Читать онлайн «Сто великих войн». Страница 136

Потери в Гражданской войне могут быть определены только очень приблизительно путем демографических оценок общей численности населения на разные даты и в одинаковых границах и потерь Красной армии, о которых имеются лишь неполные и разрозненные сведения. Население Российской империи (без Финляндии) перед революцией февраля 1917 года оценивается в 176,3 миллиона человек, а с вычетом безвозвратных потерь погибшими и пленными, понесенными к тому времени русской армией — в 171,9 миллиона человек. Кроме того, население вассального Бухарского эмирата можно оценить примерно в 3 миллиона человек, а вассального Хивинского ханства — в 0,75 миллиона человек. Население отошедших от Российской империи после революции территорий Польши (с включением сюда Западной Белоруссии, Виленской области и пограничных украинских территорий), государств Прибалтики, Бессарабии, а также пограничных территорий, отошедших к Турции, оценивается нами на начало 1917 года в 25 миллионов человек, а потери погибшими до конца первой мировой войны — еще в 0,5 миллиона человек. Суммарный естественный прирост населения СССР в границах на начало 1926 года (после возвращения Японией Сев. Сахалина) в период 1917–1925 гг. включительно оценивается нами в 3,33 % или в 5 млн. человек. Кроме того, примерно 2 млн. человек эмигрировало из Европейской России и не менее 0,5 млн. человек — из Средней Азии и Кавказа. С учетом этого население СССР, без учета погибших и избыточной смертности населения от голода и болезней в годы гражданской войны к началу 1926 года должно было составить около 152,65 млн. человек, на практике же перепись 1926 года определила численность населения в 146,9 млн. человек. Разница в 5,75 млн. человек— это примерная величина безвозвратных потерь в гражданской войне, включая сюда и избыточную смертность населения, напрямую не связанную с военными действиями — от эпидемий тифа, испанки и других болезней.

Потери собственно Красной армии в 1918–1920 годах оцениваются в 153 тысячи убитых, из которых в борьбе против белых армий и повстанческих отрядов погибло около 89 тысяч, а в борьбе с Польшей — 64 тысячи человек. Кроме того, в советских войсках было 55 тысяч умерших от ран и 380 тысяч умерших от болезней. Белые армии значительно уступали Красной армии в численности (1–1,5 млн. человек в короткий период максимальной совокупной численности в 1919 году, тогда как Красная армия уже 1 июля 1919 года насчитывала более 2,3 миллиона человек, а к 1 ноября 1920 года — более 5,4 миллиона человек, всего же в нее было мобилизовано до 6,4 миллиона человек), но, вследствие наличия в их составе относительно большей доли офицеров и кадровых военнослужащих, превосходили ее в целом по боеспособности. Предположим поэтому, что и соотношение числа убитых между красными и белыми армиями было примерно таким же, как и на русском фронте первой мировой войны, и на советско-польском фронте, т. е. 1,6:1, и что из 89 тыс. убитых красноармейцев примерно 80тыссяч, или 90 %, погибли в борьбе с белыми армиями, а остальные 9 тысяч — в борьбе с войсками украинского правительства и разного рода повстанцев. Тогда потери белых армий можно оценить в 50 тыс. убитых.

Кроме того, в борьбе с Красной армией польская армия потеряла 38 тысяч убитых, а союзные ей армия украинского правительства Петлюры и Народная армия Булак-Булаховича — 3 тысячи убитыми. В белых войсках от ран умерло 18 тысяч человек, а от болезней — 127 тысяч человек. Еще 320 тысяч человек погибло в рядах «зеленых» армий и прочих иррегулярных партизанских отрядов. Еще около 110 тысяч солдат красных и белых войск погибло в ходе боевых действий в 1921–1922 годах. Общие же безвозвратные потери вооруженных сил всех сторон в 1918–1922 годах достигали 1260 тысяч человек Жертвами «красного террора» стал, как минимум, миллион мирных граждан, а жертвами террора со стороны всех других армий — не менее полумиллиона человек.

В польском плену из примерно 130 тысяч красноармейцев скончалось 18–20 тысяч человек. В советском плену побывало примерно 30 тысяч поляков. Данных о смертности среди них нет. Всего из Польши возвратилось 78 тысяч бывших пленных, а из Восточной Пруссии — 41 тысяча интернированных красноармейцев.

