Читать онлайн «Историческая библиотека». Страница 331

62. (1) При неожиданном и внезапном усилении власти Эвмена, Птолемей с флотом отправился в Зефирий в Киликии, послал к командирам среброщитников, увещевая их отвернуться от Эвмена, которого все македоняне приговорили к смерти[34]. (2) Аналогично, он послал к командирам гарнизона в Кинде[35], клятвенно уговаривая их не выдавать каких-либо денег Эвмену, и обещал им полную безопасность. Но никто не обращал на него никакого внимания, потому что цари и Полиперхонт, их опекун, а также Олимпиада, мать Александра, написали им, что они должны служить Эвмену во всех отношениях, так как он был главнокомандующим всего царства. (3) Антигон, в частности, был недоволен возвышением Эвмена и значительностью власти, что в настоящий момент тот сосредоточил в своих руках, ибо он предполагал, что Эвмен был подготовлен Полиперхонтом как сильный противник ему, так как он взбунтовался против монархии. (4) Решив, таким образом, организовать заговор против Эвмена, он выбрал Филоту, одного из своих друзей, и дал ему письмо, которое он написал среброщитникам и другим македонянам, служивших Эвмену. С ним он также направил тридцать других македонян, назойливых и словоохотливых людей, которым он поручил встретиться отдельно с Антигеном и Тевтамом, командирами среброщитников, и через них и организовать какой-либо заговор против Эвмена, обещая большие подарки и большие сатрапии. Антигон также сказал им, чтобы они общались со своими знакомыми и согражданами среди среброщитников и заручились их поддержкой для заговора против Эвмена, подкупив их взятками. (5) Тогда, хотя они были не в состоянии убедить кого-либо другого, Тевтам, глава среброщитников, был подкуплен и взялся убедить своего товарища по должности Антигена, вступить в предприятие. (6) Антиген, однако, был человеком большой проницательности и верности, не только выступил против этого, но он даже переубедил человека, который был подкуплен; ибо он доказал ему, что для его пользы будет лучше, чтобы Эвмен, а не Антигон оставался жив. (7) Последний, в действительности, если он станет сильнее, заберет их сатрапии и поставит кого-либо из своих друзей на их места; Эвмен, однако, так как он был иностранцем, никогда бы не осмелился продвигать свои собственные интересы, но, оставаясь стратегом, будет относиться к ним как к друзьям, и если они будут сотрудничать с ним, он будет защищать их сатрапии для них и, возможно, даст им другие. Поэтому те, кто придумывали заговоры против Эвмена, потерпели неудачу, как описано.

63. (1) Когда же Филота передал начальникам письма, которые были адресованы всем в общем, среброщитники и другие македоняне собрались в частном порядке без Эвмена и приказали читать письмо. (2) В нем Антигон обвинял Эвмена и призывал македонян схватить Эвмена и немедленно предать его смерти. Если они не сделают это, писал он, то он пойдет со всей своей армией войной против них, и что на тех, кто откажется подчиниться, он наложит подходящее наказание. (3) При чтении этого письма командиры и все македоняне оказались в большом недоумении, потому что было необходимо либо быть на стороне царей и получить наказание от Антигона, либо подчиняться Антигону и понести наказание от Полиперхонта и царей. (4) Пока войска находились в этом запутанном состоянии, вошел Эвмен и, прочитав письмо, призвал македонян следовать указам царей, а не слушать того, кто стал бунтарем. (5) Он обсудил много вопросов, имеющих отношение к теме и не только освободил себя от непосредственной опасности, но также получил большую благосклонность массы, чем раньше.

(6) Так Эвмен, в очередной раз избежав непредвиденной опасности, неожиданно усилил свою собственную власть. Поэтому он приказал солдатам оставить лагерь и повел их в Финикию, желая собрать корабли из всех городов и сформировать значительный флот, так чтобы Полиперхонт, присоединив финикийские корабли, мог владычествовать над морем и был в состоянии безопасно переправить македонскую армию в Азию против Антигона, когда бы хотел. Поэтому он остался в Финикии подготавливая морские силы[36].

