Читать онлайн «Истинно арийский попаданец. Книга 1_4». Страница 58

Столкнувшись с серьезными и не всегда понятными проблемами в процессе проведения наступательных операций, немецкое командование не имело ни возможности, ни достаточного желания уделять особого внимания проблемам тыловых подразделений ‑ только вперед ‑ серьезные, трудно объяснимые потери первых часов и дней требовали достаточной мотивировки в отчетах, направленных вышестоящим.

Только вперед.

Героически выдавливая этих упрямых и коварных русских с занимаемых ими позиций и не давая организовать оборону на лесистых, еще затопленных после весеннего разлива белорусских полях и перелесках.

Танки с черными крестами на башнях , вытаскивая друг друга, героически плыли по белорусской жирной грязи, стойко отражая атаки "отчаяния" разрозненных русских подразделений, появляющихся из неоткуда и исчезающих среди бесконечных заболоченных проток .

Измазанная с ног до головы пехота выталкивала из грязи грузовики, с так необходимыми на фронте боеприпасами или впрягалась в постромки завязшей в грязи легкой и средней артиллерии.

Только вперед ‑ еще немного и русские, как и другие недочеловеки перед этим, побегут, бросая оружие и тысячами сдаваясь в плен.

Только вперед ‑ дранг нах остен!

Немецкая армия, заполняя белорусские дороги сожженной неожиданными ударами с земли и с воздуха техникой, победоносно рвалась на восток.

Глава 2

Конец апреля 1941года

Кремлевский кабинет

А на войне, как на войне ...

Сталин повернулся к Шапошникову ‑ Борис Михайлович, у меня сложилось мнение, что военные недовольны решениями принятыми генеральным штабом!?

Да товарищ Сталин, многие товарищи считают, что проводимый нами отвод наших главных сил из под немецкого удара и тактика действия мелкими группами, или как они это называют тактика блошиных укусов, ни чем не обоснована.

Часть военных считает, что надо переходить к решительным действиям ‑ разорвав и окружив немецкие клинья, переходить к наступательной фазе войны.

Геста, который до этого сидел, устало забившись в угол, встревожено вздернул голову.

Сталин хитро на него посмотрел и продолжил ‑ скажите, Борис Михайлович, какое соотношения потерь у нас и немцев?

Шапошников озабоченно нахмурился, оценивая заданный вопрос ‑ наши потери на белорусском направлении, учитывая высокую интенсивность боевых действий, можно считать небольшими, реально мы больше теряем людей и, тем более техники, как результат не боевых потерь. Есть серьезные потери от немецкого артиллерийского огня дальнобойных орудий, но мы постепенно учимся с ними бороться.

Немецкие потери в авиации и техники намного значительней. Можно считать, что немецкая авиация, попав в хорошо подготовленные ловушки на брошенных аэродромах, потеряла до 70% ударной авиации и не менее 50% фронтовых бомбардировщиков.

Потери в истребителях у них не так значительны, но, учитывая, что мы изначально имели общее численное превосходство в воздухе и, за счет широкого использования радиосканеров, можем точно наводить на них группы перехватчиков, укомплектованных машинами последних комплектаций, можно считать, что мы добились превосходства в воздухе.

Были попытки прорваться в наши тылы машинами легиона "кондор" ‑ насколько я знаю, из под удара "звеньев" товарища Вахмистрова не ушел никто.

Потери немцев в танках и другой бронетехнике пока оценить очень трудно, у них, еще больше чем у нас, уровень не боевых, восполняемых потерь.

Хотя если исходить из результатов авиаразведки и принять достоверность отчетов людей Рокоссовского за 50%, то потери немцев в моторизованной технике составили не менее 40‑50%.

Сталин рассмеялся ‑ я смотрю, что товарищ Шапошников традиционно не доверяет рассказам товарища Рокоссовского.

... Шапошников рассмеялся ‑ очень хочется верить этим рассказам товарищ Сталин, но страшновато, уж больно там цифры приятные.

Гранатометчиками и легкой техникой, пусть даже при поддержки авиации натворить таких дел!? ‑ хотелось бы видеть подтверждение из независимых источников и по результатам фоторазведки.

... Ну что же ‑ это вполне резонное и технически решаемое желание.

Скажите, если бы мы в первые дни войны отступили от тактики "белорусское болото" и стали действовать в рамках традиционной тактики и старого плана военных действий, каково было бы соотношение наших и немецких потерь?

