Читать онлайн «Пир мудрецов». Страница 205

А в то время другой чашек медью звенит.

[с] Марсий пишет, что кость в тазобедренном суставе называется "алейс" {113} и даже "килик". А "котилочка" (κοτυλσίκος) - название священного Ди-онисова сосуда для участников таинств - об этом пишет Никандр Фиатирский, приводя также стих из "Облаков" Аристофана [Коск.I.491]:

{113 ...называется «алейс»... — «Чашка» или впадина, ср. выше 783а и ниже 480f. Марсий цитировался выше, 477а.}

Не увенчаю я котилочки.

Симмий же переводит "котилу" как "алейс" [Powell 120].

58. КОТТАБИД (ΚΟΤΤΑΒΙΣ). Гармодий Лепреатский в "Фигалейских обычаях" пишет о местных застольях так [FHG.IV.411; 149b]: "Все это освящалось, и потом каждый отпивал из небольшого глиняного коттабида (κοτταβίδι), а устроитель обеда говорил: "На здоровье!". [d] Гегесандр Дельфийский пишет в своих "Записках" (начинающихся словами: "При наилучшем государственном строе..." [FHG.IV.419]: "Игра, называемая коттаб, появилась впервые на пирах у сицилийцев, как свидетельствует Дикеарх [FHG.II.247]. Ею так увлекались, что на пирах стали давать награды, называемые "коттабеями", и стали делать килики, как можно более удобные для коттаба, под названием "коттабиды". Мало [е] того, стали даже строить круглые комнаты с коттабом в середине, чтобы все стояли от него на одинаковом расстоянии и в одинаковом положении спорили за победу. Делом чести считалось не только попасть в цель, но и красиво выполнить все движения: нужно было, опираясь на левый локоть, {114} округлить правую руку и гибким движением плеснуть из килика вино - такой выплеск назывался словом "латаг". Так что умением красиво играть в коттаб гордились больше, чем умением метать дротик".

{114 ...опираясь на левый локоть... — Когда игрок лежал на ложе или на полу.}

[f] 59. КРАТАНИЙ (KPATAN10N). Может быть, так называли в старину ту чашу, которая теперь называется "краний" (череп). Во всяком случае, Полемон или кто бы ни был сочинителем книги, озаглавленной "Об Элладе", о храме метапонтийцев в Олимпии пишет так [frag.22 Preller]: "Храм метапонтийцев: в нем фиалов серебряных 132, ковшей серебряных - два, сосуд серебряный для жертвоприношений {115} - один, (480) фиалов позолоченных - три. Храм византийцев, в нем Тритон из кипарисового дерева с серебряным кратанием в руках, Сирена серебряная, два кархесия серебряных, килик серебряный, ковш золотой и два рога (476а-е). В старом храме Геры: фиалов серебряных - тридцать, кратаниев серебряных - два, горшок серебряный - один, сосуд золотой для жертвоприношений, кратер золотой (приношение киренейцев) и батиакий серебряный (см. 784а)".

{115 ...сосуд серебряный для жертвоприношений... — Это могла быть кадильница, а не сосуд для питья.}

КРУНЕЯ (KPOYNEIA). Эпиген в "Памятке" [Kock.II.418; 472е, 486b]:

- Кратеры, кады, вазы и кувшинчики (κρουνει̃α).

- Кувшинчики?

- Ну да! К чему подробности?

КИАФИДА (ΚΥΑΘΙΣ, "черпачок") - сосуд, похожий на котил [b] (см. 478b). Софрон в миме "Женщины, обещающие изгнать богиню" [Kaibel 154]: "Глубоко в киафиде скрыты три отворотные жертвоприношения".

60. КИЛИК (ΚΥΛΙΞ, "вращательный"). Ферекрат в "Обучателе рабов" [Kock.I. 156]:

Сейчас же вымой килик и налей мне пить!

Да только через ситечко процеживай!

Это глиняные чаши для питья, а название их - от вращения (κυλίεσθαι) на [гончарном] круге. От этого же слова и название посудной стойки (κυλικει̃ον), на которую, впрочем, ставятся и серебряные чаши; говорят также κυλικηγορει̃ν, когда кто-либо держит речь над чашей. Афиняне даже лекарский ларец называют κυλιχνίδα, потому что он выточен на с токарном станке. Прославились аргосские и аттические килики. Аттические килики упоминает в следующих стихах даже Пиндар [PLG.5 438; продолжение на 782d]:

[1с] Тебе, Фрасибул,

Шлю я к застолью этот воз любезных песнопений, -

И да будет он сладок в хмельном кругу,

И да будет он стрекалом для Вакховых лоз и афинских чаш.

Впрочем, аргосские килики, кажется, видом отличались от аттических: во всяком случае, края у них были заостренные, как об этом говорит [d] Симонид Аморгский [PLG.4 11.457]:

Аргосский килик с заостренным ободом, -

то есть край приподнимается и утоньчается, как у чаш [с носиком], называемых "амбиками". Именно это значит слово φοξός, как у Гомера в описании Терсита [Ил.II.219]:

был островерх (φοξός) головой он.

То есть, φοξός говорится вместо φαοξός, "острый на вид".

61. Отличные килики происходят из Навкратиса, родины нашего сотрапезника Афинея. Они похожи на фиалы {116} и выделаны как будто не [е] на гончарном круге, а от руки; у них было четыре ручки и расширяющееся днище. (Гончаров в Навкратисе много, по ним и ворота, ближайшие к их мастерским, называются Гончарными.) Эти килики окрашиваются и выглядят, как серебряные. Хорошими считаются и хиосские килики, о которых упоминает Гермипп в "Воинах" [Kock.I.240]:

{116 ...похожи на фиалы... — То есть неглубокие.}

Хиосский килик высоко

На гвозде висит.

