Читать онлайн «Легенды о самураях. Традиции Старой Японии». Страница 81

В «Сё-рэй Хикки», книге, откуда даются выдержки в переводе, есть упоминание о церемонии присвоения ребенку имени; далее следует перевод из древнего японского свитка.

На седьмой день после рождения ребенок получает свое имя. Эта церемония называется «поздравления седьмой ночи». В этот день один из родственников, который занимает высокое положение в обществе, либо имеет высокий чин, либо обладает выдающимися достоинствами, выбирает имя ребенку, которым его называют до тех пор, пока не наступает время выбривания лба, тогда он берет имя, которое будет носить, когда станет мужчиной. Это второе имя называется эбосина,[147] «шапочное имя», которое состоит из слогов, взятых от древнего родового имени и имени покровителя. Если покровитель после этого берет другое имя, ребенок, названный в честь него, также должен сменить имя. Например, Минамото-но Ёсицунэ, знаменитый воин, ребенком носил имя Усивакамару. Когда он вырос и стал мужчиной, его назвали Курд, а его настоящее имя было Ёсицунэ.

При смерти родителей траурные одежды шьют из грубого пенькового полотна, и на протяжении всего периода траура их следует носить и днем и ночью. Поскольку похороны родителей являются самой важной церемонией, через которую каждый проходит в жизни, чтобы не было замешательства, когда это случается, должно нанять знающего человека, который обучит надлежащим обрядам.

Больше всего остального порицается сжигание мертвых: их следует предать земле без сжигания. Церемониям, соблюдаемым на похоронах, следует обучиться до того, как возникнет случай применить их на практике. Если у человека нет ни отца, ни матери, ему наверняка придется хоронить других родственников, и поэтому не следует пренебрегать этими знаниями. Есть специалисты, которые выбирают счастливые дни и часы, а также счастливые места для захоронения мертвого, но это неправильно, и, когда они говорят о проклятиях, которые будут наложены на последующие поколения из-за несоблюдения этих благоприятных времени и места, они совершают большую ошибку. Конечно же нужно выбирать благоприятный день, чтобы избежать ветра и дождя, и люди могли похоронить своих мертвых, не отвлекаясь на что-то другое. Также важно выбрать подходящее кладбище, чтобы впоследствии могилу не разрушил дождь или люди, которые проложат через нее дорогу, чтобы это место не превратили в поле или не отдали под строительство. Если человека приглашают на похороны друга или соседа, ему следует избегать надевать красивую одежду или церемониальное платье, а если он следует за гробом, ему не следует громко разговаривать с человеком, идущим рядом с ним, так как это считается очень невежливым. И по возвращении с похорон, даже если и выдастся подходящий случай, не следует заходить в винные лавки или чайные дома.

Список людей, присутствующих на похоронах, должен быть написан на бумажных полосках, крепко связанных вместе. Он может быть написан как любой другой список, но должен начинаться не с правой стороны, как делается обычно, а с левой (как это принято в европейских книгах).

Во время похоронной службы в храме возжигают благовония перед табличкой, на которой написано имя, под которым усопший обретет спасение. Возжигатели благовоний, омыв руки, по одному входят в зал, где выставлена табличка с именем, и проходят половину пути к табличке, обратив лицо к ней и вынимая благовония, завернутые в бумагу, из-за ворота кимоно. Они держат бумагу в левой руке и, беря щепотку правой рукой, убирают пакетик в левый рукав. Если полка, на которую помещают табличку, находится высоко, человек, возжигающий благовония, чуть приподнимается из согнутого положения; если полка низко, он остается в согнутом состоянии, чтобы возжечь благовония, после чего делает три шага назад, с поклонами и приседаниями, а затем отходит на шесть футов и снова принимает согнутое положение, чтобы наблюдать, как сгорают благовония, и кланяется священнослужителям, сидящим в ряд под изображением своего святого, после чего он поднимается на ноги и покидает зал. Вплоть до времени возжигания благовоний на священника не следует обращать никакого внимания. На церемонии возжигания благовоний перед могилой со священнослужителем не здороваются. Пакетик для благовоний делается из тонкой бумаги, сложенной втрое в обе стороны.

