Читать онлайн «Еврейская диетология, или Расшифрованный кашрут». Страница 34

Это же резкое отличие рациона евреев и египтян (которые, согласно еврейским религиозным источникам, были в массе своей вегетарианцами, так как считали коров и овец священными и не подлежащими употреблению в пищу животными) Иосиф использует затем в качестве предлога для того, чтобы поселить своих родственников в дальнем и малозаселенном уголке страны и таким образом избежать их ассимиляции с египтянами, пусть даже и возбудив у последних брезгливое отношение к мясоедам-евреям:

«И сказал Йосеф братьям своим и дому отца своего: „Взойду и сообщу фараону, и скажу ему: братья мои и дом отца моего, бывшие в стране Кнаан, пришли ко мне. А эти люди – пастухи овец, ибо были скотоводами, и мелкий, и крупный скот свой, и все свое привели они. И будет, если позовет вас фараон, скажет: „Какие занятия ваши?“, то скажите: «Скотоводами были рабы твои от юности нашей и доныне, как мы, так и отцы наши, дабы вы остались жить в стране Гошен, ибо отвращение для египтян всякий пастух овец“ (Бытие, 46:30).

Как видно, уже на этой, по сути дела, самой первой стадии зарождения евреев как народа кашрут, их особые диетарные законы играют роль одного из важнейших барьеров, призванных защитить еврейский народ от смешения со своими куда более многочисленными соседями и помочь ему сохранить себя на протяжении всей последующей истории человеческой цивилизации.

Неукоснительное следование законам Торы о запрещенной и разрешенной пище мы встречаем и на тех страницах «Ветхого Завета», которые повествуют об исходе евреев из Египта,[25] странствиях по пустыне, завоевании Ханаана и эпохе судей и царей.

Но первое серьезное испытание на верность этим законам Творца выпало евреям после того, как Навуходоносор разгромил Иудею и увел значительную часть ее населения в вавилонское изгнание. Чрезвычайно показательна в этом смысле история пророка Даниила, оказавшегося в Вавилоне ребенком вместе с другими еврейскими мальчиками из знатных семей, отправленных на воспитание в родовое имение царя, где, подобно другим потомкам аристократов, они должны были забыть о своем происхождении, овладеть языком и всеми знаниями, накопленными вавилонянами, чтобы затем составить интеллектуальную элиту создаваемой Навуходоносором империи. Чтобы заставить еврейских детей окончательно забыть о своем прошлом, во дворце старший придворный дает им новые, вавилонские имена:

«И назвал их старший придворный другими именами. И назвал Даниэля Бейлтшацаром, а Хананью – Шадрахом, а Мишаэйла – Мэйшахом, а Азарью – Авэйдом Нэго…» (Даниил, 1:7).

Стоит заметить, что этой истории было суждено еще не раз повториться в грядущих столетиях – и при дворцах различных владык, и в армиях различных государств еврейских детей не раз пытались превратить в «манкуртов», и начинались все эти попытки именно с изменения их имен. Но зачастую планы ассимиляторов проваливались именно потому, что обучение Торе и знакомство с еврейской традицией, в том числе и с заповедями кашрута, начиналось в еврейских семьях в самом раннем возрасте, и затем уже сами эти заповеди не давали еврейскому ребенку забыть о своей принадлежности к избранному народу. Именно это и произошло с Даниилом, который, оказавшись вместе со своими сверстниками-евреями в чужом окружении, решил во что бы то ни стало избежать употребления запрещенной евреям пищи:

«И решил Даниэль в сердце своем не оскверняться пищей царской и вином из напитков его, и просил он старшего из придворных, чтобы позволил он ему не оскверняться. И дал Бог Даниэлю благоволение и милосердие старшего из придворных. И сказал старший из придворных Даниэлю: „Боюсь я господина моего, царя, который сам назначил вам пищу и питье, потому что если он увидит, что ваши лица хуже, чем у мальчиков-сверстников ваших, то я отвечу головой перед царем“. И сказал Даниэль подающему пищу, которого старший из придворных назначил Даниэлю, Хананье, Мишаэйлу и Азарье: „Испытай, прошу тебя, рабов твоих дней десять – пусть дают нам овощи в пищу и воду для питья. И ты сравнишь вид наш с видом тех мальчиков, которые едят царскую пищу, и поступишь с рабами твоими в соответствии с тем, что увидишь“. И послушал он их в этом, и испытывал их десять дней. А по истечении десяти дней выглядели они лучше, и телом были здоровее, чем все те мальчики, что ели пищу царскую. И стал подающий пищу уносить их еду и вино для питья и давал им овощи. И этим четырем мальчикам дал Господь знание и понимание всех книг и мудрости…

По окончании же срока, представленного царем для их представления, привел их старший придворный к Навухаднецеру. И говорил с ними царь, и не было среди них равных Даниэлю, Хананье, Мишаэлу и Азарье, и стали они служить царю…» (Даниил, 1:8-20).

