Читать онлайн «Новейший справочник уникальных фактов в вопросах и ответах». Страница 59

Какая часть армии Наполеона унесла ноги из России?

24 июня 1812 года французский император Наполеон во главе 610-тысячной армии без предварительного объявления войны перешел реку Неман и вторгся на территорию Российской империи. Через 5 месяцев, 28 ноября того же года, последние остатки наполеоновской «Великой армии» форсировали реку Березину, унося ноги из России. Лишь 30 тысячам наполеоновских солдат посчастливилось вернуться на родину, остальные либо погибли, либо попали в плен.

Как, по мнению М. И. Кутузова, должна была действовать Россия после изгнания Наполеона?

Михаил Илларионович Кутузов (1745–1813) был человеком огромных стратегических и дипломатических способностей. Из всех бесчисленных генералов, которые сражались с Наполеоном, Кутузов был единственным, кто всегда понимал этого непревзойденного военного гения. Но он также считал, что Наполеон – это временное землетрясение, стихийная сила, ворвавшаяся в историю. Выгнать его из России нужно, но что он дальше будет делать с Европой – решительно все равно. Россия не должна даже палец о палец ударить для освобождения тех же пруссаков, лакействующих перед Наполеоном. Поэтому для Кутузова война с Наполеоном завершилась в тот момент, когда последние наполеоновские солдаты были изгнаны с территории России. Но для императора Александра I, жаждавшего лавров спасителя Европы от Наполеона, эта война только начиналась. По мнению же Кутузова, затевать новую войну с Наполеоном было не только трудно и опасно, но и прямо вредно с точки зрения государственных интересов России в будущем. Русский народ отстоял себя, победил непобедимого, стяжал бессмертную славу – так зачем проливать дальше народную кровь ради освобождения и тем самым усиления англичан и немцев, возможных опасных врагов в будущем? Однако решение принимал не Кутузов, а император Александр I. В апреле 1813 года в прусском городе Бунцлау состоялась их последняя встреча. Император сказал умирающему полководцу: «Прости меня, Михаил Илларионович!» «Я прощаю, государь, но Россия вам этого никогда не простит». Это были последние слова Кутузова. Царь не ответил ничего.

Как парижская пресса реагировала на возвращение Наполеона с острова Эльба?

26 февраля 1815 года Наполеон во главе отряда численностью около 1100 человек покинул остров Эльбу и 1 марта высадился на южном побережье Франции. Король Людовик XVIII направил против него войско, которое перешло на сторону императора. Вечером 20 марта Наполеон, окруженный свитой и кавалерией, преодолев весь путь без единого выстрела, вступил в Париж. Поведение парижской прессы в эти дни наиболее ярко характеризуется строго последовательной сменой эпитетов, прилагавшихся к Наполеону по мере его приближения к французской столице. Первое известие: «Корсиканское чудовище высадилось в бухте Жуан». Второе известие: «Людоед идет к Грассу». Третье известие: «Узурпатор вошел в Гренобль». Четвертое известие: «Бонапарт занял Лион». Пятое известие: «Наполеон приближается к Фонтенебло». Шестое известие: «Его Императорское Величество ожидается сегодня в своем верном Париже». Вся эта гамма прозвучала в одних и тех же газетах при одной и той же редакции на протяжении нескольких дней.

Какой сюрприз для русского царя обнаружил Наполеон в своем рабочем кабинете, вернувшись в Париж из ссылки?

Король Людовик XVIII вначале отказывался верить в возможность возвращения Наполеона в Париж, а затем всячески противился мысли о своем бегстве, которое казалось ему (и не без оснований) и позором, и потерей престола. Лишь в 11 часов вечера 19 марта, когда Наполеон уже вошел в Фонтенебло (загородную резиденцию французских королей к югу от Парижа), Людовик XVIII со всей семьей бежал из столицы по направлению к бельгийской границе. Бегство было столь спешным, что король забыл в письменном столе экземпляр (один из трех существовавших) секретного антироссийского договора от 3 января 1815 года, подписанного на Венском конгрессе представителями Франции, Англии и Австрии. Оказавшись в своем кабинете в Тюильри, Наполеон обнаружил этот документ и немедленно отправил его со специальным курьером в Вену для вручения Александру I. Царь был глубоко потрясен, внезапно узнав таким неожиданным способом, какую мину подложили ему те, чьим спасителем от Наполеона он себя считал – притом с полным основанием. Однако Александр не изменил своей политики, как рассчитывал на то Наполеон.

Какую роль сыграл император Николай I в истории русского зодчества?

В 1826 году император Николай I запретил разрушать древние постройки и предписал начать сбор исторических сведений о них. Тем самым он положил конец имевшему в России XVIII – начала XIX века варварскому отношению к памятникам древнего русского зодчества (большей частью крепостным сооружениям). Для снятия панорам и производства обмеров древних твердынь были командированы опытные инженеры-картографы. Именным повелением государя спасена от сноса последняя башня Вяземской крепости – Спасская. Начались работы по реставрации и благоустройству в Иван-городской крепости, в Псковском, Нижегородском, Новгородском, Казанском и других старинных кремлях. В обновленном виде они должны были стать украшением губернских городов и местом размещения администрации.

