Читать онлайн «100 великих украинцев». Страница 61

Летом 1751 года К. Разумовский прибыл в Украину, символически избрав своей резиденцией некогда разрушенный петровскими войсками мазепинский Батурин. Здесь, на холме в излучине реки Сейм, он выстроил прекрасный дворец, планировка которого позволяет некоторым специалистам считать его скорее предназначенным для исполнения функций высшего учебного заведения. Похоже, он и строился с расчетом, что со временем будет передан для нужд университета, который гетман планировал открыть в Батурине.

В своем правлении Левобережной Украиной (получившей к тому времени местное название Гетманщины) К. Разумовский ориентировался на утверждавшийся тогда в ведущих странах Европы тип просвещенного абсолютизма. С собой в Украину он взял и упомянутого выше Г. Теплова, с которым сдружился во время их совместного пребывания на Западе. Сам гетман, при всех благих намерениях относительно прогрессивных преобразований на вверенной ему земле, больше времени проводил в Петербурге. Но ведший гетманские дела в его отсутствие Г. Теплов в целом неплохо справлялся с возложенными на него обязанностями. Впрочем, судьба планировавшихся в Украине реформ более зависела от их продвижения в Петербурге, нежели в самом Батурине.

Гетманщина снова стала автономным, в пределах Российской империи, государственным образованием, включавшем также Киев (до выведения его из подчинения гетману в 1755 году) и Запорожье. К. Разумовский стремился получить право на самостоятельное ведение международных дел, каковое было у украинских гетманов до Ивана Самойловича, однако в этом начинании успеха не имел.

Куда успешнее оказались усилия по реорганизации казацких войск и создании при гетмане институционально оформленного старшинского совещательного органа с законодательной инициативой — «Генерального собрания». При К. Разумовском статус казацкой старшины практически сравнялся с положением российского дворянства и польской шляхты, однако это сословие не стало замкнутым. Были обеспечены достаточно надежные каналы для возможности перехода в него выходцев из других сословий староукраинского общества — мещанства, духовенства, рядового казачества. Вполне успешной была и проведенная при молодом гетмане судебная реформа.

Положение братьев Разумовских поколебалось со смертью Елизаветы 24 декабря 1761 года. Императрицу сменил выписанный из немецкого княжества Голштиния (Гольштейн) племянник, вступивший на престол под именем Петра III, — человек чрезвычайно невежественный, ограниченный и бестактный. Общественное мнение сразу восприняло его негативно, а вот его супруга, София Фредерика Амалия, именовавшаяся в России Екатериной Алексеевной, производила прямо противоположное впечатление. Она быстро сошлась с молодыми офицерами, причем особенно близко — с братьями Орловыми, которые и организовали убийство Петра III.

К. Разумовский играл видную роль в этом заговоре и рассчитывал получить в награду наследственное гетманство. Однако это полностью противоречило централистским устремлениям молодой императрицы, вошедшей в историю под именем Екатерины II. Царица, несколько освоившись на престоле, вызвала к себе Кирилла Разумовского и в ходе долгого разговора вынудила написать прошение об отставке со всех постов и прежде всего отречься от гетманства. Компенсацией послужили новые богатые земли и крестьянские души, вместе с полюбившимся ему Батурином, щедрая пенсия и дорогие подарки. 10 ноября 1764 года вышел указ о ликвидации украинского гетманства.

Поставленный в безвыходное положение и не видящий для себя достойных перспектив, К. Разумовский вскоре уехал на два года за границу. Вернувшись откуда в 1768 году, он принял предложение стать членом Государственного Совета. Когда 6 июля 1771 года скончался все еще сохранявший влияние при дворе его старший брат Алексей, Кирилл и сам отошел от государственных дел. Остававшиеся ему годы жизни он проводил в Петербурге и в своем подмосковном поместье Петровское-Разумовское, а последние девять лет почти безвыездно прожил в Батурине. Там он и скончался 3 января 1803 года.

Историю отечественной, да и европейской в целом, культуры второй половины XVIII — первой четверти XIX веков нельзя представить себе без мощного, хотя и мало заметного на первый взгляд, воздействия на нее масонства.

Из лож «вольных каменщиков» исходили многие просветительские импульсы, проекты и начинания, существеннейшим образом влиявшие на умонастроения светского и всего образованного российского общества во времена Екатерины II, Павла I и Александра I. Среди наиболее видных фигур масонского просветительского движения тех лет особое место принадлежит украинскому мистику, имевшему огромное влияние на многих российских просветителей, — Семену Гамалие.

