Читать онлайн «Бизнес по-еврейски 3: евреи и деньги». Страница 85

На заседании в кнессете Бегин сравнил Бен-Гуриона с римским прокуратором, а немецкие деньги – со статуей свиньи, которую греки внесли в Иерусалимский Храм. После этого он добавил, что скорее сядет в бен-гурионовские застенки, чем позволит правительству вести переговоры с Германией. «Мы отдадим наши жизни! Мы оставим наши семьи, мы простимся с нашими детьми, но переговоров с Германией не будет!» – заявил Бегин. Дело дошло до того, что разъяренные противники получения репарации попытались атаковать кнессет, выбили стекла в его окнах и были жестоко разогнаны полицией. Опираясь на свою коалицию, Бен-Гурион провел нужное ему решение и 10 сентября 19 52 года Израиль и ФРГ подписали соглашение, согласно которому последняя брала на себя обязательство выплатить Израилю 3 миллиарда марок (741 мил-лион долларов) в виде товаров и услуг в рассрочку на 112 лет. Еще 450 миллионов марок Германия должна была выплатить в виде единоразовой компенсации евреям за принудительный труд и потерю здоровья в гетто и концлагерях. Кроме этого, было достигнуто соглашение о выплате евреям-жертвам Катастрофы ежемесячной денежной пенсии из Германии.

Большинство историков оценивают сегодня поведение Бегина в те дни как «политическую демагогию», а решение Бен-Гуриона – как образец государственной мудрости: он сумел достать для страны деньги как раз в тот момент, когда она находилась на грани экономической катастрофы. Однако не стоит забывать, что Германия расплачивалась в основном не деньгами, а морскими судами, электрооборудованием и, в числе прочего, подержанными паровозами – теми самыми паровозами, которые везли евреев в Освенцим! И потому, несмотря на несомненную экономическую и денежную выгоду, моральная сторона сделки с Германией все равно выглядит сомнительно. Не говоря уже о том, что она позволила антисемитам во всем мире заговорить о том, что за деньги евреи готовы продать любые принципы.

С новой силой эти разговоры вспыхнули в конце 90-х годов, когда Израиль по инициативе депутата кнессета Авраама Гиршзона потребовал от швейцарских банков предать гласности сведения о хранящихся в них счетах евреев, погибших в годы Катастрофы, и передать накопившиеся на этих счетах суммы их наследникам.

В принципе, о том, что сотни тысяч евреев до Второй мировой войны держали свои сбережения в считавшихся самыми надежными швейцарских банках, было известно всегда – иногда там хранились деньги нескольких поколений той и иной еврейской семьи. Понятно, что те евреи, которые сгорели в огне катастрофы, за своими вкладами не явились и – за малым исключением – не успели передать данные о своих банковских счетах своим детям или каким-либо другим наследникам. Кроме того, в швейцарские банки нацисты нередко свозили награбленное у евреев имущество, которое тоже относительно легко было идентифицировать. Как уже было сказано выше, Бен-Гурион оценивал общую стоимость потерянного евреями во Второй мировой войне имущества в 1,5 миллиардов долларов – и это по ценам 1948 года! В ценах конца 90-х годов эта сумма становилась как минимум в 15 раз больше. Но ведь речь шла о деньгах, которые все это время лежали в банках, – и значит, на них набегали проценты. А на эти проценты – новые проценты. И, таким образом, выходило, что швейцарские банки должны евреям такую сумму, что если они выплатят ее, то для многих из них, давно уже считавших эти деньги своими, это обернется крахом.

Естественно, швейцарские банки объявили требование Израиля незаконным и в ответ на него начали разжигать волну антисемитских настроений по всей Европе. Некоторые из них начали в панике уничтожать архивные данные о еврейских счетах, и об одном из таких случаев стало известно благодаря работнику банка, который сумел спасти от огня часть документов и предал гласности действия своего руководства.

Но и в самом Израиле по поводу еврейских денег в швейцарских банках тоже кипели страсти – правда, уже не такие бурные, как в 1952 году. Многие считали, что Израиль, устраивающий международный скандал из-за денег «мертвых евреев», выставляет в нелицеприятном свете весь еврейский народ и оскверняет память погибших жертв Катастрофы. Кроме того, высказывалось опасение, что если Израиль и добьется возвращения этих денег, то будет создан опасный прецедент, который позволит палестинским беженцам 1948 года также потребовать возврата принадлежащего им имущества и выплаты им достойной компенсации. Общая сумма этой компенсации может оказаться настолько огромной, что это нанесет смертельный удар по израильской экономике. Однако Авраам Гиршзон продолжал настаивать на том, что, требуя принадлежащие евреям деньги, Израиль не только не оскверняет память жертв Катастрофы, но и, наоборот, доказывает, что он помнит о своих погибших соплеменниках и готов защищать интересы если не их самих (что, увы, уже невозможно), то их прямых потомков.

