Читать онлайн «Тайны древних цивилизаций. Энциклопедия самых интригующих загадок прошлого». Страница 120

Археология довольно часто подтверждала легенды, какими бы странными и прихотливыми они ни казались. Но к сожалению, мы имеем лишь частичное подтверждение истории о короле Артуре. Археологические «попадания» в Гластонбери, Тинтагеле и Кэдбери, хотя и выглядят впечатляюще, все же могут быть отвергнуты скептиками как обычное совпадение.

Однако они, в общем и целом, подтверждают исторический фон легенды. По меньшей мере можно сказать, что какой-то вождь или военачальник бриттов, обладавший большой властью, укрепил Кэдбери-Кастл в V в. н. э.

С учетом традиции, подкрепленной косвенными свидетельствами, нельзя логически отрицать возможность того, что холм Кэдбери был укреплен по указанию реального короля Артура. Такую позицию занимает большинство историков и археологов, хорошо знакомых с этой проблемой. Большая часть фрагментов головоломки ложится на свои места, кроме главного, центрального фрагмента, недвусмысленно доказывающего существование короля Артура.

В стандартной интерпретации исторических свидетельств отсутствовал некий важный элемент. Можно было представить Артура как романизированного британского военачальника, организующего своих соотечественников на борьбу с вторжением саксов в V в. н. э. Но как быть с европейскими подвигами и победами Артура, ставшими неотъемлемой частью его традиционного образа, и почему Артур был так хорошо известен на континенте, начиная с раннего Средневековья? Как отмечал Кэкстон в своем предисловии к работе Мэллори, об Артуре «больше говорят за морем, и там написано больше книг о его благородных деяниях, чем в Англии… на голландском, итальянском, испанском, греческом и французском языках».

Следующий всплеск популярности имени «Артур» после VI века произошел не в Уэльсе, а в Нормандии, после 1950 года. Самое раннее произведение искусства, посвященное Артуру, — это скульптурная группа в соборе города Модена в Италии, датируемая периодом 1099—1120 гг., где изображен король и его рыцари, спасающие Гвиневру от неких злодеев. Стойкая популярность Артура на континенте нерасторжимо связана с легендой о том, что его империя простиралась далеко за пределы Британии.

На первый взгляд предание о том, что Артур воевал за морем, в то время как дома у него дела обстояли далеко не лучшим образом, кажется совершенно неправдоподобным. У исторического Артура хватало хлопот и без того, чтобы воевать с саксами где-либо кроме своей родины. Кроме того, во французских хрониках того времени нет ни малейшего намека на вторжение бриттов и войну с ними, но что, если раскинуть сеть немного шире? Таким подходом воспользовался Джеффри Эш, великий знаток артуровской эпохи. Всегда готовый выдвигать смелые гипотезы и рисковать своей репутацией, Эш, тем не менее, с большим уважением относится к представителям академической науки, специализирующимся в области «темных веков» и раннего Средневековья в Европе. К примеру, он является одним из основателей и почетным секретарем «Комитета по исследованию Камелота», руководившего раскопками в Кэдбери-Кастл. Возможно, он сделал больше, чем любой другой автор, для признания в научных кругах короля Артура как реальной исторической фигуры. Однако ощущение нехватки какой-то важной детали в общей картине заставило его пересмотреть свои аргументы, опубликованные в ряде книг в течение многих лет, и разработать совершенно новый подход к «проблеме короля Артура».

Для начала Эш снова обратился к Гальфриду Монмутскому. Основным вкладом этого автора в развитие артуровской традиции было подробное описание военной кампании на континенте, занимающее более половины его повествования о царствовании короля Артура. По утверждению Гальфрида Монмутского, он пользовался особым источником информации. Его друг Уолтер, архидиакон в Оксфорде, «человек, хорошо сведущий в истории чужеземных стран», подарил Гальфриду «некую очень древнюю книгу, написанную на британском языке». Эта таинственная книга предположительно содержала историю королей Британии с древнейших времен до раннего Средневековья.