Я понимаю, что сторонники вегетарианского образа жизни тут же истолкуют этот отрывок как еще одно доказательство того, что отказ от употребления мяса (и алкоголя?) идет лишь на пользу физическому здоровью и остроте мышления человека. Однако с еврейской точки зрения история пророка Даниила свидетельствует совсем другом: речь идет о самом настоящем чуде, который сотворил Бог для него и его товарищей в награду за следование Своим заповедям.

Итак, юный Даниил и еще три еврейских мальчика из аристократических семей оказываются в ситуации, противоположной той, в которой оказался Иосиф: в отличие от египтян, вавилоняне едят мясо. И не только мясо, но и рыбу, и различные «дары моря». Но евреям запрещены не только всевозможные крабы и моллюски – им в той же степени запрещено и мясо «нечистых» животных, да и мясо вполне кошерных быков и овец, если те не были забиты методом «шхиты» и их мясо не было после этого очищено от крови. Таким образом, Даниилу и его товарищам не остается ничего другого, как питаться исключительно овощами, все виды которых однозначно разрешены в пищу евреям. Однако приставленных к мальчикам опекунов и воспитателей пугает объявленная ими «голодовка»: ведь они головой отвечают перед царем за здоровье и образование этих детей. Выставленные еврейскими детьми условия давали им все основания для беспокойства даже с той же еврейской точки зрения: как уже было сказано выше, евреи были убеждены, что потребление мяса крайне необходимо для интеллектуальной деятельности человека, успешного овладения им новыми знаниями. И чудо, сотворенное Богом для Даниила, Хананьи, Азарьи и Мишаэля как раз и заключалось в том, что, несмотря на выбранную ими по собственной инициативе вегетарианскую диету, они превзошли в учебе своих сверстников-неевреев, питавшихся всевозможными мясными блюдами с царского стола.

Такую же диету, согласно преданию, пришлось в первые годы своей жизни во дворце выдерживать и Есфирь (Эстер), ставшей царицей благодаря своей победе на устроенном персидским царем Ахашверошем (Артаксерксом) «конкурсе красоты». Есфирь, согласно Писанию, скрывала свое еврейское происхождение от мужа до того момента, пока его министр Аман не задумал уничтожить всех проживающих на территории империи евреев. Любопытно вчитаться в те слова, с помощью которых Аман убеждает Ахашвероша уничтожить их: Аман отмечает в первую очередь то, что евреи упорно следуют своим религиозным обычаям и законам, в том числе и законам кашрута, и потому они никогда не сольются в ту новую историческую общность, в которую должны слиться народы империи, и всегда будут в ней чужеродным телом:

«И сказал Аман царю Ахашверошу: „Во всех областях царства твоего есть один народ, рассеянный среди народов и обособленный, и законы у него иные, чем у всех народов, и законы царя они не выполняют, и царю не стоит оставлять их жить в стране. Не угодно ли будет царю дать предписание уничтожить их?…“ (Есфирь, 3:8–9).

И все же первые открытые нападки на еврейские диетарные законы, высмеивание их и призывы к их попранию, по-видимому, относятся к эпохе, начавшейся после распада империи Александра Македонского, в состав которой входила и Эрец-Исраэль – Земля Израиля. Смерть Александра Македонского отнюдь не означала гибель его главной идеи – создания единой человеческой цивилизации, базирующейся на великой греческой культуре. Разумеется, с этой точки зрения еврейские диетарные законы, отделяющие евреев от других народов, не могли не раздражать греков, так как находились в явном противоречии с их великим замыслом культурного единения мира. Но еще в большей степени эти законы раздражали так называемых эллинизированных евреев, убежденных, что греки и в самом деле несут миру свет своей великой культуры, а потому евреям было бы неплохо приспособить свою ветхую, уже насчитывающую несколько тысячелетий религию к требованиям сегодняшнего дня.

Эти евреи и стали куда более ревностными борцами с еврейской традицией, чем сами греки. Именно с подсказки этих евреев Селевкиды запрещали евреям выполнять одну из важнейших заповедей Пятикнижия – заповедь об обрезании младенцев; именно по их инициативе в Иерусалимский Храм была внесена статуя Зевса, что уже само по себе было неслыханным святотатством с точки зрения иудаизма; а затем в этом же Храме, согласно некоторым мидрашам, в жертву Зевсу была заколота свинья. Соблюдать законы кашрута греки и их еврейские сторонники особенно не мешали, но зато стали всячески поощрять разведение евреями категорически запрещенных им Торой в пищу свиней. И в итоге именно это некошерное животное и стало поводом для мощного антигреческого восстания Маккавеев,[26] закончившегося изгнанием оккупантов из страны и временным восстановлением еврейской государственности.