Читать онлайн «100 великих загадок истории». Страница 67

Можно ли считать подлинность Кенсингтонского рунного камня окончательно доказанной? К сожалению, обстоятельства его открытия остаются довольно туманными. Сохранившиеся описания различаются в мелких подробностях даже относительно дерева, под которым был найден камень. Если бы кто-то в то время позаботился сохранить пень и сосчитать годичные кольца, то можно было бы по меньшей мере установить минимальный Кенсингтонский рунический камень возраст захоронения камня.

Профессор Эрик Уолгрен из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе посвятил несколько лет исследованию Кенсингтонского рунного камня, который он считает подделкой на основе словарного состава, грамматических особенностей и системы датировки. В частности, надпись содержит много необычных словарных форм, включая ded явно английского происхождения, а также составной термин opdagelsefard, означающий «исследовательское путешествие». Грамматика выглядит странно: окончания слов не характерны для XIV в., но широко использовались в XX в. Все числа в тексте написаны по-арабски, в то время как в средневековых рунных надписях пользовались римскими числительными.

Защитники подлинности Кенсингтонского рунного камня усердно обрабатывали архивы всех языков и диалектов Скандинавии в поисках возможных параллелей и нашли ряд близких слов и словосочетаний, но ничего похожего на opdagelsefard. Они также смогли доказать, что арабские числительные использовались в Скандинавии ещё в XIV веке, однако это не то же самое, что использование арабских числительных в рунных надписях, так как при этом смешиваются две совершенно разные системы общения.

«Что касается предполагаемых параллелей, то существование сходных слов и грамматических форм в различных скандинавских наречиях раннего и среднего Средневековья само по себе не является достаточным доказательством, — пишут Р. Джеймс и Ник Торп в книге «Древние тайны». — Хотя отдельные элементы Кенсингтонского рунного камня могут быть подлинными, рунологи считают, что текст нужно рассматривать как одно целое, прежде чем подходить к вопросу о его аутентичности».

Уоллес резюмирует точку зрения рунологов в своём критическом вердикте: «К рунной надписи на Кенсингтонском камне можно применить простой тест. Если мы удалим из рассмотрения все руны, не имеющие бесспорного исторического происхождения от XIV в. и ранее, то останутся лишь простейшие формы, такие как „и“ и „мы“. Эти формы оставались неизменными с раннего Средневековья до настоящего времени».

«Возможно, но маловероятно» — таков был вердикт специалистов о надписи на Кенсингтонском камне с тех пор, как Холанд отвёз его в Скандинавию в 1911 г. Попытки подкрепить аргументы в пользу рунного камня другими предполагаемыми рунными надписями, обнаруженными на территории Соединённых Штатов, оказались безуспешными. По единодушному заключению рунологов, все они являются либо очевидными современными подделками, либо трещинами на поверхности камня, имеющими совершенно естественное происхождение.

Более широкий исторический подход мог бы прояснить проблему происхождения Кенсингтонского рунного камня. Насколько вероятным было присутствие викингов или выходцев из Скандинавии на территории современных Соединённых Штатов в 1362 г.? Могла ли экспедиция викингов отправиться в путешествие на Средний Запад Америки?

Для ответа на эти вопросы были представлены два исторических свидетельства скандинавского происхождения. Одним из них является «Карта Винланда», которая считалась доказательством успешной экспедиции в Америку под руководством гренландского епископа Эйрика в 1118 г. К сожалению, этот единственный в своём роде документ также небезупречен, как и Кенсингтонский рунный камень.

Холанд попытался увязать датировку рунного камня с событиями скандинавской истории. Магнус Эриксон, король Швеции и Норвегии, попросил некоего Поуэлла Кнутссона отплыть в Гренландию в 1354 г. для «защиты» тамошних христиан. Холанд предположил, что экспедиция Кнутссона, состоявшая из шведов и норвежцев, отклонилась на запад, высадилась на берег в Винланде, а затем исследовала внутреннюю часть континента. Разведчики частично были перебиты туземцами, что отражено в надписи на Кенсингтонском камне. Выжившие после резни могли стать основателями племени «белых индейцев» — мандатов, живших вдоль берегов Миссури.

К сожалению, у нас нет никаких оснований верить тому, что экспедиция Кнутссона вообще отправилась в Гренландию. Не сохранилось никаких норвежских или гренландских записей об их отбытии или возвращении.

