Читать онлайн «100 знаменитых символов Украины». Страница 96

За три года до этого скончался Иван Миколайчук. История его жизни во многом похожа на историю жизни Сергея Параджанова, разве что его не сажали… Он слишком сильно любил Украину, украинский народ. И этого ему не простили. В середине 1970-х годов по киностудиям сверху пошел негласный, но оттого не менее строгий запрет: «Миколайчука не снимать!» Опять же, весь мир знает Миколайчука, весь мир хочет видеть его на экранах, актера приглашали сниматься в Голливуд, во Францию и Италию. Но нет, Миколайчук наш (чей это ваш?), здесь родился и здесь будет погибать. Именно погибать, потому что для актера отсутствие возможности сниматься равносильно смерти. А ведь Иван был еще и талантливейшим режиссером и сценаристом, мог снимать и снимать. Но нет…

Что нам остается? Остается только благодарить судьбу, что такие люди, как Сергей Параджанов и Иван Миколайчук, жили на этом свете. И клясть ее, проклятую, за то, что жили так недолго…

Знает ли уважаемый читатель, с чего начинался украинский кинематограф? С какого-то фильма, фестиваля или, например, открытия кинематографических курсов? А вот и нет. Украинское кино началось с одной удачной коммерческой операции. В 1922 году в Киеве была создана организация под названием ВУФКУ. Аббревиатура эта, очень напоминающая название какого-то экзотического восточного вида единоборств, на самом деле расшифровывалась как Всеукраинское фотокиноуправление. Начало свою деятельность это самое ВУФКУ с того, что закупило в Германии с десяток фильмов с правом проката по всей территории СССР. И недолго думая, украинские кинопрокатчики продали эти фильмы соседям-россиянам, выручив за это немалую по тем временам сумму. А дальше пошло-поехало…

Во времена НЭПа и относительной автономии Украины от центра решать хозяйственные вопросы было достаточно просто. И потому, как только у ВУФКУ появились деньги, родилась идея построить на них в Киеве первую украинскую кинофабрику. Трудностей, конечно, было предостаточно — время-то послереволюционное, только-только закончилась Гражданская война. Не хватало техники, не хватало специалистов. Зато энтузиазма было хоть отбавляй. Окончательное решение о строительстве киностудии ВУЦИК принял в 1926 году, 2 марта следующего года состоялась торжественная закладка фундамента, а уже 4 марта 1928 года на экраны вышел первый фильм — детская приключенческая лента «Ванька и Мститель».

Первым руководителем киевской кинофабрики был призванный в кинематограф с флота революционный матрос Павло Нечеса. И хотя нелегко временами приходилось бывшему моряку, он справлялся со своими обязанностями. Прежде всего потому, что не пытался снимать кино исходя только из соображений «революционной целесообразности» (как это пытались делать другие), а спрашивал совета у тех, кто знал, что такое кинематограф. А таковых, надо сказать, было немного. Вот и Александр Довженко, чьим именем спустя много лет будет названа киностудия, не думал, не гадал, а стал кинематографистом.

В 1925 году молодой художник-карикатурист Александр Довженко, чьи рисунки за подписью «Сашку» появлялись во многих украинских изданиях, устроился на работу в ВУФКУ. Поначалу он не помышлял о том, чтобы самому снимать кино, работал как плакатист и оформитель титров. Но однажды… «В июле 1926 года я просидел ночь в своей мастерской, подвел итоги своей неустроенной тридцатилетней жизни, поутру ушел из дома и больше не возвратился. Я уехал в Одессу и устроился на работу на кинофабрику». В Одессе Довженко предложил свой сценарий кинокомедии «Вася-реформатор». И неожиданно для него самого сценарий был принят, мало того, ему разрешили самому снимать фильм! Правда, в комедийном жанре Довженко себя не снискал. Два фильма — «Вася-реформатор» и «Ягодка любви» — не заслужили признания ни у зрителей, ни у критиков. Довженко переключается на «шпионский» жанр, и здесь его ждет первая победа — приключенческий фильм «Сумка дипкурьера» пользуется успехом у зрителей. Талант начал раскрываться, Александр Довженко состоялся как режиссер.

Между тем киевская киностудия продолжала работать. И весьма, надо сказать, успешно. В 1928 году был снят первый звуковой фильм — документальная лента новатора кино Дзиги Вертова «Симфония Донбасса», в следующем году в Киеве снимается уже 10 картин. А в 1930 году в Киев приезжает Александр Довженко. И первый же фильм «киевского» периода жизни режиссера делает Довженко классиком не только советского, но и мирового кино.

