Читать онлайн «Большая Советская Энциклопедия (ПА)». Страница 186

  Враг был вынужден отвлекать на охрану ж.-д. коммуникаций, протяжённость которых на оккупированной территории СССР составляла 37 тыс. км, крупные силы. Как показал опыт войны, для организации даже слабой охраны железных дорог на каждые 100 км необходим 1 батальон, для сильной охраны — 1 полк, а иногда (например, летом 1943 в Ленинградской области) гитлеровцы были вынуждены ввиду активных действий партизан выделять для охраны каждых 100 км железных дорог до 2 полков.

  Важную роль имела разведывательная деятельность партизан. Тесная связь с местным населением и подпольными организациями позволяли партизанам держать под непрерывным наблюдением обширные территории в тылу врага и информировать советское командование о многих важных мероприятиях противника.

  Политическую, боевую и разведывательную работу во вражеском тылу вели и подпольщики. В отличие от партизан, они боролись с оккупантами тайно, тщательно конспирируясь. Подполье обычно включало в себя руководящий центр и сеть подчинённых ему организаций или групп. Подпольные организации делились на мелкие группы, члены которых не знали о деятельности др. групп. Часто создавались специальные боевые, разведывательные, диверсионные и др. группы. Успешную боевую деятельность вели подпольщики Брянска, Вильнюса, Витебска, Ворошиловграда, Гомеля, Днепропетровска, Жлобина, Каунаса, Керчи, Киева, Кировограда, Краснодара, Кривого Рога, Кричева, Львова, Минска, Могилёва, Николаева, Новороссийска, Одессы, Орши, Полтавы, Пскова, Речицы, Риги, Рославля, Ростова-на-Дону, Севастополя, Симферополя, Смоленска, Таганрога, Харькова и др. Неувядаемой славой покрыли себя Сещинская подпольная интернациональная организация на Брянщине, комсомольские организации Краснодона («Молодая Гвардия» ), с. Крымки Первомайского района Одесской области («Партизанская искра» ), станция Оболь Витебской области и др.

  Большое значение в войне имели территории, освобожденные или контролируемые партизанами, так называемые партизанские края, зоны и районы, которые достигали значительных размеров. Например, в Белоруссии с конца 1943 партизаны контролировали 60% оккупированной территории республики (108 тыс. км 2 ), причём на площади 38 тыс. км 2 оккупанты были полностью изгнаны. Крупные партизанские края и зоны существовали на территории Ленинградской, Калининской, Смоленской и Орловской областей, в Крыму и северо-западных районах Украины. В Калининской области, например, партизаны удерживали территорию 7 тыс. км 2 , а в Ровенской области — почти половину территории (севернее железной дороги Ковель — Сарны). Партизанские зоны и края затрудняли проведение противником перегруппировок, сковывали значительные силы его полевых войск. Например, в Белоруссии только с февраля по июнь 1944 немецко-фашистское командование было вынуждено привлечь для борьбы с партизанами 380 тыс. солдат и офицеров. В ходе наступления советских войск противник часто не мог организовать прочной обороны в партизанских зонах (обычно в лесисто-болотистых и горно-лесистых районах) и был вынужден группировать свои силы лишь вдоль дорог. Нередко партизанские края использовались регулярными советскими войсками для быстрого выхода на фланги и тылы вражеских группировок, выброски (высадки) воздушных десантов и нарушения организованного отхода противника.

  Большое значение имели партизанские рейды, позволявшие решать боевые задачи в интересах регулярных войск. В 1941—1942 важное значение имели рейды: отрядов Ленинградской области в районах Пскова, Новгорода, Порхова и Старой Руссы (июль — сентябрь 1941); отряда шахтёров Донбасса под команд. И. ф. Боровика по территории Житомирской, Киевской, Черниговской, Гомельской и Орловской областей (октябрь — декабрь 1941); группы белорусских отрядов под команд. В. З. Коржа по Минской области (март 1942); отряда под командованием А. К. Флегонтова с территории Калининской области в район Осиповичи Могилёвской области (сентябрь — октябрь 1942); корпуса под команд. В. В. Разумова и А. И. Штрахова по западным районам Калининской области (сентябрь — октябрь 1942); отряда «Тринадцать» под командованием С. В. Гришина по Смоленской области (февраль — апрель 1942); ленинградских и латышских партизан из Ленинградского партизанского края к границам Латвии (июнь — июль 1942); отряда Г. М. Линькова из Витебской в Пинскую область (июль 1942); объединённого отряда, а затем соединения под командованием С. А. Ковпака и С. В. Руднева на Сумщину из Хинельских лесов (декабрь 1941 — февраль 1942) и из Брянских лесов (май — июль 1942). В конце октября 1942 два соединения под команд. Ковпака и А. Н. Сабурова начали из Брянских лесов 700-км рейд и в середине ноября вышли на Правобережную Украину. Зимой 1942/43 мощные удары по тылам врага нанесли рейдирующие соединения под команд. Ковпака, Я. И. Мельника, М. И. Наумова и А. ф. Федорова. Особенно выдающимся был рейд соединения Наумова, которое за 65 суток совершило на санях 2400-км марш по территории Сумской, Полтавской, Кировоградской, Одесской, Винницкой и Житомирской областей (февраль — апрель 1943). Летом и осенью 1943 крупные рейды были проведены соединением Мельника из Полесья в район Винницы (июнь — август), соединением Федорова из Житомирской в Волынскую область (июнь — июль), соединением Ковпака из Украинского Полесья в Карпаты до венгерской границы (июнь — сентябрь), соединениями Ф. Ф. Тараненко, В. Е. Самутина и Ф. Ф. Капусты из Минской в Белостокскую и Брестскую области (сентябрь — декабрь).

