Читать онлайн «100 великих дипломатов». Страница 100

Ирландцы не переставали бунтовать с начала 1790-х годов. Георг близкий к окончательному помешательству, продолжал усиливать англиканскую реакцию на острове, вопреки намерениям и желаниям Уильяма Питта. Премьер-министр знал, что французы вступили в переговоры с ирландскими патриотами, и их высадка в Ирландии угрожала безопасности английского королевства. В 1797 году в Ирландии начались вооруженные столкновения.

Питт подавил выступления с крайней суровостью, даже жестокостью. Он попытался создать свободу торговли между Англией и Ирландией, договор с ней, одобренный английским парламентом, не прошел в ирландском парламенте. В ответ на это Питт, используя подкупы, добился унии Англии с Ирландией. Затем Питт задумал провести акт об уравнении католиков в политических правах с протестантами, но не нашел поддержки в общественном мнении.

Король Георг III ненавидел католиков и считал их врагами не только государственной религии, но и государственного устройства. В обеих английских палатах, особенно среди лордов, царили антикатолические настроен! Король заявил, что он скорее откажется от престола, нежели подпишет билль об эмансипации католиков.

К этому времени Питт уже около пяти раз заставлял английский парламент выделять королю деньги, на которые тот не имел прав, якобы для оплаты долгов, а на самом деле для королевских принцев, погрязших в разврате. В 1801 году назрела необходимость в шестой раз просить для короля этих денег. Были и еще причины, коренившиеся уже в делах внешней политики, по которым Уильям Питт счел благоразумным на время уйти от власти. В марте 1801 года, когда он подал в отставку, дело шло к заключению мира с Наполеоном.

Историк Тарле замечает: «Питт владел политическим даром делать уступки, сохраняя свое достоинство; разъединять врагов, не показывая вида, что такова его главная цель; делать своими марионетками людей, прикидываясь ими побежденным; злодействовать чужими руками, сохраняя собственные в полной чистоплотности; наконец, никогда не смешивать капризов своего темперамента с требованиями поддерживаемого государственного принципа. Словом, у него были достаточные умственные способности, чтобы поступать так, как хотели, но не умели поступать многие другие».

Сразу же после ухода в отставку Питта — создателя второй антифранцузской коалиции — начались мирные англо-французские переговоры. Возглавивший новый британский кабинет Аддингтон заключил в марте 1802 года в Амьене мирный договор с Францией и ее союзниками — Испанией и Батавской республикой.

Вскоре амьенский мир был расторгнут (1803), и Наполеон начал деятельно готовиться к высадке на английские берега. Паника в Англии была так сильна, что без особых усилий оппозиции министерство Аддингтона пало, и Питт снова возглавил правительство (1804). Именно в это свое последнее пребывание у власти Питт и оказал неоценимую услугу своей родине, переложив путем ловких дипломатических маневров и денежных субсидий все бремя войны на плечи континентальных держав. Пока Наполеон бил австрийцев и русских, разорял Австрию и расчленял Германию, Англия была в безопасности.

Разрыв дипломатических отношений между Россией и Францией и возвращение Питта Младшего на пост премьер-министра ускорили создание третьей коалиции европейских держав против наполеоновской Франции.

В 1804 году проводивший активную внешнюю политику Александр I предложил Питту свой план достижения всеобщего мира. В нем, в частности, говорилось о необходимости введения в государствах конституционного правления. Реформированные государства откажутся от применения силы и все спорные вопросы между странами будет решать международный арбитраж.

«Питт очутился в том же положении относительно Александра, в каком примерно через сто пятьдесят лет оказался Черчилль по отношению к Сталину, — пишет Г. Киссинджер в книге „Дипломатия“. — Питт отчаянно нуждался в русской поддержке против Наполеона, ибо не представлял себе, каким еще способом Наполеон может быть разбит. С другой стороны, он не более, чем позднее Черчилль, был заинтересован в том, чтобы одна гегемонистская страна сменила другую или чтобы Россия была наделена ролью арбитра Европы. Кроме всего прочего, врожденные британские предрассудки не позволили бы ни одному из премьер-министров навязать своей стране концепцию мира, основанного на политической и социальной реформах Европы. Ни одна из войн, которую вела Великобритания, не ставила перед собой подобной цели, ибо британский народ видел для себя угрозу не в социальных и политических переменах на континенте, а лишь в нарушении равновесия сил».

