Читать онлайн «История». Страница 105

110. М е л о с ц ы. Но они ведь могут послать нам и союзников. Ведь Критское море велико, и поэтому господствующему на нем флоту труднее захватить противника, чем последнему скрыться от него. Если же лакедемонянам не удастся помочь нам на море, они могут напасть на вашу землю и на ваших союзников (еще оставшихся у вас после похода Брасида). Тогда вам придется воевать уже не за чужую страну, но за союзную область и вашу собственную землю.

111. А ф и н я н е. Если действительно случится что-либо подобное, то для нас это не будет неожиданностью, да и вам по опыту известно, что афиняне еще никогда не снимали осады из страха перед врагом в другом месте. Мы замечаем, однако, что несмотря на то, что вы, по вашим словам, желаете договориться о спасении вашего города, вы в этой долгой беседе вовсе не упомянули о средствах спасения, на которые люди обычно рассчитывают. Ваша крепчайшая опора — это надежда на будущее. Ваши собственные силы слишком слабы в сравнении с противостоящей вам теперь мощью, которую вам не одолеть. Поэтому с вашей стороны было бы весьма неразумно, отсылая нас, не принять более здравого решения. Вы не поддадитесь, конечно, тому ложному чувству чести, которое в явных и несущих позор и опасность положениях чаще всего толкает людей на гибель1. Действительно, многие заранее видели, что им предстоит, но так называемое чувство чести соблазнительной силой этого слова довело их до того, что они, склонившись перед ним, попадали в непоправимые беды, а затем прибавляли к ним еще больший позор, скорее из-за своего постыдного безрассудства, чем в силу неблагоприятных обстоятельств. Итак, будьте же благоразумны и остерегайтесь этого. Не думайте, что противоречит нашей чести отказ от сопротивления великой державе, которая выставляет умеренные требования, заключающиеся в том, чтобы вы присоединились к союзу с нею (с уплатой дани), сохраняя владение своей землей. Если вам предлагают выбор: война или безопасность— не настаивайте из упрямства на худшем. Ведь те, кто не уступает равным себе, с могущественными ведет себя благоразумно, а со слабыми — умеренно, преуспеют более всего. Итак, после нашего ухода всесторонне обсудите положение и подумайте, что вы решаете судьбу отечества, преуспевание или гибель которого теперь всецело зависит от единого вашего решения.

1 В подлиннике софистическая игра одинаково звучащими понятиями.

112. Затем афиняне покинули собрание. Мелосцы же, оставшись одни, посоветовались между собой и приняли решение в том же смысле, как они высказывались уже раньше во время переговоров с афинянами, и отвечали так: «Афиняне! Наше мнение и воля неизменны, и мы не желаем в один миг отказываться от свободы в городе, существующем уже 700 лет1. Полагаясь на судьбу, до сих пор по божественной воле хранившую нас, и на помощь людей и в их числе лакедемонян, мы попытаемся сохранить нашу свободу. Мы предлагаем вам мир и дружбу, но в войне желаем остаться нейтральными и просим вас покинуть нашу страну, заключив приемлемый для обеих сторон договор».

1 Со времени дорийского переселения под предводительством Гераклидов.

113. Таков был ответ мелосцев. Афиняне же, считая, что на этом переговоры закончены, ответили им: «Итак, если судить по вашим решениям, то вы — единственные люди, для кого будущее достовернее настоящего, которое у вас пред глазами, и вы принимаете незримое за уже осуществляющееся, так как оно вам желательно. Предавшись всецело вере в лакедемонян и в судьбу, вы рискнули всем, но вы все и потеряете!»

К главам 85 — 113

Диалог с мелосцами отличается софистическим характером и весьма важен для выяснения взглядов самого Фукидида. Отношение Фукидида к мыслям, высказываемым персонажами диалога, неясно. Диалог, конечно, целиком фиктивный. От имени афинян, быть может, выступает Алкивиад, высказывающий популярные в то время взгляды софистов (например Калликла). Возможно, цель Фукидида — показать моральное вырождение афинян как результат бедствий войны и страшной эпидемии, дать контраст между высокими идеалами надгробной речи Перикла и открытым цинизмом его преемников. Обращаясь к согражданам, Перикл подчеркивает альтруистические аспекты политики афинян. В диалоге же афиняне (или Алкивиад) открыто высказывает свое «высокомерие» перед беззащитным маленьким островом и вскрывают «ослепление» своим могуществом (а на следующий год предпринимают свою роковую авантюру в Сицилии, которая приводит к возмездию—катастрофе). Фукидид исследует проблему мощи и господства афинян (которое кажется ему удивительным). Он убежден теперь, что отношение афинян к подвластным союзникам было жестоким и несправедливым. Весь этот пассаж написан, вероятно, уже после катастрофы 404 г. (ср.: Gomme A. W. IV, 182–187).

114. Затем афинские послы возвратились в свой лагерь. А так как мелосцы не пошли ни на какие уступки, то афинские военачальники тотчас же открыли военные действия: распределив осадные работы между отдельными городами, они окружили мелосцев осадной стеной. Потом афиняне снова отступили с большой частью войска, оставив гарнизон из граждан и союзников. Оставшиеся продолжали осаду города с моря и с суши.

115. Приблизительно в то же время аргосцы совершили набег на Флиунтскую область1, но, попав в засаду, устроенную флиунтцами и аргосскими изгнанниками, потеряли до 80 человек. Афинский гарнизон в Пилосе2 захватил большую добычу у лакедемонян. За это лакедемоняне, не отказываясь от мирного договора3, открыли военные действия. Они приказали объявить, что любому лакедемонянину разрешается совершать грабительские набеги на афинян. Затем коринфяне из-за каких-то своих частных распрей начали войну с афинянами4. Прочие пелопоннесцы оставались в покое. Мелосцы ночным нападением захватили часть афинской осадной стены близ лагерного рынка, перебили несколько человек из афинской стражи и ввезли в город сколько могли хлеба и другого продовольствия. Затем мелосцы отступили и больше вылазок не возобновляли. После этого афиняне установили более строгую охрану стены. Так окончилось лето.

1 Cм. V83,3.

2 Зимой 419/18 г. афиняне вернули мессенцев из Крайнев в Пилос для партизанских набегов на Лаконию.

3 Cм. V25,3.

4 Коринф не заключал ни перемирия, ни мирного договора и фактически был в состоянии войны с Афинами.

116. Следующей зимой лакедемоняне собрались походом на аргосскую землю, но возвратились домой ввиду того, что пограничные жертвоприношения оказались неблагоприятными. Эти сборы лакедемонян дали повод аргосцам подозревать некоторых граждан в городе в сочувствии лакедемонянам. Часть подозреваемых была схвачена, а другим удалось бежать. Около этого же времени мелосцам удалось захватить другую плохо охраняемую часть осадной стены афинян. После этого из Афин на помощь осаждающим прибыли новые подкрепления под начальством Филократа1, сына Демея. Теперь афиняне всеми силами энергично принялись за осаду, и к тому же в среде самих осажденных завелась измена. Поэтому мелосцам пришлось сдаться на милость победителей2. Афиняне перебили всех взрослых мужчин и обратили в рабство женщин и детей. Затем они колонизовали остров, отправив туда 500 поселенцев.

1 О нем ничего не известно.

2 По Гесихию и Суде, мелосцам пришлось сдаться от голода.

1. Той же зимой афиняне решили снова, на этот раз с более значительными силами, чем прежде1, под начальством Лахета и Евримедонта, идти морским походом на Сицилию и, если возможно, покорить остров. О величине Сицилии и численности ее эллинского и варварского населения большинство афинян не имели никакого представления2 и даже не подозревали, что предпринимают войну почти столь же тягостную, как пелопоннесская. Путешествие вокруг Сицилии на купеческом корабле занимает около 8 дней3, и при такой величине остров отделен от материка проливом шириной всего лишь около 20 стадий4.

1 В 427 г. афинская эскадра под начальством Лахета насчитывала 20 кораблей (III86,1). Зимой 426/25 г. Лахет был заменен Пифодором (III115,2), а весной 425 г. была отправлена в Сицилию эскадра под командой Евримедонта и Софокла в составе 40 кораблей (IV 2,2). Уже тогда цель афинян была покорить остров (IV 65,3).

2 По Плутарху (Plut. Nic. 12,1), афиняне оживленно обсуждали поход в Сицилию.

3 Расстояние около 930 км. Скорость гребных судов в эпоху Фукидида составляла днем около 7.1 км в час (Gomme A. W. IV 197).

4 В самом узком месте ширина пролива 2.8 км. Ср. III86,4; IV 48,6; 65,3,

21. Уже в древности весь остров был заселен различными народностями. По преданию, древнейшими обитателями Сицилии были жившие в одной ее части киклопы и лестригоны2. Кто они были родом, откуда прибыли и куда потом ушли, я ничего не могу сообщить. Поэтому следует удовлетвориться рассказами поэтов и тем, что каждому так или иначе известно об этих народностях. После них первыми на острове, видимо, поселились сиканы3. По их собственным утверждениям, сиканы обитали на острове еще до киклопов и лестригонов как коренные жители. Однако в действительности они — иберийцы4, вытесненные лигиями5 из области на реке Сикане6 в Иберии. По их имени остров назывался тогда Сиканией7, а еще ранее — Тринакрией8. Впрочем, сиканы еще и поныне живут в западной части острова. После взятия Илиона9 троянцы, которым удалось спастись от ахейцев, прибыли на кораблях к Сицилии. Там они поселились по соседству с сиканами, и затем все вместе стали называться элимами10. Их города — Эрике11 и Эгеста12. Вместе с ними поселилось и небольшое число фокидцев13, которых сначала отнесло бурей в Ливию14, а затем в Сицилию. Что до сикулов15, то они, спасаясь от опиков16, переправились в Сицилию из Италии (где они раньше жили). Пролив они переплыли, согласно правдоподобному преданию, на плотах, выждав благоприятного ветра (а быть может, также и на других судах). В Италии и теперь еще живут сикулы, и от имени одного их царя — Итала — страна стала называться Италией17. Сикулы прибыли в Сицилию с многочисленным войском и, победив в сражении сиканов, оттеснили их на юг и запад острова, и поэтому остров вместо Сикании получил новое название Сицилии. Сикулы заняли лучшую часть страны лет за 300 до прихода эллинов18 и поныне еще обитают в центре и на севере острова. Кроме того, были повсюду на острове поселения финикийцев19. Для торговли с сикулами они основали свои фактории на мысах и прибрежных островках у Сицилии. Когда стали чаще прибывать в Сицилию морем эллины, финикийцы покинули большую часть острова. Они объединились в союз и поселились поблизости от элимов (на помощь которых они рассчитывали) в Мотие20, Солоенте21 и Панорме22, откуда могли кратчайшим путем23 достичь Карфагена24. Вот сколько было варварских народностей в Сицилии и каким образом они поселились на острове.