Читать онлайн «100 знаменитых символов советской эпохи». Страница 65

Разработку новых часов курировал сам министр обороны СССР Родион Малиновский. Столь высокое внимание накладывало на работников ЧЧЗ особую ответственность. «Часы мы разрабатывали в жутком цейтноте, — вспоминала в интервью еженедельнику „Аргументы и Факты“ начальник бюро внешнего оформления Чистопольского завода Валентина Фёдоровна Белова. — Шутка ли! Ведь приказал их сделать сам маршал Малиновский. Часы должны были быть самыми точными, потому что на войне нужна пунктуальность, и самыми прочными. В новинку был циферблат со светящимися цифрами. Но главная изюминка — стопорный механизм, или, другими словами, секундомер. (Говорят, разработать его помогли чертежи механизмов, применяемых в военных минах.) Наша группа работала над оформлением корпуса. Мы предложили более полусотни вариантов. Больше всего министру понравился вариант со звездой на циферблате в круглом корпусе. За это нас поощрили премией в 50 рублей. Колоссальные деньги — почти ползарплаты».

«Командирские» часы сразу же завоевали любовь и уважение у офицерского состава. Даже высшие руководители оборонного ведомства, которые могли позволить себе носить дорогие часы лучших швейцарских фирм, предпочитали «Командирские». Эти часы можно было взять в спортзал, на рыбалку или охоту, на учения и при этом совершенно не бояться их каким-либо образом повредить. Противоударные свойства «Командирских» таковы, что раньше при проверке подлинности их просто бросали со всей силы в стену или специально роняли на пол. Искушённые покупатели знали — если это настоящие «Командирские», то они без проблем пройдут такую жестокую проверку. Подделки же такого испытания не выдерживали, рассыпались, и, как говорится, туда им и дорога. Ещё более уникальными свойствами обладали специальные часы для подводников «Амфибия», созданные на чистопольском заводе в 1967 году. «…10 …7 …5. Неумолимо, метр за метром движется колесо машины. Затаив дыхание, застыли люди. Что же будет? …Три …метр, и, наконец, произошло то, чего с таким любопытством ожидал собравшийся здесь народ: колесо „Волги“ переехало… часы», — так газеты описывали «ходовые» испытания «Амфибии». Приходилось «Командирским» бывать и в боевых условиях. Вьетнам, Камбоджа, Египет, Афганистан, Ангола — в горячих точках планеты вместе с владельцами суровые испытания проходили и «Командирские» часы.

Как и любая другая культовая вещь, «Командирские» часы стали объектом народного фольклора. Вот, например, один из анекдотов: «Часы „Командирские“ — пылекамненепроницаемые с зубонепрокусываемым ремешком и смертным боем. Часы имеют от 8 до 12 стрелок. Четыре показывают время, остальные — тоже показывают время, но неправильное, чтобы сбить с толку вероятного противника. Стрелки покрыты специальным фосфоресцирующим составом, благодаря которому они светятся в темноте, вероятный противник принимает их владельца за собаку Баскервилей и от страха умирает на месте. Ни на секунду не расслабляются, всегда готовы к бою. По конвенции ООН запрещены к использованию против мирного населения».

На самом деле «мирное население» с удовольствием пользовалось «Командирскими», часы из Чистополя и среди гражданских людей считались поистине «генеральским» подарком. В советское время часы распределялись через Главное управление торговли Министерства обороны СССР, и простой штатский мог достать «Командирские», только располагая хорошими связями среди военных.

Долгое время «Командирские» часы выпускались с одним и тем же классическим дизайном — массивный корпус весом около 100 граммов из латуни или нержавеющей стали, изображение танка, подводной лодки (на часах «Амфибия») или просто надпись «Командирские» на циферблате, окошечко с текущей датой, кожаный или металлический браслет. Сейчас модельный ряд «Командирских» часов расширился, оформление циферблата стало более разнообразным. А вот механическая часть часов остаётся неизменной — стальные анкерные колёса и вилки, опора на 17 рубиновых камнях, заводные часовые пружины из специальных прецизионных сплавов, противоударное устройство узла баланса.