64. (1) Между тем Никанор, начальник Мунихии[37], узнав, что Кассандр бежал из Македонии к Антигону и, что Полиперхонт, как ожидается, скоро придет в Аттику со своей армией, просил афинян продолжить поддерживать Кассандра. (2) Никто не санкционировал, но все считали необходимым избавиться от гарнизона как можно скорее. Никанор поэтому сначала обманул народное собрание и убедил подождать несколько дней, сказав, что Кассандр будет делать то, что было бы на пользу городу, и тогда, в то время как афиняне оставались бездеятельными в течение короткого времени, он тайно ночью ввел солдат в Мунихий, незначительное число, так чтобы сил там было достаточно для поддержания охраны и борьбы против любого, кто взялся бы осаждать гарнизон. (3) Афиняне, когда узнали, что Никанор действует бесчестно, послали посольство к царям и Полиперхонту, прося их оказать помощь в соответствии с указом, который был ими издан, касающийся автономии греков[38], и они сами, проводя частые заседания Совета, решили, что должно быть все сделано для войны с Никанором. (4) Пока все они были заняты в этих спорах, Никанор, который нанял много наемников, сделал тайную ночную вылазку и взял стены Пирея и заграждения гавани. Афиняне, которые не только не смогли вернуть Мунихий, но и потеряли Пирей, разозлились. (5) Поэтому они выбрали в качестве посланников некоторых из видных граждан, которые были друзьями Никанора - Фокиона, сына Фоки, Конона сына Тимофея[39], и Клеарха, сына Навсикла - и послали их к Никанору выразить недовольство тем, что он сделал и также просить его вернуть автономию в соответствии с указом, который был издан. (6) Никанор, однако, ответил, что они должны направить свою миссии к Кассандру, так как начальник гарнизона назначался Кассандром, сам он не имел полномочий на независимые действия.

65. (1) В это самое время пришло письмо Никанору от Олимпиады, в котором она приказывала ему вернуть Мунихий и Пирей афинянам. Так как Никанор слышал, что цари и Полиперхонт собирались вернуть Олимпиаду обратно в Македонию, доверить ей воспитание мальчика, и восстановить ее состояние и честь, которыми она пользовалась при жизни Александра[40], он испугался и обещал исполнить приказ, но избегал выполнение обещаний, постоянно оправдываясь.

(2) Афиняне, которые имели большое уважение к Олимпиаде в прежние времена, и теперь отнеслись с почетом при известии о ее настоящем содействии, и наполнились радостью, надеясь, что через ее расположение вернут свою автономию, может быть, без всякого риска. (3) Поскольку обещание все еще было невыполненным, Александр, сын Полиперхонта, прибыл в Аттику с армией. Афиняне считали, что он на самом деле пришел, чтобы вернуть Мунихий и Пирей народу; это, однако, было неверно, напротив, он пришел заинтересованный забрать их себе для использования в войне. (4) Тотчас некоторые афиняне, которые были друзьями Антипатра, одним из них был Фокион, опасаясь наказания в соответствии с законодательством, пошли к Александру и, показывая ему свою пользу, уговорили его забрать крепости себе, а не передавать их афинянам пока не будет побежден Кассандр. (5) Александр, который разбил свой лагерь недалеко от Пирея, не допустил афинян к своим переговорам с Никанором, но совещался с ним наедине и переговоры вел тайно, чем показал, что не намерен честно вести дела с афинянами. (6) Народ, вместе собравшись на собрание, отстранил от должности нынешних магистратов, заполнил должности людьми из крайних демократов[41], и они осудили тех, кто занимал эти должности при олигархии, установили смертную казнь для одних, изгнание и конфискация имущества для других, среди которых был Фокион, который занимал высшую должность при Антипатре.

66. (1) Эти люди, будучи изгнаны из города, бежали к Александру, сыну Полиперхонта, и стремились обеспечить свою безопасность своею честною службой. Они были хорошо встречены им, и посланы с письмом к его отцу Полиперхонту, убеждающем, что Фокион и его друзья не должны претерпеть зло, так как они поддерживали его интересы, и теперь обещают сотрудничают с ним во всех отношениях. (2) Афинский народ также послал посольство к Полиперхонту, выдвигая обвинения против Фокиона, и умоляя Полиперхона вернуть им Мунихий и восстановить автономию. Ныне Полиперхонт стремился занять Пирей гарнизоном, так как порт имел большое значение в удовлетворении потребностей войны, но, поскольку ему было стыдно за действия вопреки указу, который он сам издал, решив, что греки сочтут его вероломным, если он нарушит свое слово в самом известном городе, он изменил свои намерения. (3) Когда он выслушал посольство[42], он дал любезный ответ о дружеских отношениях к человеку, посланному народом, но он арестовал Фокиона и его спутников и послал их связанными в Афины, предоставив власти народа либо приговорить их к смертной казни, либо отклонить обвинения, как им заблагорассудится.