Читать онлайн «100 Великих археологических открытий». Страница 55

В египтологию Питри пришел довольно извилистым путем: интерес к Египту привил ему его отец, большой поклонник известного «пирамидиота» Пиацци Смита. В 1864 году Смит издал книгу, в которой на основе своих теоретических измышлений объявлял пирамиду Хеопса «каменной библией», в пропорциях которой якобы зашифрована «судьба человечества». Питри-старший мечтал проверить и дополнить измерения Смита, чтобы подтвердить правильность его выводов. По иронии судьбы Питри-младший, отправившийся в Египет в 1879 году, своими научными трудами полностью опроверг эти выводы!

Уильям Флиндерс Питри провел в Египте сорок шесть лет. Более двадцати последующих лет он занимался египетской историей в Лондонском университете. Питри обладал обширными познаниями в самых различных областях истории древнего Востока. О прошлом Египта он собрал такое количество сведений, каким не обладал до него никто. В итоге Питри стал крупнейшим специалистом по любому вопросу во всем, что касалось Египта.

Свою карьеру египтолога Питри начал на собственный страх и риск, отправившись в Египет в качестве независимого исследователя. К раскопкам он приступил в те времена, когда в археологии уже происходили качественные сдвиги. После открытия шумерской культуры в Месопотамии, сенсационных находок Шлимана в Трое и Микенах, расшифровки клинописи было уже невозможно работать на прежнем, примитивном уровне. Вероятно, именно в этом и таился секрет успехов Питри: он первым из исследователей Египта избрал тактику методичных раскопок с тщательной фиксацией всех находок. «Необходимо, соблюдая разумное соотношение между уважением к древностям и жаждой открытий, слой за слоем «просеять» землю Египта для того, чтобы не только найти все, что она скрывает в своих глубинах, но и получить представление о первоначальном расположении всех находок», — писал Питри. Сегодня за ним прочно утвердился авторитет основоположника научного метода раскопок в Египте.

Первой своей целью Питри избрал знаменитый комплекс пирамид в Гизе — ведь над ученым, напомним, тогда еще довлел авторитет отца и Пиацци Смита, завороженных арифметикой пирамиды Хеопса. Идя по их стопам, Питри вознамерился измерить ее заново. Чтобы не удаляться от предмета своих исследований, он поселился в заброшенной гробнице возле пирамид.

«Чудесное жилище я устроил в гробнице, вытесанной в скале, — писал Питри. — Приделал только дверь и оконную раму, поставил этажерку, подвесил гамак из рогожи — в общем устроился так комфортабельно, что лучшего желать не приходилось… Около девяти утра я начинал работу. Когда мы делали замеры, мой слуга Али держал над теодолитом зонт, чтобы предохранить его от солнца, до моей спины тень уже не доходила. Али устраивал себе полуденный отдых, а я старался работать как можно дольше. Когда темнело, я собирал инструменты, аккуратно складывал их в гробнице, а слугу отпускал. Около шести или семи я разжигал костер и углублялся в расчеты, пока в котелке не закипала вода, затем ужинал (какой-нибудь суп, матросские сухари и помидоры, которые в Египте великолепны, немного шоколада), после десятичасовой работы без еды и питья все это казалось чрезвычайно вкусным и щло только на пользу. Вечернее умывание… и я опять садился за расчеты и просиживал над ними примерно до полуночи… Во время раскопок я вставал рано, на рассвете. При обследовании Великой пирамиды я всегда выходил на работу вечером, как только удалялись туристы, и с сонным Али в качестве ассистента трудился до полуночи, а то и до утра; так получалось, что иногда я работал… по четырнадцати часов без перерыва».

У пирамид Питри проработал полтора года: с декабря 1880 по апрель 1882 года. Пирамиду Хеопса он облазил сверху донизу и измерил ее точнее и полнее, чем Пиацци Смит. Но эта титаническая работа, по существу, ничего не дала: во-первых, сегодняшние методы измерения гораздо точнее, чем те, которыми пользовался Питри, а во-вторых, сама затея измерить пирамиду выглядит бессмысленной. Сегодня невозможно точно определить, какую точку следует принимать за исходную (где начинается ее основание?), а кроме того, надо помнить о том, что облицовка пирамиды не сохранилась, а ее вершина разрушена, следовательно, любые измерения все равно будут приблизительными. Поэтому любая цифровая мистика, в основу которой положены измерения пирамиды с точностью до сантиметра, с самого начала дискредитирует сама себя. И надо отдать должное Питри — он сумел понять, что весь его полуторагодичный труд фактически пошел насмарку. Правда, нет худа без добра: эти месяцы стали для него своеобразным «вводным курсом в египтологию». И лишь когда закончился этот период ученичества, пришло время открытий.