За рубежом пик популярности «Командирских» часов пришёлся на вторую половину 80-х годов, после начала перестройки, когда всё советское стало модным. «Советское чудо — часы из Чистополя» — такая реклама светилась в самом центре Нью-Йорка. Но «Командирские» были не просто модным, но ещё и очень качественным товаром. Надёжность чистопольских часовых механизмов пользовалась уважением у часовщиков всего мира, недаром ЧЧЗ поставлял свои механизмы немецким и швейцарским фирмам. А в 1991 году, когда американцы готовились к операции «Буря в пустыне», Пентагон заказал ЧЧЗ партию «Командирских» часов с изображением американского флага на циферблате. Эти часы так понравились американцам, что первоначальный заказ в 10 тысяч был увеличен до 40 тысяч.

Переход к рыночным условиям оказался губительным для часовых заводов бывшего СССР. Производство часов практически рухнуло. Если в начале 80-х в Советском Союзе выпускалось 40–45 миллионов часов различных видов, то в 1998 году эта цифра сократилась до двух миллионов. Бывшие часовые «гранды» влачат жалкое существование, часть заводов еле держатся на плаву, а часть и вовсе прекратили производство. Знаменитые некогда марки — «Слава», «Чайка», «Заря» — ныне забыты.

Всё вышесказанное не относится только к одному заводу и одной марке часов — Чистопольскому часовому и «Командирским». Популярная торговая марка и умелое управление руководителей спасли предприятие от краха. Сегодня ЧЧЗ является единственным на территории бывшего СССР стабильно работающим часовым заводом. «Командирские» часы, как и раньше, имеют признание во всём мире, в рейтинге покупательской популярности одного из самых известных часовых сайтов «Watch & Clock» марка «Командирские» занимает четвёртое место, опережая знаменитые Seiko и другие именитые брэнды. Времена меняются, но «Командирские» часы, один из символов советской эпохи, по-прежнему в строю, ведь над истинными ценностями время не властно.

В апреле 1966 года Председатель Совета министров СССР Алексей Николаевич Косыгин выступил с докладом «Директивы XXIII съезда КПСС по пятилетнему плану развития народного хозяйства на 1966–1970 гг.». В этом докладе было отмечено, что в СССР в ближайшие годы необходимо построить новый автомобильный завод, соответствующий мировым стандартам. После этого специалисты разложили на столе огромную карту Советского Союза и отметили на ней примерно 100 точек, обозначив таким образом возможные места строительства будущего автогиганта. Вскоре точек осталось 39, а затем всего шесть: Горьковская площадка, Вологодско-Ярославская, Саратовская, Украинская (в районе города Бровары), Белорусская и Волжская, располагавшаяся в районе Тольятти. Так в СССР начиналась новая революция…

Это действительно была революция, как бы высокопарно это ни звучало. Революция и начало новой эры в целой отрасли народного хозяйства. В «дожигулёвское» время у советского автолюбителя выбора практически не было. «Запорожцы» (да простят автора многочисленные бывшие и нынешние владельцы этих автомобилей), даже советские граждане считали «недоавтомобилями». Другой полюс — «Волга», недоступная мечта советского автомобилиста. Газовские автомобили стоили дорого, к тому же, чтобы купить «Волгу», нужно было либо иметь особые заслуги перед страной или специальное разрешение партийных органов, либо проработать несколько лет за рубежом. Средним классом считались «москвичи», производившиеся на московском заводе АЗЛК и ижевском «Ижмаше». Но и они погоды не делали. Всего же до 1970 года советская автопромышленность производила в лучшем случае 300 тысяч автомобилей в год, и это на огромную страну с населением 250 миллионов человек!

Волжский автозавод и легендарная «копейка» произвели революцию не только в автопроме, но и оказали огромное влияние на жизнь общества. Говорят, что однажды Егор Кузьмич Лигачёв назвал завод «могильщиком социализма». Действительно, с появлением «копейки» изменилось сознание советского человека. Если раньше уделом рядового гражданина был общественный транспорт, а об автомобиле можно было только мечтать, то после появления «копейки» у того же гражданина начал развиваться инстинкт собственника и желание не сидеть на месте, а путешествовать. В начале XX века Генри Форд предложил американцам «модель T» по цене 850 долларов, а усовершенствовав производство, в конце концов снизил цену до 360 долларов. Как говорили тогда, «до „модели T“ была эра самобеглых колясок, а после её появления началась эра автомобилей». Америка пересела на колёса, а американская экономика получила мощнейший толчок для развития. Подобного «автомобильного чуда» ждали и в СССР…