Учитывая ту силищу, которую они на нас бросили и, так же учитывая, что, даже зная примерную дату агрессии, мы физически не успевали перебросить с запада и развернуть в соответствии с мобилизационным планом, в столь короткие сроки, дополнительные дивизии ‑ наши потери были как минимум в два раза больше.

Это другой тип военных действий, товарищ Сталин, чем мы ранее предполагали.

Немцы молодцы ‑ даже в такой непростой обстановке: потери превосходства в воздухе; активные действия в их тылу террор групп и ночных бомбардировщиков; страшная распутица ‑ они сумели сохранить на высоком уровне управление войсками и организацию материально технического снабжения.

Сейчас их наступательные действия, в значительной мере сдерживаются только мобильными группами Рокоссовского, которые непрерывно рвут их правый фланг и, кроме этого, заставляют немцев, своими еженочными операциями, проводить все транспортные работы только в дневное время, что учитывая наше превосходство в воздухе очень чревато.

Сейчас, на белорусском фронте, сложилась парадоксальная ситуация ‑ днем немцы наступают, причем в достаточно высоком темпе, в отдельных случаях до пятидесяти километров день; ночью они вынуждены переходить к обороне и, если учесть, что мы, как правило, не даем им закрепиться на захваченных рубежах до наступления темноты ‑ эти пятьдесят километров быстро превращаются в 10‑15.

... Скажите Борис Михайлович когда вы планируете возможный выход немцев к Полоцкому УРу !?

Учитывая, что мы вполне успеваем подготовить к их приходу полевые укрепления Минской Дуги ‑ не ранее конца мая.

Сталин задумчиво прошелся по кабинету ‑ ... Так ли необходимо отдавать Минск ‑ мы будем иметь там на пути немцев полукольцо вполне законченных полевых укреплений; постоянную угрозу немецкому правому флангу со стороны армии Рокоссовского и, как утверждают многие наши военные, войска укрепрайона на расстоянии дневного броск, способные взять у Минска немецкую группировку в клещи.

Я не уверен, товарищ Сталин, что в свете той задачи, которая перед нами была изначально поставлена ‑ "война малой кровью" ‑ это будет оптимальный вариант.

Бросая значительную часть наших сил на оборону Минска, мы фактически поможем немцам добиться их самой главной на сегодняшний день задачи ‑ заставить нашу армию перейти к более привычной для них, традиционной тактике военных действий; дать возможность немцам подтянуть свои тылы и вынудить нашу армию начать изнурительные оборонительные бои в условиях, когда уровень сложности материально технического снабжения, и для нас и для них, будет как минимум одинаковый.

... Значит, вы считаете что к Минску немецкая армия подойдет сохраняя достаточно высокую боеспособность и, учитывая худшую организацию чем у немцев работы тыловых частей РККА, наши войска могут оказаться втянутыми в длительные, изнурительные бои с неясным исходом!?

Да, для немцев сейчас самое главное сохранить давления на нашу армию до прекращения весенней распутица и заставить тратить ресурсы на выгодных для них условиях.

Для них, оказаться с физически, морально и материально‑технически истощенной Группой войск Армии Центр перед нашими долговременными укреплениями, имея на растянутых, с разбитыми дорогами тыловых коммуникациях непрерывные действия припятьской группировки ‑ это самый нежелательный из вариантов.

... Хорошо, мы подумаем над этим.

А что мы имеем на Прибалтийском и Украинском фронтах!?

На прибалтийском направлении немцы особой активности не проявляют.

После того, как мы провели сплошное минирование Финского и Рижского заливов селективными минами с радио управлением режима свой‑чужой и, фактически, превратили Моонзундские острова в непотопляемые авианосцы, около которых, прямо через минные поля, непрерывно курсируют корабли Балтийского Флота, а Ригу через Западную Двину, в которую тяжелые речные мониторы могут заходить практически до Полоцка, объединили в единую оборонительную систему с Полоцким Уром, это направление, после нашего ухода из Восточной Литвы и сдачи Вильнуса, потеряло для немцев всякий интерес.

Вести там наступательные операции, при условии, что мы полностью контролируем морское и воздушное пространство, чревато для них слишком тяжелыми потерями ‑ с одной стороны вся территория Мамеля; Лиепая и Риги на глубину тридцати километров простреливается главными калибрами кораблей, с другой стороны, по Двине непрерывно курсируют хорошо бронированные мониторы, изготовленные на балтийских верфях из тяжелых речных барж, используя броню и орудия старых крейсеров и броненосцев.