В 1883 году Питри отправляется в Саккара и Дашур, где занимается измерением и изучением тамошних пирамид. Затем его путь лежал в Фаюм, где некогда располагались столица и некрополь царей XII династии, правивших Египтом в общей сложности 213 лет. Где-то здесь находился и таинственный Лабиринт…

«Вокруг страны Фаюм возвышалось несколько древних пирамид и множество более мелких гробниц, — писал Болеслав Прус в своем знаменитом Романе «Фараон». — А на восточной ее границе, неподалеку от Нила, стоял знаменитый Лабиринт. Он был построен Аменемхетом и имел форму исполинской подковы, занимавшей участок земли в тысячу шагов длиной и Шестьсот шириной. Здание это было величайшей сокровищницей Египта. В нем покоились мумии многих прославленных фараонов, знаменитых жрецов полководцев, строителей, а также чучела священных животных, особенно крокодилов. Тут хранились накопленные в продолжение веков богатства египетского царства, о которых в настоящее время трудно даже составить себе представление».

Под именем Лабиринта скрывался гигантский заупокойный храм-дворец Аменемхета III. Древнегреческий историк Геродот, который побывал в Египте и воочию видел многие из его чудес, восхищался египетскими постройками, и в первую очередь, разумеется, пирамидами. Но гораздо выще их он почитал Лабиринт. Свое название это огромное сооружение получило по тронному имени фараона Аменемхета — Нимаатара, которое в греческой транскрипции передавалось как «Лабир».

«Я видел этот Лабиринт: он выше всякого описания, — писал Геродот. — Ведь если бы собрать все стены и великие сооружения, воздвигнутые эллинами, то в общем оказалось бы, что на них затрачено меньше труда и денежных средств, чем на один этот Лабиринт. А между тем храмы в Эфесе и на Самосе весьма замечательны. Конечно, пирамиды — это огромные сооружения, и каждая из них по величине стоит многих творений, вместе взятых, хотя» и они также велики. Однако Лабиринт превосходит и эти пирамиды».

Греческие и римские путешественники сообщают, что без проводника в Лабиринте можно было легко заблудиться. Римский географ Страбон отмечает, что каждый ном (область) Египта имел здесь собственный храм, где приносились жертвы как общеегипетским, так и местным богам. Тем самым Лабиринт, объединивший все культы Египта, являлся как бы символом религиозного единства страны.

Остатки прославленного Лабиринта, а точнее — подземный храм, являвшийся частью грандиозного заупокойного ансамбля Аменемхета III, Питри обнаружил в восточной оконечности Фаюмского оазиса. Археологические раскопки подтвердили описания античных авторов. Лабиринт представлял собой низкое, но весьма обширное здание площадью около 70 тыс. кв. м. Оно отличалось многими особенностями, свидетельствовавшими о высоком мастерстве древнеегипетских зодчих. Сооружение состояло из 1500 подземных и стольких же наземных помещений, украшенных скульптурами и рельефами, — колонных залов, дворов, подземелий и запуганных переходов.

Стиль этого храма-дворца отличался строгой монументальностью. Его особенностью являлось использование огромных каменных монолитов. Из больших плоских монолитных плит были выполнены перекрытия, из монолитного камня высечены колонны — их бесконечные ряды играли главную роль в оформлении помещений Лабиринта. Особенно примечательна была погребальная камера, высеченная из цельной глыбы отполированного желтого кварцита. Рядом с храмом возвышались две колоссальные статуи Аменемхета III из такого же желтого блестящего кварцита, достигавшие вместе с пьедесталами 18 м высоту. Громадные размеры, величественные статуи, подчеркнутая торжественность и монументальность — все это свидетельствует о том, что подземный храм Аменемхета III являлся центром общегосударственного культа фараона.

Аменемхет III, фараон XII династии, правил в 1849–1801 гг. до н. э. С его именем связана эпоха умиротворения и процветания Египта. Впервые после долгих лет войн и внутренних неурядиц в стране наступил мир, строились значительные общественные сооружения, новые плотины и каналы, призванные повысить плодородие почв. «Он сделал сильными обе земли, — восхваляли Аменемхета III придворные хронисты. — Он — жизнь, несущая прохладу. Сокровища, им розданные, — это пища для тех, кто идет за ним. Он — пища, а рот его — изобилие». По стечению обстоятельств Питри открыл не только заупокойный храм Аменемхета III. Он обнаружил и гробницу самого фараона.