Читать онлайн «100 Великих археологических открытий». Страница 107

Открыть памятники древнейшей цивилизации Китая ученым помогла… традиционная китайская медицина. Все началось с того, что в 1899 году Ван Ижун, главный секретарь императорской Академии наук, заболел малярией. Среди снадобий, прописанных ему врачами, были «кости дракона», которые полагалось принимать в истолченном виде. И однажды Ван Ижун увидел на еще не истолченных «костях дракона» таинственные знаки, напоминавшие письмена!

Ван Ижун являлся знатоком древних надписей Ему были хорошо известны иероглифы, выгравированные на древних бронзовых сосудах эпохи династии Чжоу (XII в. до н. э.). Но в знаках на костях ученый лишь с большим трудом узнавал очертания знакомых ему иероглифов. Неужели эти надписи еще древнее, чем чжоуские?

Чрезвычайно заинтригованный этим открытием, Ван Ижун начал собирать у всех аптекарей «кости дракона» с надписями. Изучая их, он заметил, что некоторые знаки напоминают иероглифы «гадать», «счастливое предзнаменование» и тому подобное. А не являются ли «кости дракона» древними гадательными костями?

Гипотеза Ван Ижуна, поддержанная его коллегами, оказалась верной. Древние китайцы обращались за помощью к духам и узнавали их волю, гадая при помощи костей и черепашьих панцирей. Эти кости, часто находимые на местах древних поселений и могильников, крестьяне принимали за «кости дракона», которые, по понятиям традиционной китайской медицины, обладали целебной силой. «Кости дракона» охотно покупали аптеки, торговавшие различными снадобьями. И вот теперь эти аптеки становились отправной точкой в поисках неизвестной древней цивилизации…

Расспросы аптекарей — из каких мест доставляют им гадательные кости? — в конце концов привели ученых к деревушке Сяотунь, находившейся в провинции Хэнань, в трех километрах от уездного города Аньян. Оказывается, сяотунские крестьяне уже много лет целыми партиями поставляли «кости дракона» в аптеки Пекина и других городов. Эти кости в изобилии попадались им на окрестных полях во время сельскохозяйственных работ.

Китайский ученый Ло Чжэньюй, собравший огромную коллекцию «гадательных костей», расшифровал множество надписей на костях и установил, что в них упоминаются имена царей династии Инь, встречающиеся в старинных хрониках. Но из тех же хроник следовало, что столица династии Инь должна была находиться в окрестностях Аньяна…

Ло Чжэньюй отправился в Сяотунь. Им был собран обширный материал, который впоследствии постоянно пополнялся Работа, проделанная Ло Чжэньюем по расшифровке и изданию текстов «гадательных костей», а так-) же по изучению других сяотуньских находок, была огромной. Изданные им четыре книги, посвященные исследованию иньских надписей, до сих пор остаются важнейшим вкладом в изучение истории древнего Китая.

Призрачная династия начинала обретать плоть и кровь. Ло Чжэнькгё пришел к выводу, что «гадательные кости» относятся к XII веку до н. э. и являются памятниками эпохи Инь. Другой видный ученый, Ван Говэй, уточнил эту датировку — XIV–XII вв. до н. э. А исследователь Дун Цзобинь проследил по надписям на «гадательных костях» развитие иньской письменности. И тогда оказалось возможным связать почти каждую надпись с царствованием того или иного правителя династии Инь, из архивов которой, как позднее выяснилось, и происходили «гадательные кости». Забегая вперед, отметим, что сегодня ученым известно о существовании примерно 165 тысяч «гадательных костей» — это больше чем полтора миллиона иероглифов!

Надписи на костях чрезвычайно разнообразны. Трудно даже приблизительно перечислить темы, которых они касаются. В них люди извещали духе о самых разнообразных своих делах, рассчитывая на поддержку бесплотны; покровителей. Таким образом, надписи на костях охватывали многообразные явления жизни и являются исключительно надежным историческим источником: ведь они писались не для публичной огласки и, следовательно, не искажались, чтобы представить в выгодном свете деяния того или иного лица. Сегодня ученые используют сведения, имеющиеся в иньских надписях, для проверки данных из древних китайских хроник. Наряду с письменными источниками и вещественными находками, эти надписи позволяют воссоздать общую картину жизни первого китайского государственного образования.

