседним государством Уньоро, но и в собственной стране.

При дворе Мтесы Спик провел почти полгода. В конце мая к нему присоединился Грант. Мтеса долго не хотел отпускать своих гостей, но, в конце концов, они добились у него разрешения продолжать путешествие, а также посетить вытекающую из озера реку, которую местные жители называли Кивирой и которая, по твердому убеждению Спика, не могла быть нечем иным, как Нилом.