Читать онлайн «100 великих монастырей». Страница 81

Для дневного освещения усыпальницы был сделан оконный пролет на Царскую площадь; для входа в храм из Николаевского дворца пробили дверной проем. По окончании работ, 4 июля 1906 г., храм-усыпальница был освящен во имя преподобного Сергия Радонежского, и в тот же день гроб с останками великого князя Сергея Александровича торжественно перенесли в него и поставили в склеп, который потом закрыли и отверстие в полу заделали.

Но великолепная усыпальница, ставшая неотъемлемой частью Чудова монастыря, была уничтожена вместе с самой обителью. В октябре 1917 г. стены Малого Николаевского дворца были пробиты снарядами тяжелых артиллерийских орудий, которые красноармейцы установили на Воробьевых горах. Когда в Кремль переехало Советское правительство, Чудов монастырь закрыли, а монахов вывезли из Москвы. В 1929 г. монастырь взорвали, причем уничтожали его так поспешно, что реставраторы даже не успели сделать полные замеры обители и сфотографировать монастырские фрески и росписи. На руинах древнейшего Архангельского храма им удалось собрать только два десятка мелких осколков со следами росписи XVII в.

На месте монастыря в 1930-е гг. по проекту архитектора И. И. Рерберга было построено здание Кремлевской комендатуры, а затем (когда разрушили еще и Вознесенскую девичью обитель) — здание Школы красных командиров им. ВЦИК.

Первоначально эта обитель была возведена на юге Москвы, в десяти километрах от Кремля на левом берегу Москвы-реки — в сосновом бору, среди урочища, которое называлось «Медвежье озерко» (или «Лисьин пруд»). Основателем монастыря был преподобный Федор — родной племянник Сергия Радонежского, младший сын его брата Стефана. Федор, обученный грамоте, захотел жить под надзором своего дяди. Когда Иоанну (так звали мальчика) исполнилось 12 лет отец привел его в пустыню Сергия и в храме передал на попечение игумена. Преподобный в тот же день (12 апреля — день памяти Феодора Трихины) постриг его в монашество, и Иоанн был наречен Федором.

Под надзором дяди юный отрок возрастал в чистоте и святости, ничего не таил от своего наставника, открывал ему все свои помыслы. Он постоянно пребывал в молитве, в церкви стоял со страхом и благоговением, с усердием и прилежанием читал божественные книги; был тихим и кротким, молчаливо и с любовью проходил монашеское послушание. Вскоре юный Федор так прославился духовными подвигами, что современники дивились его равноангельскому житию.

Сохранившаяся башня Симонова монастыря

Со временем Феодор был возведен в сан священника, и однажды, когда он ночью молился Богу, ему было возвещено свыше: «Феодор, иди в пустыню, имаше бо обитель составити и умножити чада». Он открылся преподобному Сергию и потом не раз напоминал ему об этом. Преподобный Сергий хотел видеть его своими преемником в Лавре, но, убедившись в твердых помыслах Федора, благословил его избрать место для обители. Федор и еще несколько иноков, которых преподобный Сергий отпустил с ним, после продолжительных странствий остановились на возвышенном берегу Москвы-реки, поставили в густом лесу хижины и стали подвизаться.

Прежде чем приступить к возведению церкви, Федор испросил на то благословения митрополита Алексия и московского князя Дмитрия. Узнав о местопребывании иноков, пришел благословить их преподобный Сергий Радонежский, найдя место удобным для иноческого жития. В 1370 г. была построена церковь во имя Рождества Пресвятой Богородицы, которая и положила начало монастырю. А через 7 лет боярин Григорий Ховрин (родоначальник рода Головиных), владелец обширной и живописной местности, известной под названием Симоново, отдал ее монастырю, чтобы обитель была выстроена от первоначального места менее чем на четверть версты. И пожертвовал боярин Ховрин (в иночестве Симон) значительные средства на ее возведение.

Вскоре Федор собрал братию и учредил общежительство по примеру других иноческих обителей. С самого начала существования монастыря слава о духовных подвигах Федора привлекала к нему многих; по словам летописца, он сиял «добродетелями, премудростию и рассудительным смыслом», а также высоким ростом и привлекательной наружностью. Известность Федора росла так быстро, что преподобный Сергий скорбел по этому поводу и молился, чтобы тот непреткновенно совершал служение свое. Скорбел и сам Федор, что обитель оказалась близ большой дороги на Москву, а это доставляло шум и тревогу от посетителей.

