Читать онлайн «100 великих дипломатов». Страница 162

28 апреля 1948 года парламент ратифицировал этот договор. «Будущее должно показать, было ли это решение удачным и какими будут его последствия для страны. Договор прошел благодаря моему авторитету», — : писал Паасикиви в дневнике. Сразу же за этим Финляндия получила «премию»: Советский Союз наполовину снизил остававшуюся еще часть суммы репараций.

На улучшение отношений повлияли тенденция к разрядке и «дух Женевы». Уже в это время руководство Советского Союза решило ликвидиров свою военно-морскую базу на арендуемом у Финляндии полуострове Порякала. 17 августа 1955 года об этом было сообщено Паасикиви. 19 сентября в Москве было подписано соглашение об отказе Советского Союза от прав использование территории Порккала и выводе советских войск с этой территории. И тогда же действие Договора ДСВ-48 было продлено еще на 20 лет.

Визит Паасикиви в Москву имел, кроме возвращения Порккала, еще одно важное и положительное для Финляндии последствие: она стала членом Совета Северных стран (Северного совета), существовавшего до 1952 года. Прежде Советский Союз возражал против членства Финляндии в Северном совете, считая его мостом между НАТО и Скандинавией. В январе 1956 года Финляндия уже участвовала в заседании Северного совета в Копенгагене. Причем она заранее выдвинула условие, что не будет участвовать в обсуждении военно-политических вопросов.

4 декабря 1955 года Финляндия была принята в члены Организацн Объединенных Наций (ООН). Год 1955 стал водоразделом и для внешнеполитической линии Финляндии. Осторожная линия нейтралитета, которой придерживался Паасикиви, постепенно сменялась линией более активного нейтралитета Кекконена и превращалась в «линию Паасикиви — Кекконена». Финляндии требовалось добиться международного признания, а это в свою очередь предполагало увеличение политической дистанции между Финляндией и Советским Союзом.

В 1956 году на выборах победил Урхо Кекконен. 85-летний президент Паасикиви намеревался снова баллотироваться, и его энтузиазм поддержал советский посол, посетивший лидера Финляндии еще предыдущей весной и сообщивший, что страна, которую он представляет, надеется снова увиде Паасикиви на посту президента. Значение Паасикиви как гаранта восточных отношений признавалось, конечно, и политическими партиями в Финляндии, но его все-таки считали слишком старым, чтобы возглавлять страну ей в течение шести лет.

Паасикиви умер 14 декабря 1956 года в Хельсинки и был похоронен с большими почестями.

Советский дипломат. В составе советской делегации подписал Брестский мир (1918). Народный комиссар по иностранным делам РСФСР (с 1923 года — СССР) (1918–1930). Возглавлял советскую делегацию на Генуэзской конференции (1922). Подписал Рапалльский договор (1922).

Георгий Васильевич Чичерин родился 12 ноября 1872 года в селе Караул Кирсановского уезда Тамбовской губернии. Его отец, Василий Николаевич Чичерин, хотя и не занимал больших дипломатических постов, тем не менее в течение 18 лет служил и в Главном архиве МИД России, и в российских представительствах в Бразилии, Германии, Италии и Франции. Мать, Жоржина Егоровна Мейендорф, родственными узами была связана с известными русскими дипломатами. Георгий Васильевич писал позже в автобиографических заметках, что он «рос среди всевозможных воспоминаний из дипломатического мира, дышал этим воздухом».

С раннего детства он много читал, изучал иностранные языки, уже с юных лет свободно говорил на нескольких из них, «Все дороги открыты тому, — писал позже Георгий Васильевич, — кто знает главные иностранные языки…»

С 1884 года он учится в гимназии, сначала в Тамбове, а потом в Петербурге. В 1891 году поступил на историко-филологический факультет Петербургского университета. По окончании университета Георгий пошел по стопам отца. В 1898 году Чичерин поступил на работу в Государственный и Петербургский главный архивы МИД. Он участвовал в создании «Очерка истории министерства иностранных дел России», работал в основном над разделом по истории XIX века, когда министром иностранных дел был А.М. Горчакор. Знакомство с архивными документами, исторической литературой, мемуарами государственных деятелей и дипломатов XIX века помогло ему в дальнейшей дипломатической деятельности. Его перу принадлежит монография о Горчакове.