Для согласования с английским правительством основ будущей коалции в сентябре 1804 года в Лондон был направлен личный представитель Александра I Н.Н. Новосильцев.

Британский кабинет ответил на предложения царя меморандумом который и был передан в 1805 году Александру I. Рассматривая данный документ в свете последующей политики Англии 81812—1813 годах и вплоть до Венского конгресса, можно получить представление о преемствень британской внешней политики.

«Не обращая внимания на призыв России к политической реформе Европе, — продолжает Киссинджер, — он <Питт> остановился на равновесии сил, которое было бы обязательно для сохранения мира. Впервые со времени заключения полтора столетия назад Вестфальского мира ставился Россией вопрос о генеральном переустройстве Европы. И впервые такого рода переустройство должно было безоговорочно базироваться на равновесии сил.

Главную причину нестабильности Питт видел в слабости Центральной Европы, что многократно искушало Францию совершать нападения и пытаться добиться собственного преобладания. (Он слишком нуждался в русской помощи, чтобы подчеркнуть: Центральная Европа, имеющая силы противостоять французскому давлению, окажется в равной степени в состоянии разрушить русские экспансионистские устремления.) Европейское урегулирование следовало начать с отнятия у Франции всех ее послереволюционных завоеваний и восстановления по ходу дела независимости Нидерландов, Тем самым тактично, но твердо давалось понять, что принцип урегулирования европейских дел в наибольшей степени является заботой именно Великобритании».

Питт всячески избегал каких бы то ни было иамеков на европейское правительство. Вместо этого он предложил, чтобы Англия, Пруссия, Австрия и Россия гарантировали новое территориальное устройство Европы, создав альянс против французской агрессии. Угроза, исходившая от Наполеона, заставила Питта признать то, что ранее столь решительно отвергалось его страной: необходимость постоянного участия в союзах на континенте.

Великие державы — участницы антифранцузской коалиции, Англия и Россия, еще в 1805 году интересовались переустройством Германии с точки зрения образования эффективного барьера против захватнической политики Франции. Создание в Германии оплота против французских завоевательных планов представлялось Питту делом первостепенной важности.

В меморандуме 1805 года, которым Питт и его кабинет пытались долго определить задачи Великобритании в европейской политике, речь идет по существу именно о германской проблеме. В меморандуме, ставится вопрос о том, как создать в Германии сильный оплот против французского проникновения. При этом английский кабинет хотел использовать германские государства как барьер не только против наполеоновской Франции, но и против Франции вообще, независимо от того, удастся или не удастся свергнуть Наполеона I и восстановить Бурбонов на французском престоле. Авторы британского-меморандума (Питт и, сотрудники) не скрывали своего стремления так укрепить Пруссию и Австрию, чтобы они усилились не только на западе, но и на юге (например, Австрия в Италии), а также и на востоке (Пруссия в Прибалтике.) В последнем случае авторы меморандума подчеркивают, что, если против такого усиления Пруссии будет возражать Россия, это можно будет обсудить особо.

В ходе переговоров между Питтом и Новосильцевым, состоявшихся в декабре 1804 года — январе 1805 года, было достигнуто согласие по всем основным вопросам и составлен проект союзного договора, который и был вручен от имени английского правительства русскому послу в Лондоне и английскому в Петербурге.

11 апреля 1805 года в Петербурге был подписан англо-русский союзный договор. Целями коалиции провозглашались полное освобождение от французских войск Италии, Ганновера, Северной Германии, Голландии и Швейцарии, возвращение Франции к границам, определяемым Рейном, Альпами и Пиренеями, восстановление в ней старых, монархических порядков.

Наполеон не стал дожидаться концентрации сил союзников, и 20 октября 1805 года его войска вынудили капитулировать австрийскую армию в Ульме, а в ноябре заняли Вену. 2 декабря около селения Аустерлиц в Моравии французские войска нанесли поражение соединенным армиям России и Австрии, заставив императора Франца немедленно просить о мире.