Пока лингвистика, история и археология выносят суровый приговор Кенсингтонскому рунному камню. Но если он не подлинный — значит это подделка. Если ли у нас причины подозревать это? Исторические обстоятельства того времени, когда он был найден, практически гарантировали, что находка получит широкий общественный резонанс. Всемирная выставка, назначенная на 1892 г. в Чикаго, отмечавшая 400-летие открытия Америки Колумбом, возмутила многих американцев скандинавского происхождения на Среднем Западе, которые считали, что с их предками обошлись несправедливо.

Последний удар по сторонникам Кенсингтонского камня был нанесён серией исповедей. В 1973 г. некий Уолтер Крэн, лёжа на смертном одре, сделал магнитофонную запись, в которой он утверждал, что его отец Джон признался (тоже перед смертью) в изготовлении надписи при соучастии Олафа Охмана. Сам Уолтер искал и нашёл подтверждение этой истории у Джона Охмана, сына Олафа, перед тем как тот испустил последний вздох. Целью подделки, по словам Уолтера Крэна, было «одурачить людей во всей стране, особенно образованных, которые смотрели на них свысока… чтобы мистификаторы наконец-то смогли как следует посмеяться над ними».

Это признание звучит весьма убедительно. Многие скептики пришли к выводу, что оно является прекрасным завершающим штрихом в истории Кенсингтонского камня, хотя целых три признания на смертном одре — это, пожалуй, уже слишком…

30 августа 1492 г. три каравеллы «Нинья», «Пинта» и «Санта-Мария» отправились из испанской гавани Палос в поход, равного которому не знала, как тогда считалось, история мореплавания. Возглавлял экспедицию Христофор Колумб. Этот человек стал героем бесчисленных книг, статей и исторических исследований, снискав бессмертную славу первооткрывателя Америки.

И всё же то, что мы знаем об этом выдающемся человеке, по-видимому, не соответствует действительности. Ибо когда факты, даже самые важные, пересказываются веками, их искажения неизбежны. А в отношении Колумба положение усугубилось острым недостатком документальных материалов и, что не менее существенно, излишней фантазией биографов, немало потрудившихся над «конструированием» облика мореплавателя, весьма далёкого от подлинного. В итоге стало очень трудно добраться до истины и приходится довольствоваться догадками и предположениями. Отсюда обилие «белых пятен» в истории Колумба, и даже имя его вряд ли следует считать достоверным.

По свидетельству ряда историков, люди с этим именем жили в те времена, по крайней мере, в трёх странах, причём и называли их в соответствии с местными наречиями. В Италии, например, знали морехода Кристофоро Коломбо, в Португалии — Кристоваля Колома, в Испании, где прошёл наиболее плодотворный период жизни мореплавателя, его звали Кристобаль Колон. Латинизированное имя Христофор Колумб было присвоено этому человеку английскими историками и навечно закрепилось за великим путешественником.

Считается, что Колумб родился и вырос в Генуе в семье местного ткача. Однако не меньше дюжины итальянских городов претендуют на звание родины мореплавателя. Например, на мемориальной доске в старой части городка Салви на французском острове Корсика значится, что Кристоф Кооломбе (так звучит его имя по-французски) родился именно здесь, когда Корсика была частью Генуэзской империи.

Различные биографы и приверженцы Колумба называют его португальцем, греком, испанским евреем, поляком и даже норвежцем! Сам же мореплаватель считал себя генуэзцем. Казалось бы, о чём после этого спорить? Но поскольку в те времена Генуя была важнейшим морским портом, Колумб, возможно, говорил о причастности к этому городу для укрепления своего престижа опытного моряка.

Нередко пишут, что великий мореплаватель желал доказать своими путешествиями шарообразность Земли. Но в реальности даже его современники не нуждались в таком доказательстве, ибо образованные люди со времён древних греков прекрасно были осведомлены об этом. Колумб хотел лишь одного: убедиться, что, плывя всё время на запад, можно достичь берегов Индии, Китая и Японии. Португальские и испанские богачи отказывали Колумбу в средствах не из опасения, что его корабли заплывут за край плоской Земли, а по причине слишком долгого пути, во время которого моряки могли бы погибнуть от голода.