Читать онлайн «100 великих загадок русской истории». Страница 83

После того по Москве поползли слухи о том, что картина сожжена, изрезана… Посыпались вопросы о том, существует ли она вообще… Кто мог знать тогда, что в этих слухах содержалось трагическое пророчество, которому суждено было сбыться?

После появления репинского холста в залах музея его трагическая биография продолжилась. В музей стали приходить члены террористических организаций, чтобы, стоя возле картины, произнести слова клятвы. Они клялись бороться с «ненавистной им монархией» до последней капли крови. Это настораживало полицию. Высказывалось мнение, что красная кровь на картине травмирует посетителей. Говорили, что от картины исходит некая особенная сила, энергия…

Настоящая трагедия разыгралась 16 января 1913 года. Старообрядец Абрам Балашов, иконописец по профессии, придя в Третьяковскую галерею, изрезал картину ножом. Покушение образно описал в своих мемуарах хранитель Третьяковки Николай Мудрогель: незадолго до закрытия музея он видел, как молодой человек быстрым шагом прошел по лестнице вверх, а затем раздался резкий звук. Хранители бросились наверх и увидели, что все бегут в репинский зал. А вот описание пострадавшего полотна: «На картине зияли три страшных пореза… Края порезов резко белели».

Преступник был задержан. При допросе он постоянно повторял одну и ту же фразу: «Довольно крови!» Балашов был признан душевнобольным и в течение двух месяцев лечился в психиатрической лечебнице, а затем был отпущен на поруки под ответственность отца.

Недоброжелатели Репина использовали поступок Балашова для новых нападок на картину: мол, вид крови возбуждает людей, вызывает у них нездоровую реакцию. Нельзя ли было вообще обойтись без крови, заставить зрителя пережить сам момент покушения или, еще лучше, драматический момент за секунду до покушения. Оппоненты Репина говорили, что живописец сознательно лишил зрителей возможности сопереживания действию: ведь царевич уже убит.

За этим мрачным событием последовала еще одна трагедия. Главный хранитель музея художник Хруслов не выдержал эмоционального потрясения и слег в постель, а через несколько дней покончил с собой, бросившись под поезд. По России поползли слухи, что с картиной связано нечто роковое. А в словах Балашова «Не надо больше крови!» позже нашли пророческий смысл: через полтора года началась война…

Хотя имя и книги Веры Крыжановской десятки лет были в забвении, сегодня о ней говорят как о первом писателе-фантасте России, и вновь выходят тиражи ее оригинальных произведений.

Почти 120 лет назад знакомые некой русской дамы, не проявлявшей до этого особых литературных талантов, неожиданно увидели ее фамилию на обложках модных исторических романов. Они появлялись один за другим – о Средневековье, императорском Риме и Древнем Египте. Романы понравились и издателям, и читающей публике. В них было все, что требовалось для успеха: занимательные повороты сюжетов, бойкий язык, мистические тайны, чудеса. Но главное – убедительное знание реалий жизни тех далеких времен, до того доступное лишь историкам и археологам.Кто же эта таинственная дама?

Происходила Вера Ивановна из старинного дворянского рода Тамбовской губернии, однако родилась в Варшаве 14 июля 1861 года, где отец ее – генерал-майор артиллерии Иван Антонович Крыжановский – командовал артиллерийской бригадой. Хорошее образование будущая воспитательница получила еще дома. Книги в семье Крыжановских были в почете. А еще с раннего детства Вера Ивановна увлекалась древней историей и оккультизмом. Она была очень болезненной девочкой и, по ее собственному признанию, искренне верила, что таинственные космические силы уберегут ее от зла и болезней.

В 1871 году умер ее отец, и семья оказалась в сложном материальном положении. С большим трудом удалось пристроить Веру в Петербургское воспитательное общество благородных девиц. Уже в следующем году будущая писательница поступила в Санкт-Петербургское училище св. Екатерины (Екатерининский институт), но слабое здоровье и финансовые проблемы помешали ей закончить полный курс – в 1877 году она была отчислена и закончила обучение дома.