Кому и в ознаменование какого события в Севастополе воздвигнут памятник с надписью «Потомству в пример»?

14 мая 1829 года 18-пушечный бриг «Меркурий» под командованием капитан-лейтенанта Александра Ивановича Казарского принял неравный бой с двумя турецкими линейными кораблями (184 орудия). После четырехчасового боя русские моряки вынудили противника прекратить преследование, нанеся его кораблям серьезные повреждения. За этот подвиг бриг «Меркурий» был награжден Георгиевским флагом, а его командир произведен в капитаны 2-го ранга, назначен флигель-адъютантом и награжден орденом Святого Георгия 4-й степени. В 1834 году в Севастополе воздвигнут памятник А. И. Казарскому с надписью «Потомству в пример».

Что больше всего ценил в подданных русский император Николай I?

Одним из любимых выражений императора Николая I было: «Мне нужны не умники, а верноподданные».

Как в русской армии времен императора Николая I относились к военной науке?

Об отношении к науке в русской армии при императоре Николае I ярко свидетельствует следующий фрагмент речи президента Военной академии Ивана Онуфриевича Сухозанета, произнесенной им 14 ноября 1846 года на собрании слушателей академии, а также профессорского и административного состава: «Наука в военном деле не более как пуговица к мундиру: мундир без пуговицы нельзя надеть, но пуговица не составляет всего мундира». В приказе Сухозанета по академии от 14 февраля 1847 года читаем: «Нелишним считаю здесь повторить еще то, что я говорил уже несколько раз при сборе офицеров в Академии: без науки побеждать возможно, но без дисциплины – никогда». До позорного поражения Российской империи в Крымской войне оставалось менее десяти лет.

Почему П. С. Нахимов иногда рисковал жизнью без особой необходимости?

В 1842 году командир линейного корабля «Силистрия» капитан I ранга П. С. Нахимов чуть не погиб, бросишись без особой необходимости в самое опасное место, когда на «Силистрию» наскочил корабль «Адрианополь». На вопрос недоумевающих офицеров, зачем он так дразнит судьбу, Нахимов ответил: «В мирное время такие случаи редки, и командир должен ими пользоваться. Команда должна видеть присутствие духа в своем командире, ведь, может быть, мне придется идти с ней в сражение». Во время Севастопольской обороны адмирал Нахимов был символом бесстрашия для защитников осажденного города. Один из участников обороны вспоминал: «Начнут ли стрелять сильнее обыкновенного, Павел Степанович тотчас настороже, смотришь на коне и несется к опасному месту». Нахимов никогда не «кланялся» вражеским пулям и ядрам, очень часто надолго останавливаясь в самых опасных местах, в том числе на банкетах и вышках бастионов, и привлекая внимание вражеских стрелков своими адмиральскими эполетами. Это, однако, не мешало ему запрещать своим подчиненным рисковать жизнью без должных на то оснований. Так, в первый день бомбардировки Севастополя адмирал Нахимов заявил инженеру Ватовскому: «Господин офицер, я вас должен буду отправить на гауптвахту; мы нуждаемся в инженерных офицерах, зачем же вы под ядрами стоите и сами пушку наводите?»

Почему адмирал П. С. Нахимов ценил жизнь инженер-полковника Э. И. Тотлебена выше собственной?

Военный инженер Эдуард Иванович Тотлебен (1818–1884) сыграл в Севастопольской обороне 1854–1855 годов исключительно важную роль. Хорошо подготовленный к обороне с моря (8 береговых батарей с 610 орудиями), с суши Севастополь был практически беззащитен. Укрепления Северной стороны, например, были расположены так неумело и нелепо, что окрестные возвышенности господствовали над некоторыми из них, сводя тем самым их значение к нулю. Орудий, предназначенных защищать Северную сторону, было всего 198, причем в основном малого калибра. На Малаховом кургане, центре позиции, ключе к Севастополю, находилось всего 5 орудий! Во многом лишь благодаря кипучей работе и фортификационному искусству Тотлебена, которому всемерно содействовали руководившие обороной адмиралы В. А. Корнилов и П. С. Нахимов, в короткий промежуток времени между 2 сентября 1854 года, когда войска противника начали высадку на крымский берег у Евпатории, и 5 октября того же года, когда началась первая бомбардировка Севастополя, морская твердыня стала и сухопутной крепостью. Тотлебен продолжал руководить инженерными работами и в ходе дальнейшей обороны Севастополя. Работа Тотлебена по укреплению оборонительных сооружений осажденной крепости вызывала восхищение даже у противника. Французский генерал Боске писал: «Поистине кажется, что русский инженер день за днем дает ответ на все наши идеи, на все наши проекты, как если бы он сам присутствовал на наших совещаниях». О высочайшей оценке деятельности Тотлебена адмиралом Нахимовым свидетельствуют слова последнего: «Не беда, как вас или меня убьют, а вот жаль будет, если случится что с Тотлебеном... Берегите Тотлебена, его заменить некем».