  В 1944 многие советские партизанские формирования совершили рейды за пределы СССР. Зимой и весной в пределы Польши вступили соединения и отряды П. П. Вершигоры, А. Е. Андреева, И. А. Артюхова, В. А. Карасёва, Г. В. Ковалева, М. Я. Наделина, Н. А. Прокопюка, С. А. Санкова, В. П. Чепиги, Б. Г. Шангипа, Н. Н. Яковлева, В. М. Яремчука и др., которые в тесном взаимодействии с польской Армией Людовой развернули борьбу в тылу врага. В июле — сентябре были проведены рейды (отряды и соединения Л. Е. Беренштейна, В. А. Квитинского, А. И. Курова, А. П. Шарова, М. И. Шукаева, В. А. Карасёва, Н. А. Прокопюка и др.) и выброска организаторских групп (группы П. А. Величко, И. Д. Дибровы, В. П. Логвиненко, А. А. Мартынова, Д. М. Резуто и др.) на территорию Чехословакии.

  В ходе оборонительных сражений 1941 взаимодействие партизан с войсками Красной Армии осуществлялось преимущественно в тактических рамках и выражалось в основном в ведении разведки в интересах советских войск и проведении незначительных диверсий в тылу врага. В период зимнего наступления Красной Армии 1941—42 взаимодействие партизан с регулярными войсками расширилось. Партизаны наносили удары по коммуникациям, вражеским штабам и складам, участвовали в освобождении населённых пунктов, наводили советскую авиацию на вражеские объекты, содействовали воздушным десантам. Например, в январе 1942 в районе Знаменки смоленские партизаны освободили 40 сёл и деревень и оказали помощь 4-му воздушно-десантному корпусу при десантировании и ведении боевых действий. 15 февраля 1942 смоленскими партизанами был освобожден Дорогобуж, что способствовало выходу в этот район 1-го гвардейского кавалерийского корпуса. Взаимодействуя с частями 33-й армии, 1-го гвардейского и 11-го кавалерийского корпусов в Вяземской операции 1942, смоленские партизаны оказывали им помощь продовольствием, оружием, боеприпасами и пополнениями.

  В летней кампании 1942 партизаны в интересах оборонительной операций Красной Армии решали следующие задачи: затруднение перегруппировок вражеских войск, уничтожение живой силы, боевой техники противника и срыв его снабжения, отвлечение сил врага на охрану тыла, разведка, наведение советских самолётов на цели, освобождение советских военнопленных. Действия партизан летом 1942 отвлекли 24 вражеские дивизии, в том числе 15—16 постоянно использовались на охране коммуникаций. В августе было произведено 148 крушений ж.-д. эшелонов, в сентябре — 152, в октябре — 210, в ноябре — 238. Однако в целом взаимодействие партизан с регулярными войсками носило ещё эпизодический характер и имело ограниченный размах. Перелом произошёл в 1943 благодаря улучшению руководства, связи и снабжения партизан. С весны 1943 систематически разрабатывались планы оперативного использования партизанских сил. В ходе зимнего наступления 1942—43, во время Курской битвы 1943, битвы за Днепр и в операциях по освобождению восточных районов Белоруссии партизаны активизировали действия в интересах наступающих советских войск. Наступление Красной Армии в 1944 проводилось в тесном взаимодействии с партизанами, которые активно участвовали почти во всех стратегических операциях этого года. Во время операций под Ленинградом и Новгородом, на Правобережной Украине, в Крыму, Карелии, Белоруссии, на Западной Украине, в Прибалтике партизаны наносили мощные удары по тылам противника. Возросло значение тактического взаимодействия, поскольку наступление советских войск проходило через районы, где географические условия способствовали созданию противником прочной обороны (лесисто-болотистая местность Ленинградской и Калининской областей, Белоруссии, Прибалтики, северо-западной Украины). Именно здесь действовали крупные группировки партизан, которые, взаимодействуя с войсками, значительно помогли им преодолеть сопротивление врага. С начала наступления Советской Армии они срывали вражеские переброски войск, нарушали их организованный отход и управление и т.д. С приближением советских войск они наносили удары с тыла и содействовали прорыву обороны противника, отражению его контрударов, окружению вражеских группировок, овладению населёнными пунктами, обеспечивали открытые фланги наступающих войск. Одним из наиболее ярких примеров такого эффективного взаимодействия является Белорусская операция 1944 , в которой мощная группировка белорусских партизан представляла собой по существу 5-й фронт, взаимодействуя с четырьмя наступающими фронтами.