Существование такой книги представляется крайне маловероятным. Прежде всего, для большей части «Истории королей Британии» мы можем определить источники Гальфрида Монмутского, включавшие известные труды, такие, как летопись Ненния. В лучшем случае «книга» представляла собой компиляцию из разных источников. Интересно отметить, что Гальфрид Монмутский конкретно упоминает о «книге» лишь в одном месте, как об источнике истории о предательстве Мордреда, пока Артур вел военную кампанию на континенте.

Ученые либо полностью игнорируют утверждение Гальфрида Монмутского о таинственной книге, либо полагают, что он имел в своем распоряжении некий труд, написанный на валлийском языке — наречии коренных жителей Британии. Однако уже давно известно об одной альтернативе. Слово «британский» также относилось к бриттам, колонизировавшим полуостров Бретань, или «маленькую Британию», в раннем Средневековье. Ныне эти люди называют себя бретонцами и по-прежнему говорят на собственном наречии, очень близком к валлийскому. Бретонцы играли важную роль в развитии цикла легенд об Артуре, распространяя в Европе устную традицию из Уэльса и Корнуолла. Могла ли информация течь в противоположном направлении? Эш, как и многие ученые до него, отмечает повышенный интерес к бретонцам в «Истории королей Британии»; к примеру, главные союзники Артура были родом из Бретани. Может быть, бретонский источник, с которым работал Гальфрид Монмутский, высвечивал какие-то связи между Британией и континентом в эпоху «темных веков»?

На этом этапе Эш картинным жестом вытаскивает кролика из шляпы. В Британии действительно был могущественный король, воевавший на континенте в V в. н. э. Мы знаем о нем из различных упоминаний в континентальных хрониках, где его называют Риотемом, или Риотамусом, «королем бриттов».

В середине V века Галлия (современная Франция) по-прежнему номинально находилась под властью Западной Римской империи, но подвергалась набегам нескольких варварских племен. Некоторых удавалось умиротворить раздачей земельных наделов, в результате чего их действия становились более предсказуемыми и контролируемыми. Однако с другими, в первую очередь — с готами, договориться было гораздо труднее. Само понятие императорской власти с центром в Риме начало рушиться, и варварские вожди возводили на трон ряд марионеточных правителей. Лев I, император Восточной Римской империи, сделал последнюю попытку стабилизировать ситуацию в Западной империи. Он послал в Рим крупную армию под командованием своего родственника Анфимия, который должен был быть коронован в качестве нового императора Запада. Галлию можно было контролировать из Рима, лишь заключая различные союзы с варварами-поселенцами либо обратившись за помощью к другим союзникам. Анфимий выбрал последнее: для того чтобы сокрушить мощь готов и установить имперскую власть, он пригласил короля бриттов Риотема, который не замедлил явиться с армией в 12 000 солдат. Размер этой армии сам по себе заслуживает внимания. Многие сражения эпохи «темных веков» в Британии происходили между крошечными отрядами, насчитывавшими лишь десятки или сотни солдат.

Имя «Риотем». по признанию самого Эша, едва ли могло положить начало легендам о короле Артуре. Однако что это за имя? Эш указывает, что «Риотем» на кельтском языке означает нечто вроде «облеченный верховной властью», что больше похоже на титул, чем на имя. Может быть, военачальник, признанный на континенте как верховный король бриттов, был известен дома под именем Артур?

Независимо от своего происхождения, Риотем был крупной действующей силой на политической сцене эпохи раннего Средневековья. Предыдущие исторические интерпретации, представляющие его как местного правителя из Бретани, по справедливому замечанию Эша, не выдерживают критики: в средневековых хрониках, описывающих его прибытие, ясно говорится, что король бриттов появился во главе флота, а это означает, что он совершил морское путешествие из Британии. Так начинается серия замечательных совпадений с военной кампанией короля Артура в описании Гальфрида Монмутского.

Императором Восточной Римской империи во время исторического эпизода с участием Риотема был Лев I (457—474 гг.), а Гальфрид Монмутский особо подчеркивает, что императора, правившего во время континентальной кампании короля Артура, звали Львом. Гальфрид также упоминает о Папе римском того времени, называя его Сульпицием, что выглядит как вполне объяснимая ошибка переписчика, перепутавшего Сульпиция с Симплицием, чье папское правление (468—483 гг.) укладывается в рамки рассматриваемого периода.