Читать онлайн «Альтернативная культура. Энциклопедия». Страница 43

Так же, как уходила в прошлое феерия 1960-х, съеживался в своей революционности Н. Тем не менее прорыв хиппи сделал свое дело. Н. преодолел рамки сугубо физкультурной практики, сделавшись общим достоянием, войдя в плоть и кровь современного социума. На европейских и американских курортах в изобилии появились нудистские и натуристские пляжи, заполненные телами обоих полов и всех возрастов. С 1980-х годов пляжный Н. развился и в СССР. Теперь не только на побережьях Черного и Азовского морей, но и на речных пляжах крупных городов появились свои зоны наготы, опять же, благодаря доморощенной системе. В любом случае, произошло то, что уже случалось неоднократно с альтернативными вызовами — явление было усвоено социумом и локализовано в рамках достаточно комфортных резерваций.

Однако — и это тоже наследие 1960-х годов — Н. совершенно неожиданно стал инструментом субкультурной и политической борьбы. Публичное обнажение охотно используют в своих акциях актуальные художники. Наиболее известный прецедент последних лет — серия громких «собачьих» перформансов Олега Кулика. Нонконформисты-одиночки пробираются в государственные учреждения и офисы крупных компаний, чтобы, сбросив одежду, хоть ненадолго парализовать работу ненавистной структуры. В чем мать родила появляются на людных перекрестках радикальные экологи, протестуя против эксплуатации братьев меньших: лучше ходить голыми, чем носить шкуры убитых животных. Сверкают толстыми волосатыми задницами в европейских столицах разозленные регуляционными экспериментами ЕЭС фермеры или бастующие рабочие.

Ведь, несмотря на многолетнее раскрепощение нравов, нагое тело и ряд общественных установлений по-прежнему несовместимы. Человек без одежды среди одетых — абсолютный раздражитель. Голого мужчину или голую женщину в тотальной городской среде невозможно не заметить, подвергнуть отчуждению, истолкованию, включить в какой-либо удобоваримый «одевающий» контекст — можно лишь избавиться, применив насилие. Иными словами, появление нудиста в принудительном порядке включает репрессивный аппарат социума. При этом, что интересно, со стороны объекта агрессия отсутствует начисто. Его единственное оружие — тело, подвигаемое внутренним выбором, и более ничего.

И здесь, парадоксально, нудист сближается с шахидом. Живая бомба в теле общей морали или ходячий заряд в сердцевине общества — возмутительны почти одинаково. Только один действует ради жизни, а другой — ради небытия. Один бьет лишь по глазам, а другой выбивает глаза вместе с мозгами. Наконец, после акции один отправляется в полицейский участок или домой, а другой — в рай, к вечно юным и соблазнительным гуриям, настолько изящным, что сквозь их прозрачную кожу просвечивает костный мозг. Но своих целей оба добиваются неизменно. В обоих случаях государство, в меньшей или большей степени, локально либо глобально, оказывается раздетым до предела, до самых своих отвратительных тайн.

[Д. Десятерик]

СМ.: Боди-арт, Бомба, Перфоманс, Порнография, Система, Терроризм, Хэппенинг, Хиппи.

ОБЪЕКТ (от английского object — предмет) — обобщающее определение для произведений, использующих искусственно созданные или готовые предметы (так называемые реди-мейды). Понятие О. распространилось в современном искусстве в 1960-е годы с массовым утверждением нетрадиционных арт-технологий, таких, как инсталляция, перформанс, тот же реди-мейд. Первые О. выставляли на своих экспозициях дадаисты в конце 1910-х — начале 1920-х годов. О. вошел также в масскульт как один из ключевых терминов шпионско-детективной («О. наблюдения») и футурологической («неопознанный летающий О.») литературы и кинематографии. В художественной среде понятие наиболее часто используется в жаргоне и практике концептуалистов (при их отвращении к фигуративным результатам любое вещественное доказательство концептуалистской деятельности становится О.), а также художников «искусства земли», лэнд-арта — их творения на подмостках того или иного пейзажа вписываются в природную среду на правах ее О.

В деятельности московских концептуалистов понятие О. является одним из центральных. Так, в практике легендарной концепт-группы «Коллективные действия» О. проявления акции — сопутствующие приметы, как бы необязательные детали происходящего («конкретности дискурса демонстрационных/экспозиционных полей» — Андрей Монастырский, 1986): имена участников, случайные эпизоды, названия мест и их частные характеристики, одним словом, все то, что и составляет наполнение акции, ее знаковую фактуру.