Внутриполитическая обстановка в Китае в 1910-1940-х гг. не способствовала проведению широкомасштабных археологических исследований. А между тем лишь они были способны окончательно раскрыть тайну династии Инь. Отчасти невозможность раскопок была связана и с бытовавшим у китайцев культом предков. Дело в том, что по крестьянским полям в окрестностях Сяотуня было разбросано множество могил. Раскопки должны были неминуемо потревожить эти погребения. Согласно поверьям, это могло вызвать месть духов и обрушить несчастье на целые семьи. В 1934 году один чиновник даже запретил ученым раскопки древних гробниц, назвав их «грабителями могил», которых в прежние времена казнили страшной смертью.

Тем не менее раскопки в Сяотуне все же начались. С 1928 года их вели археологи из Института истории и филологии Китайской академии наук. Ученым пришлось работать в неимоверно трудных условиях. Помимо суеверий, политических потрясений и бродивших вокруг бандитских шаек, их противником был климат провинции Хэнань. Из-за его особенностей раскопки здесь можно вести только весной и осенью. А как раз в эту пору дуют сильные ветры, которые чуть не валят человека с ног. Поднятые ветром тучи пыли застилают небо густой пеленой. Работать приходится в защитных очках.

Несмотря на все трудности, ученые одержали победу. Раскопки в Сяотуне в 1928–1937 гг. открыли миру великолепные памятники древней культуры. Перед археологами предстали развалины иньской столицы — «великого города Шан», как его именуют «гадательные надписи». Из-под земли поднялись фундаменты дворцов и храмов, основания рухнувших колонн, разрушенные мастерские ремесленников, жилища знати и простого люда. Археологи вскрыли множество захоронений, в том числе большие царские гробницы. В них были найдены сотни хорошо сохранившихся человеческих скелетов, остатки колесниц, костяки лошадей, многочисленные бронзовые сосуды, великолепные мраморные скульптуры, о существовании которых прежде никто не подозревал.

Исследования «великого города Шан» были прерваны начавшейся в 1937 году японской интервенцией. Лишь после 1949 года стало возможным продолжить раскопки иньской столицы. Работа археологов возобновилась весной 1950 года.

Первоначально иньцы называли свою династию «Шан». Название «Инь» появилось позднее. Это государство занимало территорию, охватывающую нынешнюю провинцию Хэнань. По преданию, иньцы сделали своей столицей город Шан в XIV веке до н. э. после того как пять раз переносили столицу с места на место. Вокруг города лежали плодородные земли и тучные пастбища. Естественные рубежи отчасти обеспечивали его безопасность: река окружала Шан с трех сторон, а неподалеку высились горы.

Столица была обнесена стеной и располагалась на площади более шести квадратных километров. Часть города занимали дворцовые здания. К ним примыкали кварталы ремесленников. Простолюдины и рабы ютились в землянках высотой примерно в рост человека. В такую землянку вел ход через кровлю, крытую дерном или тростником. Совсем по-иному выглядели дворцы правителя и знати. Они сооружались на высоких террасах из плотно утрамбованной земли. Их основу образовывали три параллельных ряда деревянных колонн, увенчанных двускатной крышей. Колонны покоились на каменных или бронзовых основаниях. Стены, по-видимому, возводились из утрамбованной земли и расписывались разноцветными красками. Деревянные части здания покрывались искусной резьбой и инкрустировались кабаньими клыками. Из горного озера по деревянным желобам в жилища знати подавалась вода.

Неподалеку от дворцового комплекса располагался храм с так называемым иньским оракулом, где археологами найдены тысячи надписей на костях животных и черепаховых панцирях, применявшихся для ритуала гадания. Система религиозных взглядов у иньцев была уже довольно развита. Наряду с древним культом животных-тотемов, у них существовали женские божества — Женщина-дракон, Западная мать, Восточная мать. Из стихий особенно почитался ветер, именовавшийся «Царем-ветром» или «Посланцем Ди». Бог Ди или Шан-ди был, по-видимому, верховным божеством древних китайцев. Слово «ди» обычно переводят как «владыка». Позднее оно стало обозначать титул императора. Весьма возможно, что Верховный владыка считался родоначальником иньских правителей. Гадая, древние китайцы обращались к Верховному владыке за советами. Его спрашивали об урожае, о дожде, о военном счастье.

Выдающуюся роль в религии иньцев играло поклонение предкам. Считалось, что после смерти человек становится духом, который обитает где-то на небе, и что духи предков имеют огромную власть над делами и жизнью людей. Даже племена, подчиненные иньцам, и их враги боялись могущественных китайских предков, сила которых неоднократно доказывалась им с помощью оружия. Культ предков прошел через всю дальнейшую историю Китая, став неотъемлемой частью китайской народной религии.