Читать онлайн «100 великих приключений». Страница 59

«Русская мусульманка» Изабелла Эберхарт

В октябре 1904 года на оазис Айн-Сафра на юге Алжира обрушился беспрецедентно сильный ливень. Мощные потоки воды смели глиняные жилища, под их обломками погибло много местных жителей, и среди них 27-летняя Изабелла Эберхарт-Трофимовская, подданная Российской империи.

Кто же она — Изабелла Эберхарт, что привело её в Алжир, бывший тогда французской колонией, где она обрела вечный покой на местном мусульманском кладбище?..

В алжирских газетах время от времени упоминалось имя этой женщины, называли её «казаком на сахарских просторах». Её происхождение было окутано завесой слухов. Утверждали, например, что она русская, которую похитил и вывез из России турецкий военный, или что она дочь французского поэта Рембо… Неясность усиливалась тем, что сама Эберхарт — способный литератор — подписывала свои произведения различными псевдонимами, в том числе Николай Подолинский, Марьям, Махмуд Аль-Москобий (Махмуд из Московии) и другими.

Родилась Изабелла действительно в России. Её мать Наталья Эберхарт была выдана замуж за генерала Карловица фон Мердера, служившего в Петербурге в 70-х годах XIX века. В один из дней в доме генерала появился новый воспитатель — 44-летний Александр Трофимовский. Бывший православный священник, он был человеком широко образованным, владел тремя иностранными языками. Дети генерала — их было четверо — быстро привязались к новому наставнику, а их мать Наталья даже влюбилась в него. Вскоре жена стареющего генерала сбежала с воспитателем за границу, забрав с собою детей. Беглецы нашли приют в Швейцарии. После смерти генерала они оформили законный брак. У Натали за границей родилось ещё двое детей, младшей девочке дали имя Изабелла.

Её детство прошло на «Вилла нова» в Женеве. В семье, где говорили на трёх языках, она получила разностороннее образование, серьёзно увлекалась литературой. В 18 лет девушка опубликовала в одном из парижских журналов свои первые рассказы. Сюжеты некоторых из них навеяны Востоком, традициями туземного населения Северной Африки. Богатое воображение и пылкая фантазия побудили Изабеллу к глубокому изучению этого региона. Она завязала переписку с видными учёными и тогдашней «туземной элитой», усердно учила арабский язык. Одним из её корреспондентов стал Али Абдалла Ваххаб из Туниса — выходец из древнего аристократического рода, окончивший мусульманский университет Аз-Зейтун.

В своих письмах тунисцу девушка делится своими мыслями об исламе и мусульманской культуре, испрашивает советов. В одном из писем она, в частности, пишет: «Я хотела бы навечно остаться жить в мире ислама и посвятить свою жизнь служению ему». Это не были пустые слова. В середине 1897 года Изабелла вместе с матерью выезжает в Алжир и поселяется в приморском городе Аннабе.

Алжир в конце XIX века живёт как бы в двух измерениях: комфортабельный европейский мир и отсталый туземный. Но Изабелла не стремится войти в европейское колониальное общество. Больше того: она делает шаг, который шокирует окружающих, — принимает ислам.

В один из дней она участвует в торжествах по случаю открытия мусульманской школы в расположении бедуинского племени хариси, кочевавшего в горном районе неподалёку от Аннабы. «Нас было примерно 200 всадников на горячих бедуинских конях, — описывает этот эпизод Изабелла в своём письме. — Мы неслись галопом по равнине под оглушительные раскаты выстрелов из старинных ружей-мушкетов. По пути к нам присоединялись всё новые всадники, молодёжь из местных дуаров… По прибытии нас ждала палатка с арабскими угощениями, песнями и танцами. Вечером мы хором читали и повторяли суры из Корана…»

У девушки зреют различные планы. То она собирается поступить в мусульманский институт или университет Аз-Зейтун в Тунисе. То хочет сама создать школу в Тунисе или Алжире для местных девочек. Однако этим намерениям не было суждено сбыться. Вскоре её мать тяжело заболевает и перед своей кончиной принимает ислам. Её хоронят по исламскому обряду на местном мусульманском кладбище под именем Фатима Манубия.

Изабелла возвращается в Женеву, где застаёт своего отца смертельно больным. После кончины Александра Трофимовского она остаётся одна. Материальное положение когда-то богатой семьи расстроено, между её членами начинается судебная тяжба из-за наследства. В такой атмосфере девушка решает окончательно порвать с Европой, прежним образом жизни и переселиться в Алжир.

Она много ездит по стране, странствует с караванами по необъятной Сахаре. Для удобства передвижения и общения нередко выдаёт себя за юношу под именем Махмуд и носит мужской бедуинский костюм. Её не останавливают суровый климат, изнуряющее солнце, песчаные бури. Путешественница довольствуется горстью сухих фиников и миской похлёбки, спит под открытым небом. Девушке, воспитанной на вилле в Женеве, где каждый её чих вызывал панику близких, приходится нелегко. Временами её материальное положение было столь тяжёлым, что девушке приходилось переписывать на рынках прошения неграмотных арабов или даже просить подаяние. «Эта трудная жизнь в пустыне формирует во мне человека действия, спартанский образ жизни помогает мне выжить», — отмечает она в своих записях.

Наконец девушке удаётся установить связи с рядом алжирских газет. Она посылает в редакции свои репортажи из сахарской «глубинки», где описывает быт и традиции жителей пустыни. Изабелла не остаётся равнодушной к проблемам коренного населения. Так, в одном из своих очерков она смело встаёт на защиту восставших земледельцев, против которых властями был устроен показательный судебный процесс.

В одном из своих писем тунисцу А. Ваххабу девушка с российскими корнями делится своими размышлениями о сути духа ислама и внешней стороне веры. «Быть мусульманкой, — пишет она, — не обязательно носить покрывало и закрываться. Эти меры были продиктованы мусульманкам с тем, чтобы обезопасить их от возможного падения и сохранить свою чистоту… Для меня ислам это не смена костюма, как делают это некоторые, подстраивающиеся под арабов, а самая высокая религия».

На территории Алжира, да и всей Северной Африки с давних пор и по сей день бытует особая форма ислама — суфийские братства. Во главе этих сект мистического толка стояли местные святые — марабуты, жившие в укреплённых часовнях-рибатах. В каждой области были свои братства и их шейхи, проповедовавшие аскетизм и добровольную бедность и оказывавшие большое влияние на население. У суфиев была и до сих пор существует система общения с Всевышним путём постоянных упражнений, в том числе посредством воздержания от удобств жизни и самосозерцания.