Читать онлайн «История Российская. Часть 1». Страница 96

Н. Оставив о русских, возвращаюсь опять к иенетам, или венетам (ибо то равно), о которых пишут, что построили град над морем, где Одер впадает, недалеко от местечка Каменя, и оное в свое имя Венеция назвали, как хроники саксонские рассказывают. Но того града уже нет. Море же то Венедицким, или Вандальским, называлось». Доселе Бельского сказание.

Здесь можно достаточно видеть, что Бельский хотя довольно трудолюбив был, но в науке критики и географии, кроме латинского языка, был скуден, что и для всех польских историков характерно, что в науках философских, следственно, в правильных рассуждениях скудны, ибо их философия без основания математического, единственно на положениях Аристотеля основана. Они же, библиотек публичных достаточных не имея и веря один другого выпискам, часто авторов неправильно приводят и, не изучая географии, в расположениях мест в заблуждение вводят, как того и здесь достаточно. Для того я, чтоб меньше погрешности те изъяснять, из Лексикона географического Мартиние выписав, здесь приведу, потому что его не всякий имеет или язык французский или немецкий не знает. Иенеты, или генеты, по-французски иенетес, в Италии при конце Венецианского залива морского народ древний и с венетами единый есть. Они происходят от галлов (22), которых имя ваннес в Британии еще сохраняется. Это происхождение вовсе не вымышлено, как те, которы Корнелий Непот и Страбон приводят. Об этом смотри венеты в Лексиконе Мартиние.

I. Иенеты народ на севере. Некоторые северные писатели при берегах лифлянских и прусских полагают и говорят, что оные землями вандалов овладели, которые из-за их похода на юг остались безлюдными. Генеты же сии не иной народ, как венды, или венеды, которых не надлежит с вандалами мешать.

Пелемен. Иенеты народ древний Пафлагонии в Азии в том месте, где затем град Синопия был. Страбон, кн. VII, говорит, в его время оных там уже не было. Он ищет их следы, которые надеется обнаружить, и говорит про тех, что ищут иенет Гомеровых в одной деревне при береге моря близ Амастриса и приводят мнение Зенодота, но оный не о народе, но о граде Иенета говорит, который после Амисус именовался. Другие же (говорит Страбон) думают, что сей народ при границе Каппадокии, которые потом, когда с киммерийцами поход предприняли, при Андриатском заливе поселились. И можно поверить, что иенеты знатнейший народ был в Пафлагонии и что Пелемен, бывший при осаде Трои, отступя от Трои, много народа с собою повел; и по смерти его иенеты во Фракию перешли, и оттуда через много войн к Венеции дошли и при конце залива поселились.

К. Вполне вероятно (продолжает Страбон), что это причиною есть того, что иенетов в Пафлагонии не осталось (23). Плиний же, кн. 6, гл. 3, описывая Пафлагонию, там иенетов не упоминает, поскольку там их уже не было. Он прибавляет, якобы Корнелий Непот еще иенетов там указывает, о которых говорит, что оные от венетов в Италии произошли, и, видится, не вполне вероятным оное полагает. Солин, гл. 44, в издании Салмазиеве, не только с рассуждением ко всему относился, как Плиний, но еще мнение Непота и привод Плиния испортил, сказав о месте иенетов, что примечания достойно, как о том Корнелий Непот пишет: «Из Пафлагонии в Италию перешли и венетами назвались». Но следует признать, что не один Солин только был, кто так об иенетах говорил, ибо и Стефан географ, переводя Диогена Лаэртского, погрешил, название этого народа за имя конкретного человека принял.

1) Славяне и сарматы смешаны. Погрешность главная польских писателей, что они славян с сарматами мешают и из-за того нередко писателей древних неправильно приводят, как здесь ссылается на Птоломея, который во всей его географии иенетов ни разу не упоминает. Но Плиний, кн. 4, гл. 12, говорит о гетах, что народ величайший между сарматами. И хотя это достаточно видно, что геты и иенеты были славяне, и, думаю, один народ, но по-разному именованный, и жили вместе с сарматами, но по сути не сарматы, как Страбон, кн. 7, и Плиний довольно обычаями, именами народов и градов славянских различают. Также и сам Бельский, н. 19, сарматов от славян различил.

2. Пафлагоны, галаты, или галлы, и другие, там жившие и оттуда на Дунай перешедшие, многих разных названий были славяне, о чем в изъяснениях на 13 и 14 главы и в гл. 34 показано.