Все считали, что Вере повезло: экзальтированная бесприданница вышла замуж за богача и красавца С.В. Семенова, камергера при собственной его императорского величества канцелярии и известного в свое время спирита, председателя санкт-петербургского «Кружка для исследования в области психизма». Муж был значительно старше ее, много работал и пользовался успехом у женщин, так что вечера 18-летняя супруга частенько проводила в одиночестве, пытаясь самостоятельно постичь истины оккультной премудрости и молясь, чтобы небеса ей послали Учителя.

Некоторые биографы полагают, что значительную роль в творческой ориентации писательницы сыграл ее муж. Однако это сомнительно. Молодая женщина к моменту знакомства с Семеновым была уже весьма авторитетным медиумом, ее спиритические сеансы посещал сам Николай II.

Что же касается творческих ориентиров, то, несомненно, на Крыжановскую-писательницу оказали значительное влияние оккультные доктрины Е.П. Блаватской, Папюса и Аллана Кардека (идеи этих выдающихся эзотериков она и пропагандировала в своих романах).

С 18 лет Вера Ивановна стала пробовать свои силы в литературе. В 1880 году она уезжает во Францию, где небезуспешно выступает на сеансах в качестве медиума и… пишет, пишет, пишет. Многие современники отмечали удивительное несоответствие – слабое здоровье и титаническую работоспособность. Следует отметить, что Крыжановская, в совершенстве владея французским, все свои произведения писала исключительно на этом языке, и только потом они переводились на русский.

За время пребывания в Париже Крыжановская создала целую серию историко-оккультных романов: «Фараон Мернефта» (1888), «Месть еврея» (1890), «Сим победиши» (1893), «Царица Хатасу» (1894) и др.

Исторические произведения писательницы привлекли к себе внимание читающей публики. И не только увлекательными сюжетами, захватывающими интригами. Критик В.П. Буренин, высоко оценив роман «Царица Хатасу», отмечал, что «мадам Крыжановская» знает быт древних египтян, «может быть, даже лучше, чем прославленный исторический романист Эберс».

Титульный лист одного из романов В.И. Крыжановской-Рочестер. 1930 г.

Оценка критика действительно не противоречит истине. Писательнице удивительно точно удавалось передавать сам дух исторической эпохи, отображенный в романах. За роман «Железный канцлер Древнего Египта» (1899) Французская академия наук удостоила Веру Ивановну титула «Офицер Французской академии» и наградила орденом «Пальма академии», а в 1907 году Российская академия не менее высоко оценила роман «Светочи Чехии» (1903).

Впрочем, в большинстве случаев российская критика предпочитала игнорировать творчество писательницы. По-своему обратил внимание на нее А.М. Горький. В своей известной работе «Ванькина литература» (1899) он в пух и прах разнес прозу Крыжановской, отмечая, что писательница ориентируется на малокультурного обывателя, предпочитающего бульварные развлекалочки высокой литературе.

Параллельно с историческим циклом Крыжановская начала серию романов с чисто фантастическими сюжетами – «оккультно-космологический цикл» (определение самой Крыжановской).

Уже на титульных листах ранних книг Веры Ивановны часто значился таинственный автор «Рочестер», очень часто через дефис идущий после настоящей фамилии автора. «К этому периоду жизни (1890-е годы) относится событие огромной для нее важности, – вспоминает один из биографов писательницы Блажей Влодарж, – а именно: первая встреча с ее Учителем и невидимым покровителем Рочестером. Он полностью материализовался, воспользовавшись медиумическими способностями самой Веры Ивановны, и предложил ей всецело отдать свои силы на служение добру. Предложил писать под его руководством… Фактически Рочестер – не псевдоним Крыжановской, а соавтор ее романов. Как говорила она сама: «Так зовут астральную сущность, которая диктует мне эти произведения. В состоянии сверхчувственного контакта он рассказывает мне о своих жизнях. Именно я настояла, чтобы его имя было также указано… Он прожил необыкновенные жизни и может рассказать очень многое».

И сегодня астральный мир остается для нас неведом и недоступен научному изучению. Всегда легче не верить в то, чего не можешь понять. Однако вот доподлинно известный факт: после вступления в контакт с Учителем Вера Ивановна излечилась от тяжелой (и в то время не поддающейся лечению) болезни – хронического туберкулеза. Без врачебного вмешательства! Мистика? Может быть.