В начале 1904 года Чичерин уехал в Германию, там он познакомился с социал-демократами. В Берлине Чичерин вошел в состав Русского информационного бюро. Особый отдел департамента полиции в Петербурге направил 13 апреля 1907 года в Париж заведующему русской заграничной агентурой предписание «выяснить проживающего в Берлине некоего Орнатского…». В ответе на этот запрос значилось следующее: «Кличками А. Орнантский… пользовался… Чичерин, племянник известного исторического деятеля Чичерина. Это — очень богатый человек, одолживший партии… 12 тысяч марок. Он состоит одним из вдохновителей социал-демократического бюллетеня, печатающегося на немецком языке в Берлине…»

С 1907 года Георгий Васильевич жил в Париже. Он охотно сотруднича с газетами социал-демократического направления и участвовал в издании и распространении русскоязычной газеты «Моряк».

В начале Первой мировой войны Чичерин переехал в Лондон, где сотрудничал во многих социалистических и профсоюзных органах печати. Он писал статьи и для издаваемой в Париже газеты «Наше слово» под псевдонимом «О» или «Орн» (Орнатский). Его выступления в печати в этот период посвящены проблемам английского рабочего движения.

После февраля 1917 года Чичерин стал секретарем Российской делегатской комиссии, которая содействовала возвращению в Россию политических эмигрантов. Он активно выступал против войны, и в августе того же год английские власти заточили его в одиночную камеру Брикстонской тюрьмы — за «антибританскую деятельность».

Но о Чичерине помнили в России. Его приход в Народный комиссариат по иностранным делам (НКИД) был предопределен уже в первые дни Октября, когда Л.Д. Троцкий, взяв на себя обязанности наркома по иностранным делам и исходя из своей теории «мировой революции», полагал что Министерство иностранных дел скоро будет ненужным.

Многие руководящие деятели партии хорошо знали Чичерина по работе в эмиграции и прочили его на пост главы внешнеполитического ведомства. Позже Троцкий признавал: «наша дипломатическая деятельное происходила в Смольном без всякого аппарата Наркоминдела. Только когда приехал т. Чичерин и был назначен в состав Наркоминдела, началась работа в самом здании, подбор новых сотрудников, но в очень небольших размерах».

Английскому посольству в Петрограде было известно, что советское правительство планирует назначить Г. В. Чичерина на руководящий пост в только что созданном Наркомате по иностранным делам. 27 ноября 1917 года английский посол Д. Бьюкенен получил соответствующую ноту НКИД с требованием предпринять шаги для возвращения Чичерина на родину. Так как англичане медлили с ответом, советское правитель приостановило выдачу выездных виз для британских граждан, оказавшихся в России, до тех пор пока Чичерин не будет освобожден. Эти меры возымели действие.

3 января 1918 года Чичерин покинул Бринкстонскую тюрьму и в тот же день выехал в Россию. Через пять дней он был назначен «товарищем Наркома».

После подписания Брестского мира Георгий Васильевич в марте 1918 года был назначен исполняющим обязанности наркома и переехал в Москву. 30 мая Чичерин становится наркомом.

Лавина различных дел обрушилась на Георгия Васильевича Его сильной стороной было прекрасное образование и знание иностранных языков, слабой — «недостаток командирства». Но глава советского правительства В.И. Ленин его очень ценил и нередко брал под защиту от необоснованных нападок.

В сентябре 1918 года определился первый состав Коллегии НКИД, в которую вошли Г.В. Чичерин, Л.М. Карахан, Л.Б. Каменев, П.И. Стучка. Однако жизнь внесла свои коррективы, и двое последних вскоре вышли из состава Коллегии.

18 октября 1918 года был подписан Декрет СНК РСФСР об организации консульств. По инициативе Чичерина была создана широкая консульская сеть в Китае, Иране и других странах, в том числе на территории СССР в виде так называемых дипагентств.

В рамках Брест-Литовского мирного договора новая Россия установила дипломатические отношения с Германией, Австро-Венгрией, Болгарией и Турцией. Но только в Берлине существовало официальное дипломатическое представительство. Полуофициальные миссии России — в Берне, Лондоне и Стокгольме, то есть в странах из другого воюющего лагеря. Со всеми руководителями первых советских дипломатических представительств Чичерин вел регулярную переписку, давал советы и указания.

В конце 1918 года внешнеполитическое положение Советской России значительно ухудшилось после поражения Германии и ее союзников в Первой мировой войне. Из Москвы выехали дипломатические и консульские представители иностранных государств. Дипломаты новой России были высланы из столиц ряда европейских государств.