По большому счету, и концептуалистскому, и лэнд-артистскому О. сопутствует полоса отчуждения, — ведь субъект, то есть зритель, — случаен, необязателен. Ракурс рефлексии и наблюдения узурпируется художником или участниками акции. Результат отдает мистикой: творчество превращается в ритуал, где сам О. — нечто вроде религиозного идола, требующего камланий и жертв, но никак не понимания.

[Д. Десятерик]

СМ.: Акция, Инсталляция, Концептуализм, Перфоманс, Реди-Мейд.

ПАНК (от английского «punk» — подонок) —анархический стиль в поведении, одежде и музыке, зародившийся в конце 1960-х годов в США и достигший апогея в Великобритании во второй половине 1970-х.

Становление П. связано с рок-музыкой. Именно в роке выкристаллизовались принципы расхлябанности, анархичности, экстравагантной внешности, поведенческой агрессии, немотивированных поступков, мировоззренческого нигилизма. При этом почти все так называемые протопанковские группы рок-мейнстримом 1960-х воспринимались как маргиналы, не имевшие ни малейшего отношения к затянувшемуся «лету любви». Чисто музыкальные образцы стиля, на добрый десяток лет обогнав свое время, дали юные англичане Troggs: их трех-аккордные рок-н-роллы на раздолбанных гитарах официально признаны чуть ли не первым в истории П.-роком. А наиболее прославились в те годы, конечно, американские Stooges во главе с Игги Попом: их «No fun» позже стала гимном движения наравне с «Анархией в Соединенном Королевстве» более позднего производства Sex Pistols. В Нью-Йорке протеже Энди Уорхолла — Velvet Underground, окатывая слушателей атональным гитарным скрежетом, пели о героине и сексуальных перверсиях. Выделялись в городе Большого Яблока МС-5, Ramones, New York Dolls — ранний П. шестидесятых годов был преимущественно североамериканским явлением. Уже в начале 1970-х в Калифорнии мелькали мальчишки с крашеными «ирокезскими» гребнями на бритых головах. Именно New York Dolls нашел в 1975 году странноватый англичанин, экс-активист Ситуационистского Интернационала, решивший податься в продюсеры, большой модник и забияка — Малькольм Макларен.

Его роман с Dolls оказался скоротечным, но принес Макларену необходимый опыт, опираясь на который, он вскоре перевернул поп-музыкальный мир. Он вернулся в Англию, открыл в богемном районе Сохо магазинчик Sex, там же подобрал четырех начинающих музыкантов (не все из них были музыкантами, некоторые просто бездельниками) и сколотил из них рок- группу Sex Pistols.

История оглушительного взлета и столь же ошеломляющего распада этой банды описана многократно, со всеми подробностями, поэтому задерживаться на ней нет смысла. Стоит лишь отметить, что это был уникальный случай соединения ситуационистской провокативной практики с большим шоу-бизнесом (ведь Макларен умудрялся заключать контракты с гигантами британской грамзаписи), причем второй приноравливался к первой, а не наоборот. Произошло прежде невиданное, по крайней мере, в таких масштабах: шоу-машина, предназначенная в первую очередь для удовлетворения массового спроса на развлечения, начала на полную мощность транслировать бунт и антисистемную агрессию. То, что игра идет всерьез, подтвердили нападения на участников группы после выхода оскорбительного сингла «Боже, храни Королеву»: до сих пор непонятно, как обошлось без смертей. Что-то должно было разрушиться, и чуда не произошло. Самоубийственная логика включала провальные американские гастроли, распад группы и гибель басиста Сида Вишеза (все — в 1979 году), к тому времени ставшего символом движения: нелепая, грязная, скандальная смерть.

Конечно, открытия П.-рока не замыкались на одних Pistols. Были и такие замечательные команды, как Clash, Jam, Stranglers, Damned. Центр новой революции переместился в Соединенное Королевство. П. даже начали считать сугубо британским явлением и дали ему прозвание «режущей кромки» рока. Увенчанные гребнями, утыканные булавками, раскрашенные чудища заполонили рок-клубы, проклюнулись сквозь залежалый «хиппитализм». Первоначальный импульс был поглощен и усвоен социумом. П.-стиль вошел в ассортимент шоу-бизнеса наравне с иными товарами.