Читать онлайн «Психология общения. Энциклопедический словарь». Страница 231

• Бодалев А. А. Личность и общение. М., 1995; Леонтьев А. А. Психология общения. М., 1999; Личность, общение, групповые процессы: современные направления теоретических и прикладных исследований в зарубежной психологии. М., 1991; Пищальникова В. А. История и теория психолингвистики. Ч. 2. Этнопсихолингвистика. М., 2007.

Общение мигрантов с коренным населением – это один из видов О., в к-ром участвуют субъекты миграционных процессов. Под миграцией понимается совокупность разл. по своей природе территориальных перемещений населения, сопровождающихся изменением места жительства и условий жизни (лат. migration – переселение, передвижение, перемещение). Миграция может различаться по причинам (добровольная или вынужденная), типу (внешняя или внутренняя), виду (возвратная или безвозвратная). Мигранты (М.) – это субъекты миграционных процессов, протекание адаптации к-рых во многом обусловлено характером их О. и взаимоотношений с принимающим населением. Наиболее благополучными в плане успешного взаимодействия М. и местного населения в РФ являются центральные регионы, Приволжье. Одними из наиболее проблемных территорий оказались Краснодарский край и г. Москва. Многочисл. исследования показывают, что доминирующими тенденциями в принимающем сообществе являются безразличие и враждебность по отношению к М. Доминирует отношение к миграции как «нерусской» по своему этнич. составу. В то же время коренное население слабо разделяет этнич. разнородных М. на представляющих угрозу и не представляющих таковой. По данным эмпирических исследований, довольно большая часть местного населения (почти каждый третий) усматривает в М. фактор какой-то угрозы. Набор отрицательных последствий миграции в обществ. мнении является более широким, чем набор положительных последствий. Население дифференцирует минусы миграции гораздо более детально, чем ее плюсы. В обществ. мнении устойчиво сохраняется представление о высоком конфликтном потенциале переселенцев. Наиболее негативной является установка на прием выходцев из экономически бедных стран «дальнего зарубежья». Осн. факторами раздражения и неприязни являются отличающаяся внешность, язык, обычаи и бытовое поведение М. Среди коренного населения широко распространен стереотип представлений о М. как о ненужных людях, создающих доп. проблемы, усугубляющие социальные болезни общества. Существующая в городском социуме мигрантофобия имеет четкую этнич. окраску. В обществ. сознании сформировались устойчивые ассоциации, связанные с образом мигранта, к-рый в действительности далек от реальности.

В миграционном потоке, направляющемся в Россию из стран ближнего зарубежья, начиная с 1990-х г. наибольшую долю составляют представители славянских национальностей, преим. русские. Но и отношения коренных русских и русскоязычных М. складываются не лучшим образом: «свои часто оказываются чужими». Русские М. обнаруживают наличие значимой культурной границы между собой и местными русскими. Становятся видимыми различия в образе жизни, системе ценностей и установок, взглядов и оценок. Наиболее очевидна рассогласованность взаимных социально-перцептивных образов. Адаптация – процесс двусторонний, во многом зависящий от того какой образ «хозяев» запечатлелся в сознании «гостей». Его эмоционально-оценочная составляющая у М., как правило, значительно положительнее, чем у принимающего населения. На начальных стадиях адаптации переселенцы более настроены на позитивное взаимодействие, чем коренные жители.

Не встречая понимающего отношения принимающей стороны даже по истечении многих лет, М. ощущают себя «чужими» и «лишними». Равнодушие и нередко отвержение со стороны местного населения приводит к возникновению у них ответных изоляционистских установок, росту процессов внутригрупповой интеграции и поляризации чувства Мы-Они. Стремление обособиться, закрыться от недружелюбно настроенного населения в группы, территориальные анклавы (где возможно открытое О. со «своими», соблюдение религ. обычаев, использование родного языка) усиливает развитие негативных установок. «Чужие» воспринимаются в предвзято негативных характеристиках. На них возлагается ответственность за собственные жизненные проблемы. Все это накладывает соответствующий отпечаток на способы О. М. с коренным населением и делает его эмоционально напряженным и конфликтным. Пропасть неприятия способна привести к активизации общей социальной напряженности в целых регионах.

