Читать онлайн «Энциклопедия классической греко-римской мифологии». Страница 141

Миртил

В древнегреческой мифологии это имя носил сын Гермеса, возничий Эномая, царя Писы. Миртил обманным путем помог Пелопу победить Эномая в состязании на колесницах. За это Пелоп обещал ему половину царства Эномая и ночь с его доверью Гипподамией. Миртил заменил металлическую чему в колеснице Эномая восковой, а колесница поревернулась, а Эномай погиб. Перед смертью он проклял возницу, пообещав ему скорую смерть от руки Пелопа. Так и случилось, когда Пелоп не захотел делиться Гипподамией, он просто убил предателя. Наиболее распространённая версия мифа (Apollod. epit. II б-9) гласила, что Пелоп после победы сбросил Миртила в море у Герейского мыса (южная оконечность острова Эвбея), и связывала с этим название Миртойского моря (простиравшегося от восточного побережья Пелопоннеса до островов Андрос, Тенос и Парос). Наряду с этим (Paus. VIII 14, 10 след.) жители Феней в Аркадии показывали в своём городе могилу Миртила позади храма Гермеса, где Миртилу приносили ежегодную жертву как местному аркадскому герою. После смерти Миртил был превращён Гермесом в созвездие Возничего.

Троянский воин, соратник Гектора, а позже спутник Энея, его рулевой и трубач. Когда корабли Энея вошли в Кумскую бухту, Мисен стал похваляться, что он трубит лучше чем боги. В ответ на поверхность из морских глубин поднялся Тритон и затрубил так, что силою звука сбросил Мисена в море, где он в одночасье же и затонул. Мыс, на котором он был похоронен, стал называться Мисенским.

Этим именем в древнегреческой мифологии звали женщину, которая напоила изнывавшую от жажды богиню Деметру, когда та в поисках своей дочери Персефоны скиталась по земле. Деметра пила так жадно, что сын Мисмы, мальчик Аскалаб засмеялся над ней; в ответ разгневанная богиня, выплеснув на него остаток напитка, превратила его в крапчатую ящерицу. Аналогичную историю рассказывают об Абанте, сыне элевсинского царя Келея и Метаниры.

В древнегреческой мифологии этим именем звали одну из трех муз, культ которых ввели Алоады.

В древнегреческой мифологии Мнемоном звали слугу Ахилла, единственной обязанностью которого было напоминать хозяину в о материнском пророчестве: если он когда-либо убьет сына Аполлона, то и сам погибнет от руки Аполлона. Однако на пути их кораблей к Трое царь Тенес, объявлявший себя сыном Аполлона швырнул с берега в их корабль огромный камень. Увы, тогда-то Мнемон и забыл напомнить Ахиллу о материнском пророчестве. Ахилл не долго думая прыгнул в воду, доплыл до берега и поразил Тенеса ударом в сердце. Однако вернувшись на корабль и поняв, что он совершил, Ахил убил забывчивого слугу.

Отсюда развилась практика мнемоники или мнемотехника – ряд приемов для развития памяти (см. ниже).