Наверное, современному зрителю трудно сейчас понять, что означал довженковский фильм «Земля» для тогдашнего кинематографа и всей культурной жизни страны. Тем более, если судить поверхностно, картина прославляет идущую в деревне коллективизацию. Ту самую коллективизацию, которая спустя два года станет одной из причин страшнейшего голода, унесшего жизни миллионов украинцев. В село приходит новый строй, первый трактор, управляемый бывшим бедняком Василем, перепахивает земли куркуля Хомы. А тот, вместо того чтобы со всей деревней радоваться такому «счастью», подло убивает Василя.

И все-таки «Земля» — это классика кинематографа, признанная всем миром. В 1958 году на кинофестивале, проходившем в рамках Всемирной выставки, авторитетнейшее международное жюри включило фильм «Земля» в число 12 лучших фильмов всех времен и народов. И эти критики и кинематографисты наверняка не были поборниками советского строя и, может быть, даже знали, что творилось в СССР во время насильственного насаждения колхозного строя. Тем не менее, фильм никого не оставлял равнодушным, ни в 1930-х годах, ни спустя десятилетия. «Гомер XX века», как называли за рубежом Довженко, задевал самые сокровенные струны человеческой души.

Резонанс был действительно колоссальный. В деревнях и селах, где показывали «Землю», возникали стихийные митинги. Не осталась без внимания «Земля» и за рубежом, только в берлинской прессе вышло более 50 рецензий на фильм Довженко. «Тот, кто не видел яблоко крупным планом в довженковской „Земле“, тот вообще не видел яблоко», — сказал французский ученый Марсель Мартен. И все это было сделано без звука («Земля» была последним немым фильмом Довженко), без эпатажности и авангардизма ради авангардизма. «Чем яснее мысль, тем яснее форма», — говорил Довженко. И в этом было его творческое кредо. Но вот какой ценой это давалось…

«Я буквально постарел и поседел за несколько дней. Это была настоящая психическая травма». Пока за границей Довженко причисляли к гениям, дома «Земля» подвергалась жесточайшей критике со стороны некоторых деятелей. Особенно старался Демьян Бедный, в своем фельетоне «Философы» обвинявший Довженко во всех грехах. А ведь Бедный был рупором власти, ее глашатаем, и его слова для многих являлись руководством к действию. Главный аргумент критиков — почему Довженко не «наказал» убийцу Хому, почему Хома остается в живых? А раз так, то сразу же был сделан нехитрый вывод — в фильме «отсутствуют классовые характеристики», Довженко хоть и говорит о коллективизации, но исподволь потворствует и сочувствует кулакам. И следовательно — является врагом народа, украинским националистом и так далее и тому подобное…

В 1932 году Александр Петрович снял свой первый звуковой фильм «Иван» — историю о том, как на строительство ДнепроГЭСа приезжает молодой застенчивый сельский парень. И под влиянием окружающих людей он понимает, что только коммунизм — это путь в будущее. Будем откровенны: «Иван» — это агитка, попытка режиссера договориться с властью. Уж очень больно била по нему критика. «Не знаю даже, кому и жаловаться, — писал Довженко. — Я утратил равновесие и покой благодаря им. Временами мне кажется, что я уже ни на что не способен, и, когда вспомню всю свою силу и все свои творческие планы, спрашиваю себя: куда же оно так быстро ушло; каким суховеем высушило мне волос и какой вор наполнил мне душу печалью?» Но Довженко все-таки нашел кому пожаловаться. Он пишет письмо Сталину с просьбой оградить его от нападок злобствующей своры критиков. Это был отчаянный шаг и надежды на успех было немного. Но Сталин неожиданно откликнулся и поддержал режиссера. А слово «богоподобного» вождя, как известно, было законом.

Довженко заключает договор с властью. Он видел в Сталине заступника и уже не мог отступить. Конечно, сейчас находятся те, кто осуждает режиссера за это. Но поставим себя на его место. Что было делать Довженко, какой у него был выбор? Проявить принципиальность? Но тогда можно было забыть о кино. Навсегда. И это в лучшем случае. А в худшем…

Дальше все развивалось по накатанной схеме. За «Ивана» Довженко получил Сталинскую премию, затем, когда ему мешали снимать фильм «Аэроград», он вновь обращается к Сталину. Вождь лично принимает режиссера, а в те времена это было верхом благосклонности. Съемки «Аэрограда» получают зеленый свет. Но за благосклонность вождей нужно платить. Ему буквально навязывают съемки фильма «Щорс». Александр Петрович знает, что «украинский Чапаев» на самом деле в историческом смысле фигура малозначащая. Однако о «Щорсе» просит сам Сталин. А как отказать вождю? В 1939 году Довженко снимает «Щорса», получает за этот фильм очередную Сталинскую премию и пост художественного руководителя Киевской киностудии.