Читать онлайн «Слова в истории. Великие личности и знаменательные события». Страница 50

Понемногу Филипп усилил свое царство, провел реформу армии и стал расширять свое влияние на северное побережье Эгейского моря. Его не остановили и греческие города. Фактически он искусно воспользовался их враждой и вынуждал каждый из городов идти на союз, делая вид, что готовится к нападению на его соперника.

Единственным человеком, который понимал, насколько опасен Филипп для Афин, был оратор Демосфен. Он без устали пытался убедить Афины начать проводить более сильную внешнюю политику и выступить против Филиппа, живописуя его энергию и противопоставляя ее апатии афинян. Он убедил их согласиться на более решительную борьбу с Филиппом, но этой решимости хватило ненадолго.

Эта речь против Филиппа называется «Первой филиппикой». «Вторую филиппику» Демосфен произнес в 344 г. до н. э., а третью — в 341 г. Но все было бесполезно. Красноречие и энергия одного человека не могли преодолеть инерцию афинян и победить гений Филиппа. В 338 г. до н. э. Филипп встретился с объединенной армией Афин и Фив и разбил их наголову. Афины так и не смогли вернуть себе былое могущество, и Македония контролировала Грецию еще полтора века — до прихода римлян.

С этого времени любая резкая, яркая речь, направленная против конкретного человека, называется филиппикой.

Города, в которых есть университет, часто сталкиваются с серьезной проблемой. Университет привлекает людей, которые приносят городу деньги; престиж города растет. Студенты могут превратиться в буйную толпу, когда, покончив с занятиями, хотят расслабиться с помощью дешевого вина, доступных женщин и громких песен. Студенты приходят и уходят, у них нет обязательств по отношению к городу и его традициям; более того — они часто с презрением относятся к горожанам как к недоучкам.

Поэтому между горожанами и студентами часто возникает неприязнь, причем подобное случается даже сегодня.

Несколько столетий назад это противостояние было особенно напряженным, не то что сейчас. В 1689 г. в городе Йена (Германия) даже случилась грандиозная драка между студентами и горожанами, и студенты, оказавшиеся в меньшинстве, были жестоко избиты; имелись даже убитые.

На следующее воскресенье университетский священник, опечаленный произошедшими событиями, вместо проповеди зачитал отрывок из Книги Судей, где Далила уговаривает Самсона открыть ей тайну его силы. Сначала он говорит ей неправду, и она пробует лишить его силы, пока он спит, воскликнув: «Филистимляне победят тебя, Самсон!» Но он конечно же вскакивает на ноги, сильный как всегда, — но все же потом раскрывает ей свой секрет: сила в его длинных волосах.

Студентам, видимо, понравилось сравнение. Они видели себя в роли могучего Самсона, а горожан — в роли филистимлян, злодеев из Священного Писания.

С тех пор среди студентов германских университетов вошло в моду называть горожан филистимлянами, или филистерами. Этот термин позже стал употребляться в отношении любого ограниченного и невежественного человека.

Как только люди научились путешествовать по воде, появились и морские разбойники, которые грабили людей на море не хуже, чем обычные делали это на суше. Морские разбойники, или пираты, уходили в тень, только когда появлялась какая-то сила, способная контролировать морское пространство.

В древности пираты создавали серьезные помехи торговле в Средиземноморье, а в Средние века побережье Европы подвергалось нападениям викингов и мусульман.

Однако золотой век пиратства наступил после открытия Америки. Внезапно распахнулись бескрайние морские просторы, которые европейские державы просто не в состоянии были контролировать. Некоторое время в XVI в. Англия даже поощряла пиратство, если оно было направлено против Испании, но это была опасная политика. В конечном итоге пираты направляли свои суда, куда им самим нравилось, а Англия и Голландия были не в силах остановить их.

Для голландцев пират был vrijbuiter, что очень напоминает английское freeboater — свободный моряк. Это слово означает человека, который зарабатывает себе на жизнь, беря все, что плохо лежит, и без разрешения, то есть, проще говоря, вора.

Испанцам долго не удавалось подобрать у себя в языке слово с аналогичным значением. В конечном итоге они переделали голландское слово в filibustero, а англичане сделали из него filibuster. Смысл этого слова примерно тот же, что и у freeboater, но не столь явно выраженный.