Уклоняясь от молвы людской, он оставил обитель и поселился в сокровенном месте в лесу, поставил здесь незаметную келью и стал совершать свои неослабные подвиги: совершенное безмолвие, изучение Священного Писания и церковных канонов, продолжительный пост и всенощной прославление Бога. Но ученики его не могли жить в разлуке с наставником, и все пришли к нему. Увидев, что не суждено ему жить в уединении, преподобный Федор решил заложить в 1379 г. на указанном боярином Г. Ховриным месте каменный храм во имя Успения Пресвятой Богородицы, чтобы вокруг нее возвести потом кельи для братии[76]. Пятиглавая соборная церковь возводилась в основном усердием Григория Ховрина: строилась она 26 лет и была освящена 1 октября 1405 г. По своей архитектуре и великолепному убранству храм был лучшим зданием того времени, и даже Успенский собор Кремля уступал ему.

«Внутри и снаружи храм был расписан изображениями святых угодников Божьих и сюжетами из Священного Писания. Пятиярусный резной иконостас церкви был вызолочен червонным золотом. В первом ярусе располагались 8 икон византийского письма: шесть из них были в серебряных позолоченных ризах, образ Успения Пресвятой Богородицы был украшен еще и драгоценными камнями.

В паперти, возле западных дверей, на стене церкви был изображен Христос Спаситель на суде первосвященников и старейшин иудейских. К этому образу, обложенному серебряной позолоченной ризой, благочестивые богомольцы с давнего времени имели особое почтение.

В 1476 г. от удара грома церковная глава упала, и верх церкви заново был сделан при великом князе Иване III учеником итальянского зодчего Аристотеля Фиораванти.

В 1834 г. по правую сторону алтаря на средства кашинского купца Василия Терликова был устроен придел во имя Казанской иконы Божией Матери, а с левой стороны — двухэтажная ризница».

Преподобный Сергий хотел, чтобы Федор пребывал в безмолвной молитве и уединении, но уступил желаниям великого князя и митрополита Алексия, который назначил Федора игуменом монастыря, а великий князь назначил его своим духовником и доверенным лицом в важных церковных делах. Так, в 1382 г. великий князь Дмитрий Донской посылал Федора в Киев к оскорбленному митрополиту Киприану для примирения и приглашения его на московскую кафедру.

С архиепископом Суздальским Дионисием преподобный Федор был в Константинополе, и когда он прибыл к вселенскому патриарху Нилу, тот возлюбил его за благонравие и кротость и посвятил в сан архимандрита. Радостным было возвращение отца Феодора для братии: все вышли встречать его и радовались благополучному возвращению в обитель.

А потом благочестивый и добродетельный Феодор был поставлен епископом Ростова, но прежде чем принять святительский сан, он избрал себе преемника: им стал Кирилл — один из его учеников.

В Симоновой обители погребены многие замечательные люди: так, в Старом Симонове нашли упокоение два инока Троице-Сергиевой лавры — Пересвет и Ослябя, погибшие в Куликовской битве.

Монастырь славился не только благочестием своих подвижников; он был воспитателем великих иерархов Русской православной церкви, а также не раз служил надежным щитом Москвы против ее врагов. Со стен монастыря громили вражеские орды, как это было, например, во время нашествия крымского хана Казы-Гирея. И был тот день надежды и страха, «когда сильно трепетало сердце и в столетних старцах» и со стен и башен монастыря гремели пушки. В память об отражении вражеских полчищ над западными вратами монастыря в 1591 г. была возведена церковь Всемилостивого Спаса

В 1606 г., в царствование В. И. Шуйского, Иван Болотников, крепостной князя Телятевского, поднял восстание и от имени царевича Димитрия (как уполномоченный его воевода) разорял многие города и селения. С многочисленной ратью подступил он к Симонову монастырю, чтобы расположиться в нем станом, но был отражен и, потеряв многих своих людей, вынужден был возвратиться в Коломенское.

Смутное время, стрельцов и другие трагические события русской истории — все пережил Симонов монастырь. А с 1764 г., когда у обители отобрали земельные угодья и крестьян и все было заменено денежным штатным окладом, она стала приходить в упадок. В 1771 г., когда в Москве и окрестностях свирепствовала моровая язва, начальство распорядилось вывести настоятеля и братию в Новоспасский монастырь, а в Симонове устроить карантин.