Мнемоника (от греч. μνημη – память). – Под названием М. или мнемотехники подводятся различного рода приемы, способствующие искусственному запоминанию возможно большего числа представлений. Издавна делались попытки найти способы, которые облегчали бы запоминание. Уже древние народы и дикари знали уже целый ряд приемов, дававших точки опоры для памяти. Древние норвежцы вырезывали на деревянных дощечках особые значки для запоминания календарных и метеорологических моментов; древние римляне делали значки на ногтях для запоминания праздников и пр.; в наше время татуирование индейцев и других имеет мнемонический характер, как и столь часто употребляемые узелки, зарубинки и пр. В детских садах пользуются песнями для того, чтобы выучить детей грамматическим и арифметическим правилам и пр. Геродот находил зачатки мнемоники как искусства у египтян; но гораздо вероятнее, что мнемоника получила свое начало у греков. Основателем ее одни называют Пифагора, другие – Симонида. Гиппий, Теодект, Хармид и Метродор Сцепсий разрабатывали мнемонические приемы и в искусстве запоминания доходили до виртуозности. У греков мнемонику переняли и римляне. Цицерон и Квинтилиан интересовались М., изучали ее и даже рекомендовали своим ученикам, но не останавливались на ней настолько, чтобы заняться ее разработкой или усовершенствованием. Все вышеупомянутые древние авторы, занимавшиеся М., пользовались так назыв. топологическим методом, состоявшим в том, что какие-либо существующие или воображаемые места (корабли, комнаты и пр.) разделялись на 50—100 и более квадратов, или мест запоминания, причем с каждым из таких мест связывалось представление о каком-либо предмете. Метродор для мнемонических целей воспользовался 12 знаками зодиака, подразделив их на 360 мест, и т. д. В Средние века М. была совершенно заброшена; в VIII в. Алкуин в своей риторике писал, что ему ничего не известно относительно каких-либо методов, которые способствовали бы укреплению памяти. Только в ХIII ст. Рожер Бекон написал обстоятельное сочинение, трактующее об искусстве запоминания; оно хранится в рукописи в Оксфордском унив. Раймонд Люллий, Джордано Бруно, Винкельман и др., в период с XIII по XVIII ст., были усовершенствователями и пропагандистами М., которая, однако, не пускала глубоких корней. Из мнемонистов текущего столетия пользовался успехом священник из Белиц (вблизи Эйленбурга) Кестнер; он применял метод древних к изучению языков и сам отличался замечательно развитой памятью; написал «Mnemonik od. System der Gedachtnisskunst der Alten» (Лпц., 1804). Наибольшей популярности достиг барон Аретин, библиотекарь Национальной библиотеки в Мюнхене. Он написал ряд книг по М. и ввел на место древних мест запоминания буквы, комбинации которых должны были вызывать представление о предмете, подлежащем запоминанию. Он написал: «Systematische Anleitung zur Theorie u. Praxis der M.» (Зульцбах, 1810). В 20-х годах большим успехом пользовался француз Эме Пари, предложивший метод рефлексов. Его книжка «Principes et applications diverses de la mnemotechnie» в короткое время выдержала ряд изданий. Пари превращал числа в слова, вводя на место цифр согласные. Сам он обладал сильно развитой памятью. Поляк Язвинский и польский генерал Иосиф Бем, а также венгерец гр. Майлат не внесли ничего нового в М., но пропагандировали ее между своими соотечественниками. Датчанин Карл Отто, отчасти под псевдонимом Ревентлов, отчасти под своим именем, составил лексикон, руководство и пр. по М. Под его влиянием многие увлекались М., и она была даже введена во многих средних учебных заведениях. Его метод был основан на том, что наиболее легко и прочно запоминается все превратившееся в мысль и перешедшее в сознание, вследствие чего числа и слова были превращаемы им в целые фразы. Соч. его: «Lehrbuch der Mnemotechnik» (2 изд., Штутгарт, 1847) и «Worterbuch der M.» (ib., 1844). Коте различал, наряду с местной, или топической, М. древних и рефлекторной М., еще М. общую, основателем которой он был; последняя превращает все подлежащее запоминанию в образы. Соч. его: «Lehrbuch der M.» (2 изд., Гамбург, 1852), «Katechismus d. Gedachtnisskunst» (6 изд., 1887). Россия до последнего времени не знала у себя мнемонистов, хотя в период увлечения М. на Западе ею интересовались отчасти и у нас, напр. проф. Деллен (в Киеве), написавший «Kurzgefasste Geschichte und heutiger Standpunkt der Moemonik». В последнее время на книжном рынке появился ряд бездарных и безграмотных книжек по М. Для изучения, напр., иностранных языков предлагается отыскать русское слово, одинаково звучащее с иностранным, запомнить последнее и потом уже заучить его значение; так, французские слова:

adage – а даже = поговорка

herbe – герб = трава

demi – где мы = половина и т. д.

Для того, чтобы запомнить ряд имен, нужно составить из их начальных букв или слогов одно или несколько слов. Чтобы запомнить, напр., имена 9 муз, берутся начальные буквы, которые вместе составляют tum pekket, и по первой букве затем припоминается самое имя. Для запоминания чисел цифры заменяют буквами, а для того, чтобы легче было припомнить их числовое значение, берут слово, напр. т-р-у-д-о-л-ю-б-и-e, и сообразно с расположением в нем букв заменяют ими числовые величины: 1 = т, 2 = р, 3 = у, 4 = д, 5 = о, 6 = л, 7 = ю, п, 8 = б, 9 = i, и, 0 = е, ять, э. Если надо запомнить большое число, то составляется целая фраза из слов, начинающихся соответствующими буквами. Вообще необходимо заметить, что каждый человек создает для себя особенные мнемонические приемы. Истинный метод М. индивидуален; насколько в отдельных случаях остроумные мнемонические приемы могут быть уместны и даже полезны, настолько же стремление превратить М. в науку или искусство не имеет под собой никакой почвы.

Литература (кроме соч., упомянутых выше): Raphael Hellbach, «Die Kunst des vorzuglichen Gedachtnisses» (2 изд.); Dr. Ewald Hartenbach, «Die Kunst ein vorzugliches Gedachtniss zu erlangen»; Дмитревский, «К вопросу о школьной мнемонике» («Русская школа», 1895, 7, 8); Chavanty, «Histoire de la mnemonie, mnemonique ou mnemotechnie»; Weber-Rumpe, «Mnemonische Unterrichtsbriefe» (Бреславль, 1882); Derbal, «Empirische Psychologie» (4 изд., В., 1895); A. Gratacap. «Analyse des faits de memoire» (П., 1867). Компилятивная литература: Файнштейн, «Что такое мнемоника. Искусство укрепления памяти»; Слоущ, «Мнемотехника, или искусство укреплять память»; Беркович, «Полный курс мнемотехники» и др.