В результате победы большевиков в Гражданской войне создались условия для будущей сверхмилитаризации России, после которой новые лидеры страны рассчитывали более успешно повторить неудавшийся в 1920 году поход на Запад, чтобы принести туда на красноармейских штыках «мировую пролетарскую революцию». Победа Ленина и его соратников была предопределена тем, что их поддерживали гораздо более широкие слои населения страны. Западные же державы не имели сил для оккупации российской территории. Их солдаты после кровопролитной мировой войны не желали сражаться в России, в которой не видели никакой угрозы своим интересам и откуда исходили привлекательные для масс лозунги свободы, равенства и братства. Разгром советских войск под Варшавой создал представление о слабости Красной армии. В течение почти двух десятилетий после этого на Западе утвердилось представление о том, что «экспорт революции» — это не более чем громкий лозунг, лишенный реального наполнения. Только в 1939 году вооруженный до зубов Советский Союз внезапно предстал перед Западной Европой, как Ганнибал у ворот Рима.

После капитуляции Оттоманской империи в Первой мировой войне страны Антанты передали Греции Восточную Фракию и прибрежные районы Малой Азии со смешанным турецко-греческим населением. 15 мая 1919 года греческие войска заняли Смирну. В юго-западной Анатолии высадились итальянцы, а Киликию заняли французы. Однако, вопреки приказам султана, ставшего марионеткой в руках союзников, турецкая армия во главе с генерал-инспектором Мустафой Кемалем поднялась на борьбу против греков.

Еще в последние месяцы Первой мировой войны турецкое командование успело перебросить наиболее боеспособные дивизии в Закавказье и северные районы страны, чем спасло их от разгрома и сдачи на Палестинском фронте. Теперь эти войска составили основу сопротивления греческому вторжению. Тем не менее в первые месяцы греки еще не встречали сильного сопротивления. 25 июля 1919 года они взяли Адрианополь (Эдирне) и в июне — июле значительно расширили плацдарм в Малой Азии, заняв Ушак, Бандырму и Бурсу.

20 августа султанское правительство подписало Севрский мирный договор, по которому Турция должна была сохранить контроль лишь над центральными районами Анатолии и, чисто номинальный, над Стамбулом, в котором оставались союзные войска. Но тут в октябре 1919 года умер греческий король Александр — сторонник Антанты, и к власти вернулся его отец Константин, придерживавшийся прогерманской ориентации. Теперь англичане отказались от поддержки греческих действий в Анатолии. Еще раньше это сделали французы, не желавшие усиления британского влияния в Восточном Средиземноморье.

Тем временем Кемаль-паша в Анкаре в апреле 1920 года создал правительство, альтернативное султанскому. Турецкие войска осенью нанесли поражение Армении и заняли большую часть страны. В январе 1921 года ближайший соратник Кемаля Исмет-паша отразил атаку греческого корпуса под командованием генерала Папуласа у Иненю. В марте из Анатолии ушли итальянцы.

Тогда же Кемаль заключил в Карее договор с Советской Россией, чьи войска установили контроль над республиками Закавказья. К Турции отошли Каре, Ардаган и южная часть Батумского округа. Обезопасив себя с севера, турецкие войска обратились против греков. 23 марта Папулас, теперь уже во главе 150-тысячной армии, возобновил наступление, но 2 апреля Исмет-паша опять остановил его у Иненю. В июле король Константин лично возглавил армию и повел ее в наступление на турецкие укрепления у Афьон-Карахисара. 17 июля греки взяли Эскишехир. Потери турок, отступивших на север к реке Сакарья, составили 11 тысяч убитых и раненых. Греческая армия потеряла 8 тысяч человек.

24 августа Константин начал атаку турецких позиций у Сакарьи, но так и не смог прорвать их. Контратака, предпринятая Кемалем против неприятельского левого фланга, не привела к большим успехам, но продемонстрировала грекам, что турецкая армия сохранила боеспособность. К 16 сентября греческие войска отступили в исходное положение и расположились на зимние квартиры.

За сражение у Сакарьи Кемаль получил титул Гази — «непобедимый». Ему удалось провести всеобщую мобилизацию и серьезно укрепить турецкие вооруженные силы. Греческая же армия, лишенная английской поддержки, испытывала большие трудности со снабжением и постепенно разлагалась. Ее положение еще больше осложнилось после ухода французских войск из Киликии в октябре 1921 года.

18 августа 1921 года турецкая армия начала генеральное наступление и уже 30-го числа взяла Афьон-Карахисар. 5 сентября пала Бурса. Главный удар Кемаль наносил в западном направлении вдоль железной дороги на Смирну. Отступавшие греческие войска вымещали свою злобу на мирных турецких жителях, убивая и грабя. Более миллиона турок лишились крова, так как их дома были разрушены греческими солдатами. То же самое творили турки по отношению к греческому гражданскому населению. 9–11 сентября они взяли Смирну приступом и учинили в городе резню. Греческая армия стала полностью небоеспособной. Турки взяли в плен 40 тысяч человек, 284 орудия, 2 тысячи пулеметов и 15 самолетов. До 60 тысяч греческих военнослужащих и мирных жителей погибло. У греков не хватало тоннажа и портов для эвакуации. Уйти на Балканы на английских судах удалось не более одной трети греческой армии.