В конце концов дело о вкладах евреев в швейцарских банках попало в американский суд, после чего представители швейцарской стороны решили пойти на компромисс. Они заявили, что не готовы предоставить данные об имеющихся у них еврейских счетах, так как это будет нарушением их традиционных правил, но выразили готовность выделить 10 миллиардов долларов на выплату одноразовой компенсации всем живущим в данный момент евреям, пострадавшим от Катастрофы, в обмен на отказ Израиля от всех своих претензий на вклады.

Гиршзон оценил это решение как свою личную победу. Однако многие до сих пор считают все происшедшее поражением Израиля. С одной стороны, напоминают они, еврейские деньги, хранившиеся в швейцарских банках, так и не были получены и уже никогда получены не будут. С другой стороны, скандал вокруг этих денег отнюдь не прибавил евреям уважения в мире и вдобавок создал опасный прецедент, который еще может жестоко аукнуться еврейскому государству в будущем. Может быть, даже в самом ближайшем будущем.

Под «пластиковыми» деньгами сегодня во всем мире понимаются кредитные карточки, хотя название это условно: до того как этот вид платежных средств начал изготавливаться из пластика, кредитные карточки делались из металла, картона и прочего материала, и не исключено, что в будущем их будут изготавливать из металлопластика, силикона или какого-либо другого материала. Материал, из которого изготовлена «кредитка», понятное дело, не играет никакой роли – суть заключается в самой идее, по которой в ходе торговой сделки клиент не вытаскивает деньги из кармана, а предъявляет карточку, подтверждающую его кредитоспособность. За саму покупку, таким образом, расплачивается не сам покупатель, а банк или кредитная компания, эмитирующая такие карточки. Лишь затем она снимает со счета своего клиента причитающуюся сумму. Таким образом, возникает новая стадия абстрагирования денег: ни покупатель, ни продавец, по сути дела, не прикасаются ни к какому их материальному носителю – все денежные операции происходят исключительно на их банковских счетах.

Кредитная карточка, несомненно, является одним из самых гениальных изобретений ХХ ве-ка, и евреи на первый взгляд не имеют к ней никакого отношения. Согласно официальной легенде, кредитная карточка была изобретена бизнесменом Фрэнком Макнамарой, не имеющим никакого отношения к евреям. Причем, как это и бывает во всех легендах, произошло это совершенно случайно. В 1949 году во время делового ужина в нью-йоркском ресторане «Мэйджорс Кэбин Грил» Макнамара с ужасом обнаружил, что… забыл дома бумажник. Размышляя над тем, как сделать так, чтобы больше никогда не попадать в столь идиотскую ситуацию, Макнамара и придумал кредитную карточку – он договорился с администрацией этого ресторана, что там будут принимать к оплате маленькие картонные карточки с надписью «Дайнерс клаб», а затем предъявлять их к оплате. В феврале 1950 года состоялась «Первая вечеря» – Фрэнк Макнамара и его адвокат Ральф Шнайдер впервые расплатились при помощи кредитной карточки, после чего они начали свое победное шествие по всей Америке, а затем и по всему миру.

Оставим в покое «сомнительную» фамилию адвоката Макнамары – даже если Ральф Шнайдер и был евреем, он играет второстепенную роль в этой истории.

К тому же, повторим, речь идет все-таки не более чем о легенде, хотя и основанной на реальных событиях. Различные историки бизнеса начинают отсчет существования кредитных карточек с разного времени. Одни утверждают, что она началась еще в 1914 году, когда ряд американских компаний стали выдавать своим богатым клиентам карточки, позволявшие им приобретать товары в кредит и с определенными скидками. Другие отсчитывают историю кредитных карточек с 1928 года, когда в Бостоне были выпущены металлические карточки, позволявшие автоматически считывать данные клиента и отпечатывать чек на его имя, куда оставалось лишь внести сумму покупки. Третьи – с 1949 года, когда некоторыми компаниями был на постоянной основе введен принцип «Покупаешь сейчас – платишь потом». И все-таки большинство историков подлинным изобретателем кредитной карточки считают служащего нью-йоркского отделения Национального банка «Флэтбуш» Джона С. Биггинса. И хотя Биггинс не пользовался никакими карточками, разработанная им кредитная схема «Charge-it» практически совпадает с той, по какой сегодня работают кредитные компании во всем мире.