3. Мошинов неправильно указывает в Каппадокии и славянами, а также и началом славян в Руси, толкует. Ибо мошиев Помпоний Меля, кн. 3, гл. 5, указывает близ Каспийского моря, а Плиний, кн. 4, гл. 4, при истоке реки Фазиса в Грузии. Страбон, кн. 9, под царством мошиев разумеет Грузию и Милитинию. Но мешинов народ был в Каппадокии, о которых Иосиф в Древностях, кн. 1, гл. 7, говорит, и это имя он от Месеха, а не Мосоха производит, о чем смотри выше, гл. 31. Берозуса же и о годах после потопа, хотя сомнительно, приводит, но я оной переведенной не имел и прямо сказать не могу.

4. О горах Рифейских в Иосифе я не нахожу, может, оттого, что реестр алфавитный от лености издателя неполон, многих знатных имен не внесено, как то у германцев не дивно. Да хотя бы и было, то неправильно, погрешность от незнания географии; думаю, и сам Бельский, где те горы и как ныне именуются, как и прочие, не знал. Смотри о них гл. 12, н. 26, гл. 14, н. 13 и 41.

5. Это правда, что русские в войнах храбростию и мужеством были полякам предпочитаемы и страшными представлялись, из-за того он храбрость свирепством, а своих леность и робость многочисленностью оправдывает. Правда, что поляки хотят храбрость свою отнятием многих русских пределов засвидетельствовать, но, рассмотрев историю, признают, что те не их храбростию, но литовских князей вредительным детей разделением и оных удельных междоусобием получили; поляки же Шлезию, Кошубы, Моравию и Пруссию более ленностию и разногласиями потеряли.

6. Здесь разумеет Давида, псалом 119, ст. 5. В славянском переводе Месех не положено. Это о русских ли Давид разумеет, не знаю, да и никто того разуметь может, так как Кедарь в Библии именуется Арабия Пустая близ Восточного моря и Чермного, которая от Каппадокии и мешинов весьма далеко, в чем незнанием географии себя обличает. Второе, как ниже говорит, что поляки и русские общее начало от Мосоха имеют, то из того, что сии слова Давидовы к обоим равное отношение имели. Думаю, обоих не касаются.

7. Иенеты и пафлагоны были многочисленнее мешинов. Здесь явно, что он недостаточно истории читал или, читая, не разумел, что много сот лет спустя после Давида Страбон, Овидий и Плиний о пафлагонах и гетах, их дикости и свирепости писали, смотри гл. 13 и 14. Он же того не рассудил, что сам ниже написал, что иенеты – общее имя всех славян, где они ни есть, как русских, поляк, богемов и пр.

8. О построении или начале Венеции хотя точно никто не показывает, Сабеллик285, прилежно трудясь в сочинении истории венецианской, указывает начало оного града после Христа в 421-м году, когда подуане объявили народу вольное селение на тех островах, где ныне Венеция; но о построении оного славянами упоминает ли он или другой, мне неизвестно. Бельский же еще две Венеции упоминает, построенные одна в Венгрии, где Белгород, другая в Вандалии. Только я обоих нигде не нахожу.

9. Что Страбон о том пишет, в гл. 13 показано.

10. Черкесы и Петигоры. Это разумеет Кабарду, что с Геродотом и Страбоном о киммерах несогласно. Но оные видно обитали, где ныне Кубанская орда. О черкесах же он упоминает, не зная, что то значит только род князей их, пришедших от Египта, где был град Чиркас, или Циркас, как Геродот, кн. 2, гл. 3 и 14, упоминает, и переход их или население от Египта, кн. II, гл. 16, что сами они утверждают, рассказывая, что те древние князи имели обрезание по обычаю египтян, потом были в христианстве, примерно 300 лет назад вымерли и призвали снова князя от Египта, якобы того же колена и града, которым и родословие я до настоящих, по их сказаниям, сочинил. О бытии же их в христианстве запустелые церкви и хранимые поныне греческие книги уверяют, гл. 16, н. 21, гл. 27. Петигоры именуют они Бештамак, урочище их же владения к верховьям Кубани, которое тоже Пять гор значит.

11. Якобы черкесы язык славянский имеют, весьма неправильно, но скорее татарский с египетским смешан, так что и татары без довольного искусства разуметь не могут, но, думаю, он черкас Малой Руси разумеет. Оные прежде из кабардинских черкес в 14-м веке в княжестве Курском, под властью татар собравши множество сброда, слободы населили и воровством промышляли, и из-за многих на них жалоб татарским губернатором на Днепр переведены, и град Черкассы построили. Потом, усмотрев польское беспутное правление, всю Малую Русь в казаков превратили, гетмана или отомана избрав, все черкесами поименовались. При царе Иоанне II-м, на Дон с князем Вешневецким перейдя, град Черкасский построили, а петигоров разве что в Литве петигорские хорунги, из поляков собранные, за оных петигоров, или бештамаков, положил, думая, что и те такой же сброд, как и сии.