Читать онлайн «История Российская. Часть 2». Страница 82

386. Прежде при Владимире I положено было великому князю от Новгорода по 2000 гривен; но когда новгородцы владение свое расширили, н. 317, и доходы свои от обладания юграми и до Печеры умножили, то на них сия печерская дань сверх прежней великими князями положена.

387. Что князи русские Эстландиею обладали и дань брали до пришествия меченосцев рыцарей (кавалеров), или как русские их немцы и рабы Божии именовали, которые в начале тринадцатого века после Христа пришли, смотри н. 235. Оное еще утверждает папа Климент III, который в 1189 году писал к архиепископу и к каноникам бременским, похваляя их, что они, посылая в русскую область Ливонию, слово Божие проповедали, и повелевает им от великого князя русского просить позволения и помощи; следственно, всем было то известно, что Ливония вся издревле к Руси принадлежала, гл. 17, н. 25, 34, 53.

388. Волок, разумеется, иногда переезд дальний чрез леса, н. 289, иногда переволока между рек, и сих несколько в Руси знаемо, как: 1) Волок выше Нестор меж Днепром и Волотой вспомянул, н. 13, 15, 17. 2) Волок Ламский разумеют между Днепром и Волгой и впадающими в них реками, поскольку Лама река впадает в Шошу и Волгу. 3) Вышний Волочек – между Тверцой, Цной и Мстой, где ныне канал. 4) В Новгородской истории упоминается между Ладожским и Белым озерами чрез впадающие реки. 5) Волок из Великой реки чрез Дризу в Двину и чрез Шолону в Ильмень, где тогда были леса великие, о чем построенный за оными псковичами город Заволочье свидетельствует. 6) Есть Волок в Пермии между Вишерой и Печерой. 7) В Сибири – между рек Чусовая и Исеть. 8) Волок Маковский в Сибири между рек Кеть и Енисей. 9) Переволока между Доном и Волгой при Царицыне. 10) Чрез кривизну Волги от села Надеина усолья рекою Усою и до села Переволоки, где часто вверх идущие суда небольшие перевозят. Но здесь, видится, разумеет Волочек Вышний, где уже тогда город был построен и власти новгородской принадлежал.

389. Белая Русь в сем месте первый раз в Раскольничьем и Ростовском манускриптах упомянута, в прочих более Ростовский и Суздальский, а кое-где в Польской писано. О принадлежащем же к Белой Руси в гл. 44 пространнее показано.

390. Посадники сначала были от князей, которые потом наместники, ныне губернаторы именованы; сначала же и наместники князи были и из-за того над посадниками преимуществовали. Новгородцы по милости князей посадника себе сами из своих собственных граждан или знатнейшего шляхетства выбирали, который у них во всем княжении главный был, подобен консулу или бургомистру римскому, первое место после князя имел; какая же его власть и сила была, того нигде в историях не описано. Во время войны бывали два посадника, и старший войском управлял, иногда же оба, но в разные места с войском ходили. Их время неопределенное; некоторые после того много лет до смерти управляли, а иногда их народом скидывали и убивали, дома их грабили. Тысяцкий же во всяком княжении был один, как генерал над войском. Они обыкновенный знак, гривну златую и цепь, на шеи носили. В Белой Руси последний тысяцкий, из-за великого от них в народе беспокойства, при великом князе Василие III или Дмитриевиче отставлен, подобно как во Франции чин коннетабля. В Новгороде тысяцкий был ниже посадника.

391. Немцы, куда Всеволод хотел уехать, неизвестно, ибо тогда рыцарей в Ливонии еще не было; может, Любек или шведы, с которыми новгородцы купечество имели и корабли часто ходили, но не близко, а скорее, думаю, Финляндию, которая прежде варягами названа, и князи некогда туда уезжали. В сие же время владели оною шведы, и их немцами тоже называет, как ниже внятнее явится.

392. Сей Василько – сын Леона, царевича греческого, и Марии, дочери Владимира II, о чем н. 340.

393. Сей Святославов брак второй; ибо первый раз женат был на половецкой. Из-за какой причины епископ запрещал, сего не показано, а в Ростовском, что муж ее недавно убит от людей Святославовых, и за то родня мужа ее изгнать вознамерились.

394. Сей Всеволод причтен во святые, и житие его в Прологе и Четьи Минеи, февраля 11 и ноября 27. В Прологе пополнено, что он, идучи с новгородцами, был в Полоцке и оттуда князем Васильком провожен прямо во Псков; но в других обстоятельствах несколько не сходно: ибо к чести его, избирая, о Святославе и прочем умолчано. Княгиню его как звали, чья дочь, когда сочеталась и ее кончины не показано, но после него две дочери его в супружество в 1144 сочетаны; а о сыне его единожды выше при изгнании упомянуто.

395. Сия дочь Владимирова, королева иночица Евфимия, видно, что Елена, бывшая за венгерским, а имя по обычаю в монашестве переменено и с той же начальной буквы дано, как то до сих пор употребляемо. И хотя сие у греков давно во употреблении было, что в монашестве имена, переменяя, с той же буквы давали, как то видим Константина Селунского, н. 69, переменено в Кирилла; но иногда давали имя святого, в тот день прилучившегося, иногда же и не переменяли, и о том есть ли какой устав об именах, мне неизвестно. Римляне между всеми христианами наиболее об обрядах и суеверных вымыслах к чести духовных прилежат, но имен вступающим в монашество не переменяют.

396. По сему видно, что в старой Руси и соли тогда не варили, а покупали ишпанскую.

397. О сей войне Ярополка с поляками польские историки пространную басню произнесли. Кромер, а после него Стрыковский, кн. 5, гл. 11 и 12, сказывает: «Князи русские, учинив съезд, все вместе уложили власть польскую с себя сложить, стали на войну готовиться, о чем Болеслав Кривоустый, уведав, созвал на сейм, где Петр Влостович сенатор представил, чтоб Ярополка, как главу Руси, обманом поймать и тем войну отвратить. Вскоре отъехал Влостович к Ярополку, где о себе объявил, якобы Болеславом ограблен и выгнан, и просил Ярополка об отмщении обиды своей над Болеславом. Что Ярополк, приятно выслушав, поверил и свое намерение ему открыл, что сам с войсками готовился. Между тем приключилось Ярополку отъехать на село свое с малою дружиною, и с ним Петр Влостович со своими верными служители. И усмотрев случай свободный, Ярополка поймав, положа чрез лошадь, как можно скоро уехал, имея везде коней и перевозы готовые, к Болеславу привез. Болеслав же одарил Влостовича, Ярополка в Кракове под стражу посадил; но Василько, князь перемышльский, с другими князями в том же году его выкупили, и отпущен с обязательством, чтоб быть Болеславу верным и послушным подданным. Но он, освободясь, не соблюдал обещания и намерился хитростию захитрость заплатить, научил одного венгрина знатного или русина хитрого, умеющего по-венгерски говорить, к Болеславу отъехать и объявить себя выгнанным от венгров за то, что внуку Болеславову на королевство помогал. Болеслав, поверив тому, дал ему старостство Вислицкое. Оный венгрин умыслил великий вред сделать, и когда Болеслав к цесарю Конраду отъехал, разгласил, якобы князи русские хотят нападение учинить. И потому со многими богатствами в Вислицу отовсюду люди собрались, а он в тот час в 1135-м дал весть Ярополку, обещав город совсем отдать. Ярополк же, вскоре с 20 000 войсками придя, обрел ворота отворенными и, въехав, богатство побрал, а поляков всех побил и попленил, а оному изменнику вместо награждения глаза выколол, нос и уши обрезал». Длугош, Меховий, Стрыковский, Кромер, кн. 5. Сие есть явная басня, сложеная из поимки и откупления Васильком брата его Владимира, что показано н. 372. Обстоятельства поимки ложь оную сами обличают, а особенно якобы русские подданные поляками были, что ничем доказано быть не может, и видно, что сложено во уменьшение победы и стыда над Болеславом. Об этом Стрыковский сказывает: «Ярополк, изгнавши Ярослава Галицкого, сделал съезд князьям во Владимире, и положили воевать на Польшу. И начал у галичан просить Болеслава, чтоб с войсками пришел, Ярослава посадил, и якобы князи русские, о вражде с ним сожалея, ищут примириться. Болеслав, поверив оному, взял войско малое. И как с Ярославом к Галичу пришел, тут встретили его венгерские полки с поздравлением и стали позади войск польских, потом галичане учинили то же. Болеслав же, познав обман, стал советоваться, что делать, и тогда показались войска русские, с которыми тотчас в бой вступил, и после довольного сражения русских остановил. Но в тот час гетман Болеславов воевода краковский с частию войска побежал, за которым и другие последовали. А Болеслав, с малою частию войска мужественно обороняясь, отступил и воеводе краковскому для посрамления его шубу заячью и пряслицу послал, а сам в печали великой вскоре умер». Иные сказывают, что от этого кастелян краковский первое место над воеводою получил. Ярослава же князя здесь упоминает, сына Володарева или Василькова, неизвестно, ибо при смерти Володаря в манускриптах по-разному дети именованы: Владимирко и Ярослав сыном; Ростислав и Ростиславовы дети после известны, а о Ярославе уже нигде не упоминается. Бельский, видя оное, лучше сделал, что имена и года для закрытия лжи не указал.