Семен Иванович Гамалия был сыном священника, хотя его род происходит от черкасского казака Михаила Гамалии, героя Освободительной войны, возглавленной Б. Хмельницким, дослужившегося впоследствии до звания черкасского полковника. Семен родился Китай-городе — маленьком, вопреки своему названию, городке на Полтавщине, в 1743 году. В 1755 году он, получив начальное образование под руководством отца, поступил в Киево-Могилянскую академию, где проучился около десяти лет и освоил ее полный курс с высшими философскими и богословскими классами.

Его родители обладали определенным достатком, так что юноша мог жить не в общежитии (бурсе) на берегу Днепра, как то делали его малоимущие однокласники не киевского происхождения, а на квартире, которую снимал в одном из домиков на Подоле. Здесь, среди базарной толчеи и старинных храмов, ремесленников и монахов, профессоров и торговцев, начинался его жизненный путь. Тут он неизменно встречался с мистически настроенными странниками и богомольцами, слушал рассказы о таинственном и невероятном, но возможном, если человек имеет веру и ведет праведную жизнь.

Система образования в годы юности С. Гамалии в Киево-Могилянской академии оставалась в сущности той же, что и при обучении там Г. Сковороды. Однако некоторые изменения произошли в подаче философии. От старого, утвердившегося еще во времена П. Могилы и И. Гизеля, неосхолостического аристотелизма, введенного по образцу программ католических коллегиумов первой половины XVII века, уже отошли. В качестве основы философского образования в Киеве была принята система Лейбница-Вольфа в ее изложении Бавмейстером, господствовавшая в университетах протестантских городов Германии. Это приобщало студентов к духовным поискам Европы, готовило к дальнейшему восприятию новейших идейных веяний с Запада.

Из официальных документов академии известно, что в 1765 году С. Гамалия уже числился отбывшим в Петербург. О своей alma mater он сохранил теплые воспоминания на всю жизнь и, уже работая, вскоре после переезда в северную столицу, преподавателем в Морском кадетском корпусе, отправлял в библиотеку Киево-Могилянской академии новые книги, одна из которых имела масонский характер. При этом в сопроводительных письмах С. Гамалия называл ее студентов «милостивыми государями, любезными во Христе братьями, жителями великих киевской бурсы селений».

Пробыв несколько лет преподавателем в кадетском корпусе, а затем на службе в Сенате, С. Гамалия к середине 70-х годов оказывается на службе при генерал-фельдмаршале графе Захаре Григорьевиче Чернышове, президенте Военной коллегии, назначенном в 1775 году наместником присоединенных к России по первому разделу Польши (1772) областей Северной и Восточной Белоруссии, на базе которых были созданы Полоцкая и Могилевская губернии. Он становится начальником канцелярии графа, прекрасно зарекомендовав себя на этом посту. С переводом 3. Чернышова на должность московского генерал-губернатора в 1782 году, С. Гамалия становится при нем управляющим канцелярией Московского наместничества.

Переехав в Москву, С. Гамалия сразу же включается в работу начавших складываться в Первопрестольной просветительско-масонских кружков. В частности, он близко сошелся с примкнувшим в 1770-х годах к масонам Николаем Ивановичем Новиковым — выдающимся русским просветителем, писателем, журналистом и издателем, выпускавшим в разные годы журналы «Трутень», «Живописец», «Кошелек». Он ратовал за просвещение и выступал против крепостного права, занимался организацией типографий, библиотек, школ и книжных магазинов в Москве и других городах России.

В эти годы С. Гамалия отдается поэтическому творчеству, слагая стихи религиозно-мистического плана. Полученное в Киеве образование позволяло ему переводить многие произведения (преимущественно оккультно-мистического характера) с латинского, немецкого, французского и польского языков. В частности, ему принадлежит первый русский перевод 22 томов произведений немецкого мистика и мыслителя начала XVII века Я. Беме, идеи которого впоследствии произвели столь большое впечатление на Н. А. Бердяева. Просветительские идеалы настолько захватывают С. Гамалию, что после смерти 3. Чернышова в 1784 году он оставляет так удачно начатую и сулившую широкие перспективы государственную службу и всецело отдается общественно-масонской деятельности.