[f] Главком в "Глоссарии" пишет, что киликом на Кипре называют котилу (см. выше 478d). Гермонакт в "Синонимах" пишет: "Алейс - это чаша для питья, равно как и кипелл, амфотида, скифос, килик, котон, кархесий, фиал". Ахей Эретрийский в "Алкмеоне" вместо слова "килик" употребляет производное "килихнида" [TGF.2 749]:

Скорей сюда несите агнца черного,

Кратер для всех и килихнида каждому.

"Килихну" упоминает и Алкей [PLG.4 frag.41; 430d]:

(481) Выпьем! Надо ли ждать темноты? С палец осталось дня!

Принеси нам больших чашек-килихн, мальчик любимый мой!

Для забвенья забот бог, что рожден Зевсом с Семелою,

Нам вино даровал. Лей до краев! Два к одному смешай

Воду с чистым вином: пусть поспешат чаша за чашею

Друг за другом вдогон.

И в десятой книге [он пишет] [PLG.4 frag.43]:

Из теосских килихн плещет вино, -

стало быть, теосские килики тоже пользовались известностью.

62. Ферекрат в "Корианно" [Kock.I. 164]:

- Иду из бани с пересохшей глоткою,

Вся разварилась.

- Вот уж напою тебя.

- Слюна как клей, клянусь двумя богинями! {117}

{117 ...клянусь двумя богинями! — То есть Деметрой и Корой; обычная клятва афинянок.}

[b] - Чего ж мне взять? Возьму-ка килик маленький (κιλίσκη),

И разведу тебе?

- Куда там маленький!

Вся желчь во мне кипит, как зелье выпила

Из этаких наперстков. Вот сюда давай,

Налей в мою большую чашу.

О том, что женщины пили из больших чаш, свидетельствует тот же Ферекрат в "Тирании" [Kock.I. 187; 460с]:

Для мужчин они велели сделать чаши плоские,

Чтоб без стенок, только днище с капелькой во впадине,

[с] Словно это лишь на пробу винным дегустаторам!

А себе они такие выделали килики,

Словно у виноторговцев трюмы корабельные:

Легкобокие, зато уж круглые, пузатые!

Это все затем, чтоб выпить сколь возможно более,

[d] И никто бы не сумел их укорить в излишестве:

Поклянутся, что довольно и одной им чарочки,

А такая чарка стоит целой тысячи других.

63. КИМБИИ (ΚΤΜΒΙΑ, "лодки") - по Симаристу, это чаши и это маленькие лодки. По Дорофею: "разновидность чаш, высоких и глубоких, без ручек и без подставки". По Птолемею, сыну Аристоника, - "с гнутыми краями (κυφά)". {118} Никандр Фиатирский пишет, что Феопомп в "Мидянине" называет так чашу без ручек [Kock.I.741]. Филемон в "Привидении" [Kock.II.502]:

{118 ...«с гнутыми краями». — Ср. Макробий V.21.9: «...Эти кимбий, бокалы, вытянутые в длину и похожие на корабли». Это объясняет «гнутость» краев, подобных бортам греческого корабля, у которого были задраны нос и корма.}

Перепугала Роза нас:

Вина несмешанного кимбий выдула!

Дионис Самосский в шестой книге сочинения "О Кикле" полагает, что кимбий - то же самое, что киссибий [FHG.II.10; выше 477d-e] и что Одиссей подал киклопу именно кимбий, наполненный [несмешанным вином] - потому что киссибий, названный у Гомера, не мог быть мал: в противном случае такой великан не опьянел бы так скоро, выпив из него трижды. О кимбий упоминает и Демосфен, когда в речи против Мидия [XXI. 158] говорит, что тот не расставался с ритонами и кимбиями. {119} И там же [Ibid. 133]: "Он ехал в седле со спинкой из эвбейской Аргуры и вез с собою платья, кимбий и кады, отобранные [позднее] у него сборщиками пятидесятой доли". [f] И еще в речи против Эверга и Мнесибула ["Речи" XLVII.58]. Грамматик Дидим пишет [Schmidt 75], что эта чаша высокая и узкая с виду, как ладья, называемая "кимбою". Анаксандрид в "Крестьянах" [Kock.I. 136]:

{119 ...не расставался с ритонами и кимбиями. — У Демосфена говорится, что Мидий нарочито говорит о них.}

- Вас оглушили, верно, эти здравицы,

Что пили вы громаднейшими чашами,

Да кимбий еще с вином несмешанным.

- Куда там оглушили! Опрокинули!

Алексид во "Всаднике" [Kock.I.328]:

- А с золотыми девичьими лицами

Там были разве кимбии?

(482) - И кимбии,

Свидетель, Зевс.

- О горе мне, несчастному!

64. Однако Эратосфен в послании к Агетору Лаконскому представляет кимбий сосудом, похожим на киаф [Bernhardy 201, Macrobius V.21.10]: "Те же авторы удивляются, что он, не имея даже киафа, а только кимбий, приобрел однако себе фиал. Я думаю, это потому, что киаф служит нуждам человеческим, а фиал он приобрел, чтобы служить богам. В те времена еще не знали ни киафов, ни котил. В честь богов выставляли кратер, но не серебряный и не украшенный драгоценными камнями [b], а выделанный из колиадской глины, {120} и когда он был полон, то для богов совершали возлияние фиалом, а для себя потом черпали свежее вино кимбием, {121} как теперь у вас в Спарте на повзводных трапезах. И только если им хотелось пить сверх этого, они выставляли котилы, прекрасные и удобные для питья, однако сделанные все из той же глины". Эфипп говорит в "Эфебах" [Kock.II.255]: