Читать онлайн «Историческая библиотека». Страница 357

82. (1) На левом крыле, где он сам собирался принять участие в бою, он первыми расположил двести отборных всадников из своей охраны, среди которых были и все его друзья и, в частности, Пифон, который участвовал в походах Александра и был назначен Антигоном сокомандующим и соучастником в общем предприятии[43]. (2) Как авангард он выстроил три отряда кавалерии и столько же в для защиты фланга, и в дополнение к ним были размещены отдельно вне крыла три отряда тарентинцев[44]; таким образом тех, кто были поставлены под его личное командование, насчитывалось до пятисот всадников вооруженных копьями и сто тарентинцев. (3) Следом он разместил конницу, которую называли "друзьями", в количестве восемьсот человек, и после них не менее полутора тысяч всадников всех видов. В передней части крыла он разместил тридцать своих слонов, и он заполнил промежутки между ними подразделениями легковооруженных людей, среди которых тысяча метателей дротиков и лучников и пять сотен персидских пращников. (4) В такой форме он составил левое крыло, которым он намеревался решить исход боя. Рядом с ним он построил пешую фалангу, состоящую из одиннадцати тысяч человек, из которых две тысячи были македоняне, одна тысяча ликийцев и памфилийцев, и восемь тысяч наемников. На правом крыле он поставил всю свою остальную конницу, полторы тысячи человек под командованием Андроника. Этот командир получил приказ отвести свою линию назад под углом и избегать боя, ожидая исхода схватки, которую будет вести Деметрий. Тринадцать других слонов он разместил перед фалангой пехоты с необходимым дополнением легкой пехоты в интервалах. Таким вот образом Деметрий выстроил свою армию.

83. (1) Птолемей и Селевк сначала усилили левый фланг своего построения, не зная намерений противника, но когда от разведчиков они узнали принятое им построение, они быстро перестроили свою армию таким образом, чтобы их правое крыло имело наибольшую силу и мощь и было сопоставимо против строя левого крыла Деметрия. Они перебросили на это крыло три тысячи сильнейших кавалеристов, вместе с которыми они сами решили сражаться. (2) По фронту этой позиции они разместили людей, которые должны были разложить приспособление[45] из железа с шипами и связанное цепями, которое они приготовили против наступления слонов, ибо, когда это изобретение было растянуто, оно легко препятствовало зверям двигаться вперед. (3) Перед этим крылом они также разместили свои легко-вооруженные отряды, приказав метателям дротиков и лучникам стрелять не переставая в слонов и в тех, кто находился на них. Когда они усилили свое правое крыло таким образом и построили остальную свою армию как позволяли обстоятельства, они двинулись на врага с сильным криком.

Их противники также пошли вперед; и сначала был конный бой на краях флангов между отрядами передовой стражи, в котором люди Деметрия были намного лучше. (4) Но чуть позже, когда Птолемей и Селевк обошли вокруг фланга и обрушились на них всей тяжестью кавалерии, поставленной в глубине, там был упорный бой вследствие рвения обеих сторон. (5) В первой атаке, в самом деле, сражались копьями, большая часть которых сломалась, и многие из сражающихся были ранены; а затем, возобновив борьбу, люди бросились в бой с обнаженными мечами, и, так как они были стеснены в плотном бою, много было убитых с каждой стороны. Истинные начальники, подвергая опасности себя на глазах у всех, поощряли своих подчиненных стойко противостоять опасности; а всадники на флангах, все отобранные за храбрость, соперничали друг с другом, так как свидетелями их доблести были стратеги, которые делили с ними ратные труды.

84. (1) После того как кавалерийское сражение шло долгое время на равных, слоны, погоняемые на бой их индийскими погонщиками, выдвинулись вперед на определенное расстояние, внушая ужас на своем пути, как будто никто не мог сопротивляться им. Когда, однако, они подошли к заграждению с шипами, метатели дротиков и лучники, которые неустанно посылали свои снаряды, стали наносить опасные раны самим слонам и тем, кто был верхом на них, (2) и пока погонщики заставляли зверей идти вперед и использовали свои стрекало, некоторые слоны накололись на искусное приспособление с шипами и, мучимые ранами[46] и сосредоточенными усилия нападавших, стали причиной беспорядка. (3) Ибо на ровной и мягкой почве эти звери в лобовой атаке показывают, что они могут быть неодолимыми, но на местности грубой и трудной их сила полностью бесполезна, из-за нежности их ног. (4) Таким образом, и в этом случае, так как Птолемей дальновидно предвидел, что будет в результате установки шипов, он сделал силу слонов бесполезной[47]. (5) Конечный результат был в том, что, после того как большинство погонщиков были застрелены, все слоны были захвачены. Когда это произошло, большинство из всадников Деметрия запаниковали и обратились в бегство; а сам он остался с немногими, и затем, поскольку никто не обращал внимания на него, когда он просил каждого из них остановиться и не покидать его, был вынужден оставить поле сражения с остальными. (6) Теперь что касается Газы, большинство его кавалеристов, которые следовали с ним, слушались приказов и оставались в строю, так что никто из преследователей не отваживался на беспорядочные необдуманные нападения, ибо равнина была открытая и твердая, и благоприятствовала людям, которые желали отступать, соблюдая строй. (7) Туда же следовали те из пехотинцев, которые предпочли оставить свои ряды, и, отказавшись от своего тяжелого оружия, спасали себя, двигаясь налегке. Но так как Деметрий проходил Газу примерно во время заката, некоторые из кавалеристов отсоединились, и вошли в город, так как они хотели забрать свое имущество. (8) Тогда, когда ворота были открыты, и большое количество вьючных животных были собраны вместе, и когда каждый пытался привести своих собственных животных первым, возникла такая путаница вокруг ворот, что, когда подошли войска Птолемея, никто не мог закрыть ворота в это время. Отсюда враг кинулся за стены, и город перешел во владение Птолемея.

85. (1) После битвы, закончившейся таким образом, Деметрий достиг Асота примерно к полуночи, преодолев двести семьдесят стадий[48]. Оттуда он послал вестника о захоронении павших, так как он очень хотел любой ценой почтить память погибших погребением, которое им полагалось, (2) ибо так случилось, что большинство его друзей погибли, самым выдающимся из которых был Пифон, который исполнял командование на равных условиях с ним, и Беот, который в течение долгого времени жил у его отца Антигона, и посвящался во все государственные тайны. (3) В том бою пало более пятисот человек[49], из которых большинство были кавалеристы и люди значительные, и более восьми тысяч были захвачены в плен. Птолемей и Селевк разрешили забрать мертвых, и они вернули Деметрию без выкупа захваченное царское имущество, и тех из пленных, которые обычно состояли при дворе; ибо, по их словам, это было не из-за того, что они находятся в разногласии с Антигоном, а потому, что, хотя он и они вели совместно войну сначала против Пердикки, а затем против Эвмена, он не передал своим союзникам их долю захваченных земель, и опять-таки, потому что, после установления договора о дружбе с Селевком, он, тем не менее отнял у него сатрапию Вавилонию в противоречии с правом. (4) Птолемей послал пленных солдат в Египет, приказав распределить их по номам, но сам он, после великолепных похорон погибших в бою своих людей, пошел с войском против городов Финикии, осадил некоторые из них и приобрел другие убеждениями. (5) Деметрий, так как у него не было достаточно сильной армии, послал гонца к отцу, прося его помочь ему как можно быстрее. Он сам, двигаясь в Триполис в Финикии, вызвал солдат из Киликии, а также тех из своих прочих людей, которые охраняли города или крепости далеко от врага.

86. (1) Птолемей, после того как он овладел страной, первым делом привлек Сидон на свою сторону, а потом, став лагерем возле Тира, он убеждал Андроника[50], командира гарнизона, сдать город, обещая дать ему богатые подарки и почести. (2) Андроник, однако, заявил, что никоим образом не предаст доверия, которое было оказано ему Антигоном и Деметрием, и низко оскорбил Птолемея. Позже, когда его солдаты подняли мятеж, он был изгнан из города, и попав в руки Птолемея, ожидал получить возмездие как за оскорбления, так и за свое нежелание сдать Тир. Но в действительности Птолемей не таил злобы, а, напротив, он одарил его и держал его при дворе, сделав его одним из своих друзей и отличал его почестями. (3) Ибо в самом деле, этот государь был исключительно кроток и склонен к добрым делам. Именно этим свойством он более всего возвысил свою власть и поэтому множество людей желали приобрести его дружбу[51]. (4) Например, когда Селевк были изгнан из Вавилонии, он получил его дружбу[52]; и он поделился своим богатством с ним и с прочими его друзьями. (5) И на этот раз также, когда Селевк попросил дать ему солдат для похода в Вавилонию, он с готовностью согласился, и, кроме того, он обещал помочь ему во всех отношениях, до тех пор пока он не вернет сатрапии, которые раньше принадлежали ему.