Примечание. Причина, почему автор «Сё-рэй Хикки» так кратко касается похоронных церемоний, вероятно, в том, что эти обряды, будучи неизменно вверяемые буддийским священнослужителям, различаются в зависимости от секты, к которой принадлежат последние, а поскольку в Японии существует не менее пятнадцати буддийских сект, чтобы описать церемонии и обряды, практикуемые каждой сектой, потребуется много сил и времени. Если же буддизм будет изгнан из Японии, что, по-видимому, и случится, люди, вероятно, вернутся к древним обычаям, которые существовали до введения буддизма в VI веке. Какими были эти обряды, мне не удалось узнать.

Король-бездельник (фр.) (Здесь и далее примеч. пер.)

Гофмейстер или министр двора (фр.).

Речь идет о буржуазной революции конца XIX в.

Слово ронин буквально означает «человек-волна»; тот, кто беспокойно мечется туда-сюда, словно морская волна. Так обычно называли людей благородного происхождения, которым дозволялось носить оружие и которые, расставшись со своим феодальным господином по собственной воле, либо по воле господина, либо волею судеб, перемещались по стране на положении сомнительных странствующих рыцарей без явных средств к существованию, в некоторых случаях предлагали себя в наем к новому господину, в других – живя грабежами; или же, опускаясь на одну ступень ниже по социальной лестнице, начинали заниматься торговлей или становились простыми стражниками. Случалось, что человек становился ронином по политическим соображениям, чтобы его господина не могли счесть причастным к какому-нибудь кровавому преступлению, к которому он вынужден приложить руку. Иногда также люди становились ронинами и на некоторое время покидали родные места, до тех пор пока не смолкнут слухи о какой-нибудь переделке, в которую они попали, после чего они возвращались к своей прежней вассальной зависимости. Теперь же нет ничего необычного в том, что человек становится ронином на некоторое время и поступает на службу к иностранцам в открытых портах, даже на положение слуг в надежде, что они смогут приобрести языковые навыки и профессиональные знания европейцев. Известны случаи, когда люди не низкого происхождения вступали на такой путь из-за жажды новых знаний.

Дорин-то – мемориальный камень на кладбищах у буддийских храмов, состоящий из пяти камней различной формы – шар, прямоугольник и т. д. Простые мемориальные камни в виде короба называются сотоба.

Полный титул Тайкуна – сэй-и тай-сёгун «Великий полководец, карающий варваров». Стиль Тай Кун (Великого Принца) был заимствован, чтобы передать идею верховной власти иностранцам во время заключения договоров. Посольства, посылавшиеся от микадо из Киото в Эдо, чтобы сообщить сёгуну волю государя, принимали с императорскими почестями, и обязанность занимать посланников возлагалась на самураев высшего ранга. Титул сэй-и тай-сёгуна впервые стал носить Минамото-но Ёритомо в седьмом месяце 1192 г.

Советник – букв. означает «старейшина». Советники даймё были двух разрядов – каро, или «старейшина», передающаяся по наследству должность, занимаемая младшими сыновьями в семействе князя, и ёнин, или «человек дела», которые избирались за свои заслуги. Такие советники играли немалую роль в истории Японии.

Таби – шитые из плотной ткани носки с отделенным большим пальцем.

Самурай – человек, принадлежащий к букэ, или служивому сословию; ему дозволялось носить оружие.

Ханко – личная печать красного цвета с именем, которая служит аналогом подписи. Хранится в специальном дорогом футляре с подушечкой для красных чернил.

У японцев принято, когда их помыслы устремлены к жестокому поступку, цель которого, по их мнению, оправдывает средства, носить при себе документ, подобный приведенному выше, в котором излагаются мотивы, чтобы поступок был понятен после смерти.

Вакидзаси – японский короткий меч, или кинжал, длиной в 9,5 дюйма; края и кончик этого оружия острые, словно бритва. Имеется в виду кинжал, которым Асано Такуми-но Ками взрезал себе живот и которым Оиси Кураносукэ отрубил голову Коцукэ-но Сукэ.