В американской политике, однако, это слово приобрело совершенно новое значение. В США существует практика неограниченных прений. Любой сенатор может встать и говорить столько, сколько он считает нужным, и по любому вопросу. Иногда группа сенаторов намеренно прибегает к такой тактике, по очереди подходя к микрофону и выступая по малозначащим вопросам, чтобы оттянуть голосование по законопроекту, пока сенатское большинство, стремясь продолжить обсуждение важных вопросов, не снимет голосование с повестки дня.

Такое «законотворческое пиратство» получило у рассерженного большинства название флибустьерство.[55]

Примерно в 570 г. в одной из известных и уважаемых семей Мекки (Аравия) родился мальчик, которого назвали Мохаммедом. Его отец умер, и мальчик провел детство и юность в крайней бедности. У него обнаружился явный талант к коммерции, и он так хорошо управлял торговыми караванами одной вдовы, что она передала ему в управление весь свой бизнес и, когда ему исполнилось двадцать пять лет, вышла за него замуж. Когда Мохаммеду было около сорока, он начал проповедовать монотеистическую религию, на которую большое влияние оказали и христианство, и иудаизм.

Какое-то время его проповеди не оказывали большого воздействия на тех, кто их слушал. Ему верила его жена, а также узкий круг членов семьи и ближайших друзей. Богатых купцов Мекки стали раздражать его проповеди, потому что они беспокоили умы людей. Поэтому скоро Мохаммед столкнулся с серьезным противодействием с их стороны.

После того как в 619 г. умерла его жена, благотворное влияние, которое она оказывала на окружавших ее людей, естественным образом сошло на нет, и у Мохаммеда начались серьезные проблемы. 16 июля 622 г. Мохаммед бежал из Мекки и нашел пристанище в 200 милях к северу от нее, в молодом, но уже очень влиятельном городе, который назывался Медина (то есть город). Некоторые из его последователей еще раньше его прибыли туда, и, если бы сам Мохаммед именно в тот день не приехал в Медину, его, скорее всего, убили бы в Мекке.

С того момента, как он появился в Медине, фортуна повернулась к Мохаммеду лицом. Он начал водить в бой отряды воинов и одержал много побед. В 629 г. он вернулся в Мекку как победитель, и к моменту его смерти в 632 г. вся Аравия была под его контролем.

Его последователи повели войска за пределы Аравии и за сто лет завоевали всю Западную Азию и Северную Африку, образовав гигантскую империю, где все население исповедовало религию Мохаммеда (ислам).

К 639 г. уже было абсолютно ясно, что начинаются большие дела, а отправной точкой новой эры стало именно бегство Мохаммеда в Медину, которое получило название хиджры (что означает эмиграция, переселение).

Хиджра до сих пор считается началом мусульманского летосчисления, точно так же, как рождение Христа является началом христианского календаря.

Вскоре после смерти Мохаммеда (см.: Хиджра) в новых районах, где распространился ислам, начались внутренние распри. В 656 г. был убит мусульманский калиф Отман, и на его место был выбран зять Мохаммеда Али. Семья Отмана (Омейяды) возражала против этого, и в 661 г. Али тоже был убит.

Теперь уже поднялись сторонники и последователи Али. Они избрали калифом старшего сына Али — Хасана. Хасан был набожным человеком, более склонным к наукам, чем к войне, и скоро он отрекся от власти. Последователи Али обратились к младшему сыну Хасана, Хусейну. В 690 г. Хусейн повел свои войска против Омейядов, которые в то время были у власти, однако в битве при Кербеле потерпел поражение и был убит.

Последователи Али остались верны ему и основали шиитскую ветвь ислама. Она до сих пор существует, и ее последователи представляют религиозное меньшинство в исламе. Однако в Ираке и Иране шииты составляют большинство и сохраняют свои традиции в противовес ортодоксальным суннитам. Для шиитов Хасан и Хусейн, наравне с Али, считаются святыми, и каждый год шииты отмечают дни их смерти.

На шиитском празднике Мухарран (он проводится в первые десять дней мусульманского Нового года) толпы скорбящих людей выкрикивают «О, Хасан! О, Хусейн!». Англичане, которым случалось побывать на этом празднике, ничего не могли разобрать в этих криках. Им они казались чем-то вроде «Хобсон-Джобсон», и эта фраза (или, скорее, сочетание звуков) стала синонимом праздничного воодушевления.