• Емельянова О. Я. Психолого-педагогическая реабилитация и адаптация детей переселенцев // Журнал прикладной психологии. 2004. № 1; Константинов В. В. Социально-психологическая адаптация вынужденных мигрантов в условиях диффузного или компактного проживания // Психол. журнал.2005. № 2; Солдатова Г. У., Шайгерова Л. А. Психологическая адаптация вынужденных мигрантов // Психол. журнал. 2002. № 4.

Общение на иностранном языке – взаимодействие двух и более людей, при к-ром происходит обмен информацией предметного и эмоционального характера и к-рое осуществляется посредством иностр. языка.

Умение общаться на иностр. языке – одна из осн. целей практически всех существующих методов обучения языкам и, в первую очередь, коммуникативных методов (термин Е. И. Пассова).

Однако название «коммуникативный метод» не показывает всей глубины и сути обучения О. на и. я. Термин допускает искаженное толкование сущности метода, когда дело на занятиях иностр. языком не идет дальше искусств. разыгрывания диалогов, слабо мотивированных заданий на обмен информацией, механического получения и передачи сообщений. Это происходит из-за ошибочного отождествления понятий коммуникации и О. Если коммуникация – это смысловой аспект социального взаимодействия, то О. – понятие намного более емкое и многоплановое. Г. М. Андреева (и большинство исследователей) считает, что О. как минимум предполагает троякий аспект: коммуникативный, перцептивный и интерактивный. И акцент на какой-либо одной стороне этого триединства, в т. ч. коммуникативной, вряд ли оправдан. Характеризуя О. на и. я., следует учитывать и познавательный, эмоциональный и поведенческий компоненты межличностного О. на к-рые обращает внимание А. А. Бодалев. Не менее важно учитывать и функции О.: контактную, информационную, побудительную, координационную, понимания, эмотивную, установления отношений, оказания влияния. Иными словами, О. как на родном, так и на иностр. языке – это сложный, многогранный процесс, к-рый, прежде всего, предполагает обмен информацией между партнерами, осуществляемый знаковыми средствами (куда, наряду с языком во всей его полноте, включая просодическую систему – логические ударения, интонацию, ритм, темп, паузы, – входят также голосовые модуляции, степень громкости речи, жесты, мимика, пантомимика и иные пара– и экстралингвистичекие сигналы). Владение пара-и экстралингвистическими средствами О., к-рые обладают как универсальными свойствами, так и национ. спецификой (осваивать последнюю необходимо вместе с постижением иностр. языка), особенно важно, когда О. происходит на неродном языке и знание его не вполне совершенно. Важно при этом владеть стратегиями и тактиками О., потому что О. – это еще установление и развитие межличностных контактов, к-рые вытекают из потребности людей в совместной деятельности, их взаимодействие, взаимное восприятие и понимание друг друга. Чтобы это стало возможным между представителями разных национально-культурных социумов, необходимы знания не только собственно иностр. языка с его экстралингвистической спецификой, но и особенностей иностр. культуры, традиций, поведения (в т. ч. этикета), менталитета, духовных ценностей представителей др. страны, сведений из ее истории, политики, экономики, а также умение пользоваться такими знаниями. В отеч. школе этому обучают на занятиях по лингвострановедению и лингвокультурологии в рамках учебной дисциплины под названием межкультурная коммуникация (но точнее было бы сказать – межкультурное О.). Существуют комплексные, активные и развивающие методы обучения иностр. языкам, в т. ч. – Интегративный лингвопсихол. тренинг (ИЛПТ), направленный на овладение О. на и. я., в к-ром О. на изучаемом языке проводится во всей многогранности его сторон, компонентов и функций. При этом использование социально-психол. тренинга как методологической основы обучения иноязычной речи развивает способности и навыки О. на и. я., а также делает возможным корректировку и оптимизацию О.

• Андреева Г. М. Социальная психология. М., 1980; Бодалев А. А. Восприятие и понимание человеком человека. М., 1982; Психология. Словарь / Сост. Л. А. Карпенко. Под общ. ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. М., 1990; Румянцева И. М. Психология речи и лингвопедагогическая психология. М., 2004.